Прощай, письмо любви! прощай: она велела…
(А.С. Пушкин «Сожженное письмо»
посвящается Е.К. Воронцовой)
Горит письмо любви! Надежды дым уносит.
В далекие края, к Элизе сердце просит,
И манит, и зовет на перстне сердолик
Лишь к ней. Лишь к ней одной! О незабвенный лик!
Как странница, рука по рукописям бродит.
Мерцает свет свечи. Под утро он выходит
В Михайловский парк. Ах, эти соловьи, —
Святая простота! Возвышенной любви
Воспоминания в руладах и сонетах…
Вновь к утренней звезде летит мольба поэта.
И греет медальон на горестной груди…
Михайловский парк как-то сбил ритм.
Если свет свечи — то уже вечер, ночь (есть ли тени ночью в парке ?). А потом -«к утренней звезде летит мольба поэта» — значит, Александр Сергеевич в воспоминаниях гулял до утра ?
А может ли возвышенная любовь быть такой горестной ?
По-моему, возвышенную любовь он испытывал только к своей Мадонне — Натали.
Может быть, я неправа ?
Ну, тут можно придумать чё-нить типа «в Михайловскую тишь» — не суть.
Меня тут другое ещё напрягает — какя «свеча», если на улице — жаркий день и нужно «прятаться в тени»?! И кто такая «святая простота возвышенной любви»?
Не… Тут ваще всю строфу переделывать надоть…
А Пушкин, он всех любил — «возвышенно». Гы.
🙂
начало очень хорошо
а в михайловском парке музыка уходит
и тени-любви-груди не очень благозвучная рифма
вот-вот — как жаль, что я не прочел этот диалог перед тем, как писал свои заметки по поводу
напряжненно звучит
может быть попробовать Вам в ключе какого-то Пушкинского произведения описать сей сюжет?
камень — сердолик — ну просто хорошее начало!