Евгений Онегин-2. Опыт поэтической парафразы ( 5 ).

ГЛАВА ПЯТАЯ
1
Морозным днём – похолодание —
без снега, хоть и в Ноябре —
в погодном стиле, колебание,
как «шутка» осени, к поре…,
где климат наш – издёвки любит
и урожай, порой, он губит
в Российской средней полосе
( А уж Поволжье знают все! ),
в момент – сугробы – в завируху —
метель, небрежно, наметёт,
как будто предъявляя счёт —
жаре – за кайфа расслабуху…
и людям, словно бы намёк —
терпите – по сезону – срок!
2
Иные мысли в эту пору
( Аж к жизни, часто, тяги нет! ),
да и от снега – больно взору,
ведь ослепляет зимний свет…,
хотя…- прибита пыль, что благо…
и пусть – мороз, но в нём – отвага —
из бани – в прорубь – прямиком,
чтоб после – коньячок с чайком
( обычаем национальным ),
до бесконечности глушить,
с тем – от погоды не тужить
и, вроде, слыть оригинальным,
пред просвещённостью чужой,
которой – жизнь Руси – отстой!
3
Но мнения всегда различны
( Нахрапом кои – не решить! ),
а случаи – не единичны,
кто лишь зимой желал бы жить,
чрез философию простую
( «моржам» оставим мысль святую ),
чтоб холод вечный – Господам —
на Севере ( Где чукч вигвам! ),
и летом кратким, но от зноя,
не задыхаться, впопыхах,
в посылах нудных…- ох да ах,
не в тему, постоянно, ноя,
себя же мучить и других —
сочувствий жаждая благих…
4
Зима – сродни была Татьяне —
своею дымкой в сизой мгле,
струящейся ( как дым в кальяне… ),
в неспешных думах… Все – в тепле
проводим время в эту пору —
в домах, как в дуплах ( не к укору ),
поскольку обстоятельств ряд,
на жизнь меняет, разом, взгляд,
в котором властвует погода —
Её Величество Зима,
когда просторов белых – тьма —
усладой – с гаком – на полгода,
в снежки играть, читать да пить,
и Бабу Снежную лепить…
5
Иные – в телевизор, тупо,
бездумный устремляют взор…,
а там – стрельба ( что тоже глупо ),
иль слой чинуш…- кто враг да вор,
свалившиеся, будто с неба…-
урвать ( Едва ль краюшку хлеба! ),
лазутчикам из жирных харь,
когда страна – ценой в стопарь —
обходится преступной клике,
и тут уж воровать – Почёт
( Здесь, Беловежье – не в зачёт —
отображением в пьяном лике… ),
а посему: моральный стон
оставим до иных времён…
6
Что ж…- проза быта угнетает…,
и пусть, Татьяна, в ней жила,
но жизнь ( иною что бывает )
из книг лишь почерпнуть могла,
а тут – с ознобом, столь привычным —
сезон, да с ветра воем зычным,
являли дрожь – само собой,
в душе меняя весь настрой,
согласно зимнему этапу,
когда – без спячки – срок терпеть…,
ведь человек – всё ж – не медведь —
сосать, чтоб по полгода, лапу,
вот и приходится читать…
и с горя – лето вспоминать…
7
Но сумрачность – предел имеет
и в ней – натуре – мрак не в счёт,
когда сознание – просто млеет —
от Праздника, что настаёт…-
в права вступая – Новым Годом
и здесь – Правительство – с Народом —
Указ состряпав в десять дней,
где отдых – радость новостей,
что Население желает…,
забывши все болячки, в раз,
ловя момент ( Уж то – Экстаз! ),
ведь бой Курантов – смысл внушает,
где Президента – пять минут —
часы, невольно, речь прервут!
8
Вот – в телевизоре – в натуре —
очередной российский маг,
желая счастья всем – де-юре,
чрез фразы: «Друг я вам, не враг!» —
а также – «Лучше жить мы стали…»
( И пусть «реформы» – всех «достали»! ),
но только будущий, мол, год
улучшит жизнь твою, Народ,
и далее ( Громаду чтите! ) —
то – Гимн Эпохи и Страны,
а Президенты, как блины:
«Лет пятьдесят ещё…, терпите…,
имея мужество, хоть ждать…,
чтоб, нам, Америкой всё ж стать!»
9
Татьяна смотрит, с любопытством,
на передряги Думы лиц,
через чинуш возню…, с ехидством,
а с тем – и президентский блиц…,
когда — лишь завтра – наш Спаситель
( И, безусловно, всех – Учитель! )
возникнет…, но, наверно, он —
всё ж не рождён… и всходит стон
Татьяны…, кто, впотьмах, выходит
на улицу…- вздохнуть от них:
«Ведь сей ничтожный креатив —
намеренно – нас за нос водит…»,
но хруст, внезапный, за спиной,
прервал, тем, мысль: «Снегурка…, стой!»
10
( «Наверняка, какой-то пьяный…» ) —
и не ошиблась – так и есть,
ему сказав: «Что – нос багряный —
пожаловал? – Какая честь!»
А тот – ей отвечает – смехом,
но Таня – до утех с успехом —
не рвётся ( Вы – удивлены? )…,
так веря в сказы…, притчи…, сны…,
а с тем, спросив: «Как имя Ваше?» —
«Да Анатолий…» — То – ответ ( ? )
или загадка ( ? )…- Лунный свет —
померк в ночи ( «Исчадия краше…-
Чубайс! — мелькнула мысль её…-
К несчастью! — ах…, житьё-бытьё…» ).
11
Прогулки, после, в сон клонило…
и вмиг уснула, как легла,
но всё ж сознание – не остыло…
и – в грёзах – жизнь её текла…,
и вот она – в лесу – зимою —
не самой лучшею порою,
среди сугробов всё идёт,
а чаща – вглубь да вширь растёт,
встречая белизной сплошною,
где властвует одна зима,
а ей – едва ль сдаётся тьма,
испуг внушая пеленою,
Татьяны замедляя шаг,
ведь появился прежний маг…
12
Пред ней – знакомая личина —
с отметиной на голове
( Но не в восторге ли – кручина —
в народной что взошла молве? ),
но всё ж Татьяна улыбнулась
( Ведь так удача подвернулась! ) —
душе, зимой, вдвоём теплей,
а маг, опять, в стезе своей,
витиевато рассуждая,
невольно за собой влечёт,
а словесам потерян счёт,
но ничего не объясняя,
не говорит, а мельтешит…,
теряя всякий смысл – честит…
13
Не в силах вырваться Татьяна —
из сих словес, как будто – пут,
и уж себя ругает, рьяно,
за встречу с магом ( «Он же плут!» ),
а тот – мышлением – вдаль уводит,
всё речь смещая…, вновь заводит…,
хотя б про водку ( алкоголь ):
«…, а вот во Франции, де Голль!»,
про прежний строй…, страну – в простоях…,
про то, кто, мол, ему мешал…
и палки, якобы, вставлял…,
а он – у Нации – в Героях,
да вот не вышло – в тех делах…,
но чтит Народ его – в веках!!!
14
Её охватывают речи,
но их едва ль понятна суть,
а те ( как груз ), всё жмут на плечи —
по снегу – затрудняя путь,
а он о том, что Перестройка —
души особая настройка,
её – заметив, вмиг, эксцесс,
сказал: «Ну, вот, пошёл процесс!»,
но, правда, что к чему – не ясно,
да – толком – сам, о том, не знал,
коль Коммунизм лишь прославлял,
но главное – чтоб было гласно ( ! )…,
и заорал…- и с тех уж пор —
по лесу покатился мор!
15
Ведомая, как нить в иголке,
в смирении…- судьба ведёт,
что девица – на сером волке —
из сказки…, ну, а маг влечёт…,
ступая между сосен, елей —
покрытых снегом – от метелей,
а от сугробов – белизна…
«… и обстоятельств Левизна!» —
звучит глас мага, как к ненастью:
«… ну, детская болезнь страны…,
… моей же нет, совсем, вины!»,
но при морозе – не напастью —
тепло найти…- и спал испуг…-
избушка, на опушке, вдруг!
16
Едва вошли, а маг – обратно —
на выход: «Мне доклад писать…,
проблемы Партии…, развратно,
немного здесь, чтоб отдыхать…»,
и с тем, ушёл…, как испарился…,
а за стеной – Бомонд бесился —
в посылах смачных, где раздрай —
героев сцены, через край,
звучал, как норма интонаций,
Татьяну удививших столь,
где Алла с прочими…, Король,
бишь, Филя – в широте простраций —
вели беседу «по душам»,
а мат висел – не верь ушам!
17
Юдашкин – в чудном балахоне —
подснежником, ну…, словно гриб…,
вальяжный Бари – Босс «в законе» —
с созвездием нанайских триб…
И Кристя с Вовой появились,
как будто и не разводились…,
во ржачке – от своих баклуш,
а к ним – грузин, в придачу, Куш…
Но тут – Татьяна обомлела,
и вовсе не от сих персон —
чужих ( по сути – на фасон )…,
его приметив… и – несмело
себе сказала: «… как же так ( ? )…,
коль здесь Онегин…- это знак!»
18
Но среди них – он – не случаен —
по факту ( Ведь руководит! ),
где жест его – необычаен,
а пожелания – каждый чтит!
Вот и нанайцы – хороводом —
псалмы поют… и крёстным ходом —
уж Бари – РЭП изобразил…
и – в такт – Отар ему польстил…
Да и Татьяна, став смелее,
дверь приоткрыв, ступила к ним…
и – словно расступился дым —
то – стаи гвалт – звуча слабее —
затих…, едва Онегин встал,
и к ней направился, чрез зал…
19
Неведомая держит сила —
её желаний вышину,
что жесты все затормозила,
внушая только тишину,
где лишь они…, но «стаи стоны»
усилили, мгновенно, фоны,
разноголосицы где, строй,
диктует жанра проф. настрой:
«Что за солистка?» — «Да с изъяном…,
ну…, сорвалась на верхней «фа»! —
Не та? — По кайфу – не лафа…-
не терпится, им, обезьянам…» —
«С говном, провинциалы жрут!
Инициалы – уж не «прут»!»
20
Лишь взгляд его…- исчезла стая…,
а с тем – и звуки в тишине…,
но искренность осталась, тая…,
где с ним…- она…- наедине…-
в невинной слепоте испуга,
боясь, всё ж, приближает друга,
кто, с нежной пылкостью, обняв,
поцеловать уж пожелав…,
прервал сознаний сочленение,
ведь Ольга с Ленским, вдруг, вошли
и – им – Онегин крикнул: «Тли!»
( спонтанно оценив мгновение ) —
вспылил…- начавши с Ленским спор,
а для Татьяны – связь – позор!
21
Звезда Поэта закатилась,
коль друг уж ножницы схватил
и ( Поножовщина свершилась! )
вонзил…, и Ленского убил!
И тот упал…, а с ним – избушка,
как домик карточный – игрушка,
и лес исчез…, и маг…, и сон…,
который Деву вверг, аж в стон,
едва очнулась… Ольга входит
( ведь с ней, Татьяна, так честна… ),
а та – как вечная весна,
«сердечный разговор» заводит:
«И вид же у тебя, с утра…,
как будто «квасила», вчера!»
22
Не до сестры…- от впечатлений,
столь озадаченная сном,
Татьяна – вереницы мнений —
сопоставляет, взявши том,
Трактата, что вполне известный,
хотя иных, пусть и не лестный,
на Автора нисходит взгляд,
но в Психологии – сей ряд —
из Хорни, Салливана, Фромма
( Как ни крути – Науки Цвет! ),
где Адлер – их Авторитет,
не прозвучал сильнее грома —
Отца анналов Псих. Основ —
семита Фрейда – в сфере снов…
23
Сей том, в их дом, попал случайно…,
вмиг превратившись, лишь в муляж,
который мама ( Вот и тайна —
при распродаже, впав аж в раж! ),
купила – шармом закорючки…,
коль ей нужны – к сервизу – штучки,
степенность чтоб менять, как быт,
и пусть – с тоской – от волокит,
в лучах былого дефицита,
насобирала всех имён —
привычкою Совка времён
( И благо – Эра та забыта! )…-
с томов – едва сметая пыль,
Татьяна ж Фрейда чтит, за стиль…
24
Погружена она во чтение…,
смысл сна пытаясь так понять,
и автора, о том же, мнение —
не терпится скорей узнать,
средь массы слов, что не простые,
а чрез абстракции – чужие,
без мага…, стаи…, обезьян
( Знать – Фрейду – не до снов Татьян! )…,
а посему: он – не ответив,
условный лишь подвёл итог
( Всё ж, Фрейд – в Науке, как пролог! )…,
избушку – вовсе не приметив,
оставил двойственный резон,
но в душу, ей, запал сей сон…
25
А между тем – уже и Праздник —
весельем – в гости подступил,
и здесь уж – Дед Мороз-проказник,
всем – настроение подарил,
но…- ближе к Лариных семейству,
где мама – склонна к лицедейству —
широким фронтом дом раскрыть
( прижав свою хапужью прыть ),
всех приглашая – без предела…
и тут уж – мигом – вся родня
( в прихожей – хохот и возня ) —
на мёд, аж роем прилетела…,
да и соседи – враз придут,
когда их, на халяву, ждут!
26
И вот – расцвёл – по интересу,
стратификацией всех Карм,
объединяющих – по весу
Руси – провинциальный шарм,
средой нуворишей-купчишек —
вчерашних, в общем-то, мальчишек,
кто спекуляции Закон,
через морали мерит звон,
и Власти, как бы, предыдущей,
и не было…, и лет на сто,
низверглось Общество…- Зато…-
Звездой – к вершинам нас влекущей,
маячить стал Капитализм…,
коль сгнил, быстрее, Коммунизм!
27
Уж всё и вся пораспродали,
порастощили – кто куда…,
но всё ж, скорее, обнищали,
ведь бедных разрослась среда,
а с ними – недовольства много,
как резюме – судьбы итога,
когда – не схапал – подыхай,
не для тебя – Земной Сей Рай…,
да и вообще – скажи спасибо,
что дышишь и живёшь пока…,
ведь жизнь – дешевле пятака,
так не грузись, от оной…, ибо…-
и не заметишь, что судьбой —
давно ты продан – с головой!
28
Вновь отступление ( Всё – не в теме! )…,
через лиричности порыв,
но к Празднику сойдём – по схеме,
где ждёт застолья креатив…,
и гости, все, к столу влекомы,
а если, всё же, не знакомы,
то дружбе их послужит – в дар —
вина – аллюр ( … ), иль водки – жар ( ! ),
и…- очерёдность соблюдая…-
гость, гостья…, он, она…, вновь он…,
мальчишник, как-то, поделён,
вниманием – девочек лаская…,
уж тосты…- всяк посуду взял…,
наполнив шустро…- вверх поднял!
29
А после первой – закусили…,
но в теме общей – мёртв настрой,
знать – смысла дозы не вкусили…,
ведь тишина ( Хоть волком вой! )…,
а с тем – добавили ( смешали… )
и говорливей, явно, стали…,
вдогонку, тут же ( для бесед… ),
и вот уж крик ( По факту – бред! )
был прерван, возгласом хозяйки:
«Ну, вот…- Ужель боитесь нас?
Онегин…, Ленский…, ждём так вас!»
А за столом – уж шутки-байки:
«Штрафную им! «Ерша» — да в кровь!»
Но сами, между делом, вновь…
30
Нарочно, или же случайно
( В родстве, всегда, беда с судьбой… ),
Татьяне – искренностью – тайна,
их лицезреть перед собой…,
засим – она полна смущением,
то – сон, столь давит – огорчением,
где друга два и рядом с ней,
но суеверие – мглы мрачней —
застлало взор ей…, а дыхание —
чуть тлеет…, но огонь – в груди —
не береди и не буди —
душевной неги состояние ( ! ),
а взгляд – потуплен…- всё молчит…,
лишь сердце – бешено стучит!
31
Её заметив настроение,
Евгений, тоже, мрачен стал,
вновь видя томное волнение,
от коего – давно устал…,
где девичьи, как прежде, грёзы,
а наяву – сплошные слёзы —
в наивностях любви, чрез честь,
но за неё ж – рогами – месть…,
и злость вскипела, до предела,
на Ленского…, кто затащил —
в тьму-таракань: «Но как просил…,
в который раз…, как надоело
внимать сей смех, сих юных лет…,
и всё равно, что он – Поэт!»
32
Но Праздник цвёл ( В нём цели были! )…-
с тем – спелся-спился местный люд,
а про Татьяну позабыли
( И без неё – полнО зануд! ),
вино мешая… с пивом…, водкой
( букета – вкусовой находкой )…-
в сумбура фраз впадая, стон,
под рюмок звон…, где – самогон,
к закуске – под шумок – привычно
( то – от хозяйки, как презент… ),
и уж тогда – лови момент —
Народ – душой – категорично,
встречая Праздник – Новый Год,
средь бесконечности невзгод!
33
За приглашение благодарны:
И многих зим…, и долгих лет…,
и пусть послания бездарны…-
довольна мама…- в доме – свет —
и то – удача… или праздник…,
поскольку – рыженький проказник —
не отключил ( Уже – успех! )…,
ну, а Народ Руси ( Не грех! ),
давно б убил его, что ясно,
но руки коротки, видать…-
в «Реформах» Власть, а он – под Стать —
«гасить» её проблемы, классно,
и ждать – желанием Сатаны,
когда же вымрет полстраны!
34
Гостеприимство оценили,
но засиделся коллектив…,
иль – их – сугробы поманили ( ? )…,
а может – и пурги мотив ( ? )…,
во двор пойти ( в парАх печали… ),
где бабе ( снежной ) — в морду дали,
аж заорав ( ! )…, затем – гурьбой,
с горы скатились — на убой ( ! ),
затем ( найдя таких же – рангом )…,
сойдясь, в бою кулачном, в раж
( в консенсус впав, чрез: «Бей их…, вмажь!» —
согласно воли – бумерангом… ),
вернулись гости, ко столу,
в гордыне красок лиц, в пылу!
35
Меж тем, Татьяна и Евгений,
одни оставшись ( как в глуши —
с учётом их мировоззрений ),
в своих сознаниях, как в тиши,
но где Татьяна – уж не в силах,
коль кровь застыла, явью, в жилах,
беду предчувствуя, молчит…,
и где Евгений ( Как гранит! ),
но всё ж лаская, нежным взглядом,
к себе, как будто бы влечёт,
а ей – уж детство – не в зачёт…,
войдя, неспешно, в жизнь, что – ядом…,
но тут, в прихожей, шум, как гром
( по аналогии со сном… )!
36
То – гости, фазой наваждений,
медведи, словно, средь зимы,
ступая, в такт телодвижений
( Когда понятие – только мы!!! ),
утёрли кровь, свой пыл разбавив
( Себе же – по штрафной – добавив! ),
и…- отрубились – храпа сном,
но…- две фигуры – за окном,
свои ведут существ познания,
бишь – Ленский с Ольгой, во дворе
( И чем – не Слава – Детворе!? ),
коль он, в стишках, снежков послания,
всё шлёт…, она ж, как кошка, с ним…,
и мышку чтит, за то, засим…
37 ( 38, 39 – пропуски, как у Пушкина )
Очнулись гости, меж брюзжаний,
едва ль очухавшись, сполна,
но сил набрались – для вливаний,
где – дозы Праздника ( До дна! ),
а с тем – за стол ( как знак причины ),
в весёлом гомоне картины…,
затем, пошли в просторный зал,
где, с караоке, всяк орал…,
а с музыкой, понятно, танцы…
и здесь, к Татьяне, Ленский, вмиг
( ну, а Онегин, как бы сник…-
в молчании… ), лишь света глянцы
их освещают… Средь гостей,
бушуют страсти, всех мастей!
40
И чем же не Кабак, по форме
( как в Первой, например, Главе ),
иль Ресторан ( в советской норме,
когда вся жизнь, как в естестве… ),
начав где, тему, сбился, сразу,
стремясь, от голых ног, к экстазу,
чрез тел изгибы, в широте,
со страстью чувств, в их долготе…,
и, как обычно, отступление…-
ну, лирика – с тоской, вдвойне…,
а то – как пытка, что в огне,
в способностях ввергать в мучение…
и здесь пора бы меру знать,
чтоб отступлений избегать…
41
Компания же развлекаясь,
изображала ( вроде ) бал,
в движениях тел, аж извращаясь
( Коль градус придаёт накал! ),
и тут, поймав, как влёт, мгновение,
Онегин, Ленскому, во мщение,
на танец – Ольгу пригласил…,
и взгляд Поэта, вмиг, застыл,
на них смотря…, где, в ликах света,
так улыбается она…,
а Ленский, в думах, у окна
стоит ( оставшись без ответа ),
с наивной мыслью: «Как же так?»…,
услышав уж смешок: «… простак…»
42
Звучат аккорды чередою
( и пусть кому-то – просто шум ),
расслабиться вполне к настрою,
минуя ворох всяких дум,
а с ними – прочие мазурки,
когда в глазах, на склей, фигурки —
так просятся ( О, Человек…-
чти Девятнадцатый, всё ж, Век!!! ),
хотя…- и вальсы не забыты,
чрез танцевальные кружки…,
но сыновья страны, дружки,
иной проблемою обвиты,
«срубив бабло», чтоб прокрутить…-
Свободу выбрав, дабы жить!
43 ( 44 – пропуск, как у Пушкина )
Закончен танец, но…, однако,
Онегин с Ольгой, в стороне…,
как будто в наслаждении смака,
он шутит с ней, наедине…,
Татьяны же не замечает,
а Ольгу – явно ублажает,
внимая, столь задорный смех…,
что Ленскому – не до потех,
кто так обижен развлечением,
не зная, как себя вести
( Ведь осуждений не снести! ),
смущён и Ольги поведением…
и с ней – желая говорить —
на танго хочет пригласить…
45
Но поздно…- Ольга обещала
Онегину – один Бостон…
и для Поэта – ночь настала,
надежду обратив, аж в стон:
«Какая двойственность натуры?!
Ещё вчера… Сегодня ж – туры
с ним крутит! Но Онегин! Друг?»,
и вмиг, досадой, пал испуг —
в предательство и огорчения,
что переполнили его…,
а с тем – не видя никого,
уехал Ленский, без зазрения…,
но: «С другом будет разговор,
причём – мужской…», а то – не спор!

Добавить комментарий