ПРИШЕЛЬЦЫ

ПРИЛОЖЕНИЕ

В каждом городе есть место, где сам ГОРОД уже закончился, а его новостройка еще не началась; место свалочное, болотное, с криками людей и лягушек.
ГОРОД и НОВОСТРОЙКУ связывает маршрут, ДОПУСТИМ, трамвайный, и, если, скажем, до половины первого ночи на этот маршрут не вскочить, то возникнет ситуация, когда все невскочившие вынуждены провести ночь среди свалок, болот и страшных КРИКОВ. И именно такая ночь собрала на трамвайной остановке:

былинного Кузьмича, мастера телеателье;
очень большую начальницу одного маленького сантехнического участка Лидию Матвеевну;
разочаровавшегося в идеалах Генечку, младшего научного сот¬рудника какого-то НИИ;
Философа из соседнего ЖЭКа Витька, тихого пьяницу, однажды и навсегда сраженного известием, что он думает не ПРОСТО ТАК, а ПРИ помощи нейронов;
страстно любимого японцами Скрипача, КОТОРЫЙ каждый раз, когда его выпускают к любящим его японцам, пугается до сердечного приступа, теряясь в догадках, почему они его к ним ВЫПУСТИЛИ?
И Девушку, нет, не проститутку.

И опустилась темная ночь.
И заморосил мелкий тревожный дождик.
Люди прислушались к далеким болотным крикам, зябко повели плечами, и сели в КРУЖОК на бутылочные ящики перекусить, и уже начали перекусывать, пугая ДРУГ друга ужасными рассказами из жизни, когда ВДРУГ обнаружилось, что один среди них мертв.
И началось следствие ПРИ активном участии всех подозреваемых.

Часть первая

Ранняя осень.
Сентябрь.
Время за полночь.
Новостройки, дальняя окраина большого города.
Что-то уже отстроено, заселено, но повсюду еще бесконечные ПУСТЫРИ, там-сям в них жиденькие пролески, мутные озера, бывшая городская свалка.
Пространства!
Через них, возникая в темноте, проходят поблескивающие в ЛУННОМ свете трамвайные рельсы.
Трамвайная остановка: столб с фонарем, поскрипывающая на ветру вывеска с номером проходящего здесь трамвая, несколько ящиков, застеленных истертыми газетами.
Низко проплывают облака.
В прорехах вдруг видится бездонный космос, пока вновь не затянет.
Какое-то время на остановке никого нет.
Как, говорят, было на земле до появления на ней человека.

Из темноты выходит человек: мужчина, неказистый, задумчивый, местами почищенный, выпивающий. В последнее время, увлекшись чтением научной литературы, пробудил в себе ужасное самолюбие.
ЗОВУТ его ВИТЕК.
Витьку лет около пятидесяти, не больше, хотя, вполне может быть, и все шестьдесят.
Витек выходит из темноты так, будто бы он из нее случайно вывалился; ОТРЯХНУВШИСЬ со всех СТОРОН, ВИТЕК СТУПАЕТ под свет фонаря трамвайной остановки. Видит бутылочный ящик, подходит к нему, садится, кладет на РУКУ ГОЛОВУ, и вновь принимается думать. Время от времени Витек бьет себя по колену и выкрикивает в ночь:
«Вот же, подлюшка, и до чего он все-таки додумался!»

Из темноты возникает ДЕВУШКА.
Самая обычная девушка, ЗОВУТ Лена. Лене восемнадцать лет, УЧИТСЯ в политехническом техникуме по специальности «обработка металлов резанием», одета ХОРОШО, модно, но как-то выкручивается. В тринадцать лет лишилась всех общественно-политических иллюзий;
крупна, симпатична, тайно верит в любовь между людьми, в настоящий момент возвращается домой к родителям, с КОТОРЫМИ она в совершенно ЖУТКИХ отношениях, правда, жить, кроме как с ними, пока негде.
ВОЗНИКНУВ из темноты, девушка выходит на трамвайный ПУТЬ, всматривается вдаль, потом на часы на руке, потом снова вдаль потом, решив, что она одна, некрасиво ругается.

ВИТЕК (Девушке) Как они там, состыковались? (кивком указывает вверх, в космос; (девушка не отвечает) Я говорю, как они там – зафиксировались?
ДЕВУШКА Зафиксировались.

Витек бьет себя по колену, опускает на руку голову, вновь принимается думать.

Из темноты проявляется второй мужчина. В одной руке у него хозяйственная сумка, в другой скрипка. Люди на остановке будут за глаза называть его СКРИПАЧ. Скрипач маленький, плешивый, талантливый, очень любит свою жену и панически боится милиционеров сержантского состава. Его регулярно выпускают за границу, и он каждый раз, когда они его туда выпускают, удивляется до сердечного приступа, и бросается в соответствующие инстанции надоедать заверениями, что он еще более требовательно отнесется к своему облику там, куда они рискнут-таки его опять выпустить.
Скрипач семенит к рельсам, вщуривается в темноту, в циферблат на руке, вновь – в темноту, ужасается, стонет.

СКРИПАЧ (истерически) Восхитительно! Просто – восхитительно!
ВИТЕК (бьет себя по колену) Но американцы! До чего ж, собаки, ХИТРЫЙ народ!
ДЕВУШКА (подходит к Скрипачу) Я с вами постою.
СКИПАЧ (воровато оглядывается) Спасибо. Только я очень спешу.

Из темноты выходит ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА: массивная женщина в СПОРТИВНОМ костюме, полиэтиленовым мешком в руке, из КОТОРОГО ТОРЧИТ ручка ракетки для большого тенниса.
Лидия Матвеевна в большом ГОРОДЕ живет уже много лет. В настоящее время у нее в подчинении находятся несколько сотрудников: сторож-старичок, приблудившаяся кошка Маруська с котятами, и складское помещение с сантехническим имуществом. Соответственно своему положению Лидия Матвеевна и держится: несколько безапелляционно, а там где конкретных знании все-таки не хватает, Лидия Матвеевна высоко поднимает голову и, пожимая плечами, говорит: «НУ, не знаю, не знаю, откуда вы взяли такаю информацию!»

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (светски) 0! Гляньте-ка! Люди! Значит, СКОРО будет трамвай!
СКРИПАЧ (Лидии Матвеевне) Простите, а как скоро?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А вы давно ждете?
СКРИПАЧ Нет. Давно.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (девушке) А ты?
СКРИПАЧ (отскакивает от девушки) Мы не вместе!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ах, вы не вместе…
СКРИПАЧ Я просто с концерта.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А я с большого тенниса! Безумно устала! (падает на ящик, но в самый последний момент обнаруживает сидящего на ящике Витька) Мамочки!!!… Почему вы так тихо тут сидите?
ВИТЕК (философски) Все ждете чего-то, ждете…
СКИПАЧ (Витьку) Просите, а как вы думаете – есть смысл?
ВИТЕК (Скрипачу) Смысл ищешь?
СКИПАЧ Вы меня не поняли.
ВИТЕК А ты меня понял?!
СКРИПАЧ (Витьку) Простите, а что я должен понять?
ВИТЕК Ладно! Садись! Давай вместе думать!
СКРИПАЧ (испуганно) Зачем?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (вскакивает с ящика, Витьку) Мужчина! Мужчина! Послушайте! Я все время ТУТ стояла и абсолютно в курсе! Вы ЗРЯ так налетаете на человека! Мы ТУТ ПРОСТО стоим – нервничаем: будет трамваи или не будет?
ВИТЕК Трамвай?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Трамвай!
ВИТЕК Будет вам трамваи!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА НУ, слава Богу!
ВИТЕК (Скрипачу) А ты, ДРУГ, чтоб только больше мне этого не надо!
СКРИПАЧ (Витьку) Я больше не буду.
ВИТЕК А трамваи вам всем будет!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА НУ, слава Богу!
ВИТЕК (Лидии Матвеевне, СТРОГО) Верующая?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (испуганно) Господь с вами!
ВИТЕК Гляди мне!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Что вы! На мне все-таки, как-никак, люди висят!
СКРИПАЧ Простите, а вас можно еще немножечко побеспокоить?
ВИТЕК (надуваясь) Побеспокой.
СКРИПАЧ А когда?
ВИТЕК (ПОРАЗМЫШЛЯВ) СКОРО!
СКРИПАЧ Простите, а в какой мере СКОРО?
ВИТЕК Уже СКОРО!
СКРИПАЧ А насколько уже?
ВИТЕК Чего уже?
СКРИПАЧ Уже – трамвая…
ВИТЕК А ты не ПРОСТОЙ!… Ладно, садись!
СКРИПАЧ Спасибо, я постою.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (падая на ящик) Ой, я ПРИСЯДУ! Безумно устала!
ВИТЕК (девушке в стороне на рельсах) Дочка! (девушка не отвечает) Дочка!…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Витьку no-секрету) Ой, да не связывайтесь вы с ними, ей Богу!
СКРИПАЧ (Витьку) Простите, вы ТУТ хотели уточнить в смысле трамвая…
ВИТЕК Какого трамвая?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Тридцатки!
ВИТЕК Тридцатки?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Тридцатки!
ВИТЕК Ладно! ПУСТЬ будут ваши тридцатки. Так! Берем-напрягаемся! (махнув РУКОЙ в темноту) Там У них что?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Там?
ВИТЕК Там! Там а них кольцо! Так?… Я спрашиваю – так?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Так…
ВИТЕК Так! А раз так, то люди должны что?…(Лидия Матвеевна мол¬чит) Люди должны отдохнуть! Я спрашиваю: должны или не должны?!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Должны…
ВИТЕК Должны! И что у нас получается, плюс на минус в зна¬менателе сокращаем – а?!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Вы такие веши… Так ПРЯМО сходу…
ВИТЕК А то получается, что как люди отдохнут, так и будет вам всем тут трамваи I Понятно?
СКРИПАЧ (Витьку) Простите, а разве у них там кольцо?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Витьку) Вы ничего не путаете?
ВИТЕК Боже мои! Что за люди?! Все! Точка! Сказано ждать – ждите!

Скрипач уходит на трамвайный путь, всматривается в темноту.

ВИТЕК (Лидии Матвеевне, СТРОГО) Последнюю “Химию жизнь” читали?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Последнюю?
ВИТЕК Последнюю!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Последнюю не читала, заматываюсь…
ВИТЕК Все вы заматываетесь! А ученые-медики в это время ОТКРЫЛИ, что человеческий нерон*…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Как, говорите?
ВИТЕК Нерон!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ах, нерон!… И что?
ВИТЕК А и то! Оказалось, что человек не ПРОСТО так думает, а кон¬кретно ПРИ помощи этих самых неронов!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А я слыхала, что ПРИ помочи нервных клеток. Ког¬да еще человек нервничает…
ВИТЕК (раздраженно перебивает) То другое! То когда нервничает! А тут – думает! Есть разница?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Знаете, положа РУКУ на сердце – одно и тоже!
ВИТЕК Это У вас одно и тоже! ПОТОМУ, что вы не думаете, а только нервничаете!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Нет, не скажите! Иногда и думать ПРИХОДИТСЯ. На мне, знаете, все-таки, как-никак люди висят!
ВИТЕК “Люди, люди”! Погодите! Слушайте! А их в мозгах у него… ( Витек замолчал)
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА У кого?
ВИТЕК НУ, У него!…У этого!.. Черт, выскочил!… Ладно, плевать, после припомню. Так у него их – сто миллиардов!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Господи!
ВИТЕК Вот вам и “господи”! Слушаем дальше! Нерон этот, НУ, врать не буду, НУ – ТЬФУ! Во!… (изображает щепоткой что-то совсем нез¬начительное) Всего-то ничего – махонький совсем! Это в мозгах, КОТО¬РЫЙ! А сделай ты его целиком из радиоэлектроники, то он, подлюшка, займет кубической площади, – сколько б вы думали?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Убейте, не знаю!
ВИТЕК В здоровенную комнату не поместится – о как!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Что вы говорите?!
ВИТЕК НУ, это еще хрен с ним! Глядите, чего у нас дальше получа¬ется! Один нерон займет кубической площади, НУ, ну, НУ, округляем, тридцать кубов, так?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Так!
ВИТЕК Так! Их на круг – сто миллиардов! Это – в мозгах что. А сде¬лай ты их целиком из радиоэлектроники – куда они все разместятся, а?’
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Это же никакой жилплощади не хватит!

(*) Витек имеет в виду нейрон

ВИТЕК Во!… Во!… Это!… НУ, бляха-муха! Это ж побольше всей земли выйдет! (СТУЧИТ ногой по земле) Со всеми ее кубами!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Кто же это, интересно, им такое помещение выделит?
ВИТЕК Не “бэ” – выделят!…Прижмет – и не такое выделят! Теперь слушаем, как они до всего этого дотумкали! Чего они сделали ПЕРВО-наперво? Перво-наперво, они взяли и ВЫНУЛИ из него эти самые мозги!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (в ужасе) Чьи мозги?!…
ВИТЕК Этого!…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Кого?!…
ВИТЕК Ну, этого! Ну, что еще выскочил, собака! На, хрен с ним! Тут без разницы. Да хоть бы вон и ваши, к примеру.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Мои?…
ВИТЕК К примеру!… И не ПРОСТО так, а для еще более быстрого
прогресса остальной части человечества! Улавливаете?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Улавливаю…
ВИТЕК Молодец! Едем дальше! И положили их в специальный такой МОРОЗИЛЬНИК для мозгов!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Зачем?
ВИТЕК Во! Ту т и самая главная ХИТРОСТЬ! Чтоб шинковать легче было! О как! Сперва они продубеют хорошенько, а после их уже шинкуют для удобства подсчетов!

В этот момент из темноты выходит еще один человек. Это, как у нас традиционно ПРИНЯТО называть – молодой человек. Ему лет за СОРОК, и выглядит он со СТОРОНЫ так, как прежде выглядели обеспеченные и не обремененные повседневными заботами мужчины, любимцы женщин, имеющие свои выезд.
Его зовут Геннадии Петрович, но женщины в отделе называют его «Генечка». Генечка работает в одном НИИ научным сотрудником, подра¬батывает еще не то в двух, не то в пяти ПТУ, но тщательно это скры¬вает. Был женат, развелся, имеет ребенка, КОТОРЫЙ остался у первой жены; высок, начитан, из интеллигентной семьи, школу закончил с зо¬лотой медалью, последние полтора года подумывает частенько: а не за¬вести ли ему японскую болонку?

ГЕНЕЧКА (иронично-обаятельно) Какое общество!… Кто крайний, господа?
ВИТЕК (по непонятной причине ГОВОРИТ не то с грузинским, не то с туркменским акцентом) Всэ пэрвые! ПРОХОДЫ, ДОРОГОЙ! Гляды – сыдым! И ты садыс! Сыды – отдыхай!
ГЕНЕЧКА (Лидии Матвеевне, указывая на ящик рядом) Простите, свободно?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (светски) Свободно, свободно, присаживайтесь!
ГЕНЕЧКА (присаживается на ящик РЯДОМ,- кивает на торчащую из мешка Лидии Матвеевны рачку теннисной ракетки) Только из Уимблдона?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Нет, с Кондратьевского!
СКРИПАЧ (КРИЧИТ) Идет!!!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Слава богу!
СКРИПАЧ Вон он!!! Вон он!!! Смотрите!!! Приближается!!!
ГЕНЕЧКА Сколько страсти!…Какая экспрессия!
ВИТЕК (Генечке) Скрипач! Глаз – ватерпас! На стрему поставили!
ДЕВУШКА (людям на ящиках) Эй! Вставайте! ПРОСКОЧИТ.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Как это «ПРОСКОЧИТ»?! Он же видит, что здесь люди!

Нарастает стук трамвайных колес.
Трамваи, грохоча и сверкая всеми своими окнами, на полной СКО¬РОСТИ влетает на остановку и ПРОНОСИТСЯ мимо. За трамваем с криками «Стой! Стой, тебе ГОВОРЯТ! Стой, убью!» – бежит человек и так же, как и трамваи, ПРОНОСИТСЯ мимо людей на остановке; и так же исчезает в ночи. Стихает последний трамвайный стук колес…

ГЕНЕЧКА А мы почему стоим?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ну?!…И когда же они теперь обратно отдохнут?
СКРИПАЧ Финита ля комедиа!…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Скрипачу) Вот именно!
СКРИПАЧ Завтра же она его приведет. Насовсем…
ГЕНЕЧКА Так ему и надо. Ну что, господа? Какие поступят предложения?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А чтоб он разбился, паразитина такая!!!
ГЕНЕЧКА Спасибо! Какие еще поступят предложения?
ВИТЕК Ту т надо сесть – подумать!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Витьку) Ой, вам бы лишь бы только думать!
ГЕНЕЧКА (Девушке) А вы, прелестное создание?… Может быть, посидим, ПОГОВОРИМ о поэзии?
ДЕВУШКА Провалитесь вы со своей поэзией! (СМОТРИТ на часы) Все! Больше уже ничего не будет!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Как это не будет?! А мы?!…
СКРИПАЧ (Девушке) Вы полагаете, что больше уже ничего не будет?
ВИТЕК (Скрипачу) Конэчно, ДОРОГОЙ! Болшэ уже нычего нэ будэт!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Как это не будет?! Может быть, они не знают, что здесь еще люди?
ГЕНЕЧКА Я предлагаю развести большой сигнальный костер! Тогда они нас точно заметят!
СКРИПАЧ (Генечке) Вы полагаете, тогда они нас точно заметят?
ВИТЕК (Скрипачу) Нэкто нас нэ замзтит, нз бойся! Садыс, гостем будешь!
СКРИПАЧ (Витька) Благодарю вас, но я очень спешу!
ВИТЕК (бьет Скрипача по спине, обнимает, усаживает на ящик) Куда?! Мы тэбя нэ отпускаем! Садыс, ГОВОРЯТ, сыды! Гостэм будэшь!
СКИПАЧ (прикладывая к ГРУДИ РУКУ) Я не могу! Честное слово! Громадное вам спасибо, но в данный момент, поверьте, никак не МОГУ! Видите ли, некоторые семейные обстоятельства…
ВИТЕК Нэ СЭРДЫ мэня…
СКРИПАЧ Ни в коем случае! Но я абсолютно лишен возможности воспользоваться вашим любезным предложением в СИЛУ некоторых семейных обстоятельств, СУТЬ КОТОРЫХ СВОДИТСЯ, ВЫ НЕ ПОВЕРИТЕ, К ВЕСЬМА И ВЕСЬМА БАНАЛЬНЫМ…
ВИТЕК Садыс…
СКРИПАЧ (садится) Но только до трамвая! ПРИ всем к вам уважении…
ВИТЕК Не будэт тэбэ ныкакого трамвая, сыды – нэ гуды!
СКРИПАЧ Как это нэ будэт?!…

Из ночи возвращается человек, догонявший трамвай. Судя по ТОМУ, что он вернулся без трамвая – не догнавший. Так в жизни тоже бывает.
Его ЗОВУТ Афанасии Кузьмич. На работе его ЗОВУТ ПРОСТО КУЗЬМИЧОМ. КУЗЬМИЧУ пятьдесят лет, у него широкая, даже могучая ГРУДЬ, густые брови, громадные, очень русские кулаки, пиджак ПОКРОЯ начала пяти¬десятых, и несколько раз с тех ПОР перешитый и утепленный.
Кузьмич человек не злой, даже по ПРИРОДе своей добрый, но жизнь научила его быть ОСТОРОЖНЫЙ, и по мере того, как он в ней все больше и больше запутывался, его мнения обо всем ВОКРУГ становились кате¬горичнее и категоричнее. БРОВИ гуще, пиджак теплее.

ГЕНЕЧКА (Кузьмичу) Не догнали?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Кузьмичу) Как вы кричали! Как вы кричали!
СКРИПАЧ (Кузьмичу) Простите, а как вы полагаете – напрямик, это очень далеко?
КУЗЬМИЧ (Скрипачу) Валяй!
СКРИПАЧ То есть, вы полагаете, что не очень далеко?
КУЗЬМИЧ Не очень! К УТРУ притопаешь!
СКРИПАЧ То есть, вы полагаете, что все-таки далековато?…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Кузьмичу) У вас тут вон брючина!…(разво¬рачивает Кузьмича брючиной к фонарю) Ну-ка, погодите!… Ну-ка, стоите, не дрыгайтесь!… (радостно) НУ, конечно! Я же говорила! Вот, пожалуйста – полюбуйтесь!!!
КУЗЬМИЧ (шалея от всеобщего внимания) Какая еще брючина?!!!
ВИТЕК (подходит к КУЗЬМИЧУ, бьет его по спине) Садыс, ДОРОГОЙ – отдыхай!
КУЗЬМИЧ (звереет, ВИТЬКУ) Ты!!!…Бухало!!!
ВИТЕК (огорченно) Боже мой!…
СКРИПАЧ (пятится в темноту) Я, пожалуй, попробую РИСКНУТЬ…
ВИТЕК (Скрипачу, давясь обидой) Пошли, ДРУГ! Вместе рискнем!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Вот взять и написать им куда-нибудь!
ГЕНЕЧКА Тоже занятие! Правильно! Давайте возьмем и напишем!
ДЕВУШКИ Турецкому султану…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (ГОРЯЧО) Турецкий султан ТУТ абсолютно ни ПРИ чем! Надо на телевидение! И ПУСТЬ попробуют мне не отреагировать!
КУЗЬМИЧ Они отреагируют… Догонют и eщe отреагируют.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (ГОРЯЧО) Не в курсе – так и молчите! Им сейчас спу¬щено на все реагировать!
ВИТЕК (возвращается к людям на ящиках) МИНУТОЧКУ!…
КУЗЬМИЧ (Витьку) Ты еще здесь?
ВИТЕК (КУЗЬМИЧУ) Здесь.
КУЗЬМИЧ (Витьку) Вот, чтоб я тебя ТУТ не слышал, понял?!
ВИТЕК (Кузьмичу) Понял.
СКРИПАЧ Я, пожалуй, все-таки попробую РИСКНУТЬ… (исчезает)
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Тут, вообще, ходит какой-нибудь ТРАНСПОРТ?!
КУЗЬМИЧ Волки тут ходят, а не транспорт.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Откуда ТУТ волки?
КУЗЬМИЧ А откуда тут транспорт?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Вечно вы, МУЖЧИНЫ, со своей железной логикой!

Заморосил дождь

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Никак дождь?!…
ГЕНЕЧКА (истерично) Грандиозие!!!
КУЗЬМИЧ Приехали…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Завтра же им всем напишу, паразитинам таким!!! И не ПРОСТО напишу – а на бланке напишу?!! Вот, тогда они узнают! (раскрывает зонтик) МУЖЧИНЫ! Идите под зонтик!

КУЗЬМИЧ и Генечка становятся под зонтик. Витек несколько раз обошел людей под зонтиком, СУНУЛСЯ было то туда, то сюда, но люди стояли плотно, без щелей.
Девушка на рельса открыла свои зонтик.

КУЗЬМИЧ (глядя на девушку, мечтательно) Индивидуалистка…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Они сейчас все индивидуалистки! Безобразие! Они там отдыхам себе, а ты ТУТ стой, дрожи, как этот в холодильнике!
ГЕНЕЧКА А кто там у вас в холодильнике?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Да не У меня, – у него вон! (кивает на Витька) Этот, как его там?…
ВИТЕК МИНУТОЧКУ! Кто у нас был на земле до появления на ней человека?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Человек произошел от обезьяны!
ГЕНЕЧКА Кто вам сказал, что человек произошел от обезьяны?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Простите! А от кого же он еще мог ПРОИЗОЙТИ?
ГЕНЕЧКА Как это от кого – от Бога.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА НУ, не знаю, не знаю, откуда у вас
такая инфор¬мация !… А кто же тогда произошел
от обезьяны, по-вашему?
ГЕНЕЧКА От обезьяны, – hомо Sаpiеns…
ВИТЕК (КРИЧИТ) Он!!!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (пугается) Кто?!
ВИТЕК Он!!! Точно!!! НУ! Ешки-матрешки! Он! Хомосапинс этот!!!
ГЕНЕЧКА А что с ним произошло, что вы так за него переживаете? ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Витьку) Я вас ПРОШУ – опять вы снова! Знаете, -вообще! Все эти мозги, почки, печень, я уже не ГОВОРЮ ПРО вымя -ПРОСТО уже слышать не МОГУ! Соседка ГОВОРИТ: “Надо вымачивать…”
ВИТЕК (перебивает) Спокойно! ПРО вымя разговору не было! Вымя – фиг с ним: материальная потребность! Жили и еще проживем, а вот сколько нормальный человек может ПРОЖИТЬ, чтобы не думать, а?!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Вы все какие-то, ПРЯМО, ВОПРОСЫ задаете…
ВИТЕК Самого измучили, проклятые! НУ, вообще! А после как завяжу, и обратно не МОГУ: и думаю, и думаю, и думаю! ПРЯМО на тонкой грани помешательства!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А мне, знаете, и на работе хватает. Знаете, все-таки, как-никак, а на мне люди висят! Так, знаете, бывает, надумаешь¬ся, что думаешь: да пропади оно все пропадом, чтобы и дома еще об том же думать! Да и то, знаете: то то, то се, дочка выросла, тоже требует, – и вот и думаешь, и думаешь, и думаешь!
ВИТЕК (взвиваясь) Да я же не ПРО то!!!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А ПРО что?
ВИТЕК Я же!… (СТУЧИТ себя по голове) Ду-ма-а-ть!!!
КУЗЬМИН Где б обратно выпивки достать! (Витек, подстреленный на лету, молчит) Вот то-то!

Дождь закончился.
Девушка закрыла зонтик, подходит к компании.

ДЕВУШКА Хоть бы запалили что – околеем к чертям.
ЛИДИЯ МЙТВЕЕВНА (СТРОГО) А мы ТУТ ничего не подожжем?
ДЕВУШКА Да ГОРИ оно тут все огнем!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (принюхивается) Слава богу, хоть ветер северо-восточный !
ГЕНЕЧКА (Девушке) Как ГОВОРЯТ у нас на островах, – огонь и пропитание женщинам нашего племени!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Генечке, кокетливо) На каких островах?
ГЕНЕЧКА Папуа Новая Гвинея.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (очень кокетливо) Вы бывали на этих островах?…
ГЕНЕЧКА (неопределенно-уверенно) ВЫ СПРОСИТЕ – ГДЕ Я НЕ БЫВАЛ…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА У моего тоже бывают удачные командировки. Хотя, правда, конечно, в пределах…
ГЕНЕЧКА Океании?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Нет. Границ территории Советского Союза. Но, зна¬ете, тоже, очень ОБШИРНО! (вглядывается в Генечку, уважительно) Постойте-ка, постойте-ка!… (секретно) Вы – международник!
ГЕНЕЧКА (стелет ящик газетой) А как вы догадались?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (конспиративно) Ни слова больше. Сама раньше в одном месте работала… (всем) Мужчины! Ваша святая обязанность – обеспечить дам теплообогревом!
КУЗЬМИЧ И пожрать бы…
ДЕВУШКИ Свалить бы…
ГЕНЕЧКА Возросшее благосостояние привело к том, что современная молодежь напрочь лишена романтики обездоленных! Ничего не поделаешь (Кузьмичу) придется послать вас на ОХОТУ! Скажем, на мамонта!
КУЗЬМИЧ (подходит к Генечке) Ну-ка, встань!
ГЕНЕЧКА Простите, не понял!
КУЗЬМИЧ Сейчас поймешь. Вставай, говорят! (Генечка встает. КУЗЬМИЧ берет его ящик, с удовольствием и хрустом ломает) Мамонта ему захотелось!…
ГЕНЕЧКА Что вы делаете?
КУЗЬМИЧ Ящик ломаю
ГЕНЕЧКА А почему вы из-под себя не ломаете?
КУЗЬМИЧ (радостно) А мне из-под тебя больше нравится! А ты вон давай – дуй! (смеется)
ГЕНЕЧКА (злится) И куда это, по-вашему, интересно, я должен дуть?!
КУЗЬМИЧ (счастливый, сквозь смех) А за мамонтом этим своим и дуй!!!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (хлопоча на своем ящике) Вы, мужчины, все такие ЮМОРИСТЫ!
КУЗЬМИЧ (хохочет) Мамонта ему захотелось!!! Вот за мамонтом своим и дуй!
ГЕНЕЧКА Значит, говорите, за мамонтом, говорите?!!!…
КУЗЬМИЧ (умирая) Ига!… За мамонтом!… И давай!…И дуй!…

Кузьмич так смеется, что один за другим
начинают смеяться все остальные на остановке.

ДЕВУШКИ Нормально достал!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Генечке) Вам надо научиться чувству юмора. Правда, правда!
ГЕНЕЧКА (побледневший) ХОРОШО. Я научусь.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (оглянувшись вокруг) Вы только посмотрите – какой воздух!… Ну, дача и дача! Я сперва переживала, а потом плюнула: ну и что, что у черта на рогах, подумаешь! Вот так, взять, разобраться, – что, мы ГРЯЗИ, что ли, не видели? А зато когда ветер северо-восточный – какой воздух чистый!
КУЗЬМИЧ Не знаю, где это вы откопали этот ваш северо-восточный воздух? – вонища так и прет!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (радостно) А-ааа! То юго-западный!
КУЗЬМИЧ Один хрен: и прет и прет! (Генечке) На-ка, охотник, спички есть?
ГЕНЕЧКА Нет!

Девушка бросает Кузьмичу спички.

КУЗЬМИЧ (запаливая костер) Да-а, это ты, парень верно! Этого твоего мамонта сейчас и ВПРЯМЬ – жрамануть бы, а!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ой, а меня ж продукты! (вынимает из сумки продукты, раскладывает у себя на коленях) Я вот раньше тоже: чуть что сцеплюсь с людьми – сразу и кушать бросаюсь! А ведь сами знаете: всю дорогу и сцепляешься и сцепляешься, никаких нервов уже не осталось, а потом мне в санатории один прекрасный специалист ГОВОРИТ: это говорит, жен¬щина, у вас все от излишней мнительности, и что вы ПРЯМО вся в работе горите!
КУЗЬМИЧ (мрачно) Это верно. На ней последнее гробишь!
ВИТЕК Надо голоданием!
КУЗЬМИЧ Х-ххх! Голоданием! Стрелять их всех надо с их голоданием!
ВИТЕК (амбициозно) В науке сейчас такой метод внедряется. Ученые-медики ОТКРЫЛИ. Все лечит! Двести процентов! С хвостиком!
КУЗЬМИЧ Сам ты с хвостиком!
ВИТЕК (изо всех сил не обращая внимания на Кузьмича) А вот в последней «Химии и жизни»…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (переживает) Ой, знаю я эту вашу химию! Садизм все это – вот, что я вам скажу! (кивает за спину) Оттуда все, знаете, влияние. Жрать им нечего – вот они и бесятся с жиру! У меня соседка наголодала, не помню сейчас точно, где-то на кофточку, если не ошибаюсь, и что?! И, пожалуйста! У нее вот здесь вот!… (показывает) Знаете, что-то с кишечным трактом началось…
КУЗЬМИЧ (мрачно) ЗРЯ на себе показали…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (перепугано) А что такое?!
КУЗЬМИЧ На себе нельзя показывать.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Тьфу! Тьфу! Тьфу! Не показываю! Не показываю!… А что теперь делать?
КУЗЬМИЧ (мрачно) Что теперь делать – ничего теперь не поделаешь…
ГЕНЕЧКА (жадно глядя на еду) Ничего нет опаснее голодания! Простите, это у вас, случайно, вот тут вот с краю, не паштет ли? (тянется к коленям Лидии Матвеевны за едой).
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Как вам не стыдно?! Неужели вы любите эту гадость?!
ГЕНЕЧКА Ненавижу! А с чем, ПРОСТО умираю от любопытства?!
КУЗЬМИЧ (берет с колен Лидии Матвеевны еду) Питаться надо регулярно.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Генечке) А вот угадайте!
ГЕНЕЧКА (берет с колен Лидии Матвеевны еду) Интересно, интересно!… (жадно ест)
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Генечке) А?!…Что?!… Ну?… Угадали?!
ГЕНЕЧКА (сгладывая) Сейчас подумаю…Сейчас подумаю…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А?!. .Что?!. .Ну ?!. .Говорите!
ВИТЕК (Философически прохаживаясь мимо людей на ящиках) А вот ученые-медики как-то ПРИКИНУЛИ, – сколько в каждой человеческой пище имеется каллориев? Вот, взять, к примеру, эту вашу колбасу! Колбаса себе и колбаса? Да?.. А в ней еще, кроме колбасы, –
каллории!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ой, вот только, ради бога, умоляю! Только не ПРО калории! Слышать ПРО них уже не МОГУ! И потребляешь и потребляешь! И потребляешь и потребляешь! Как проклятая! А потом же обратно назад худеть надо! И вот: туда-сюда! Туда-сюда! Нервов никаких не хватает! (Девушке) А ты чего стоишь, как на именинах? Тебя как звать?
ДЕВУШКИ Лена.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Вот видишь! Бери с СЫРОМ! (потягивает бутерброд) СМОТРИ, худущая какая! Ребра и кости! Кто ж тебя такую худущую замуж возьмет?
КУЗЬМИЧ А они теперь не разбираясь женятся. Худущая – не худущая – им теперь все равно! Все берут! У них теперь этот!… НУ!… ПРОКЛЯТУЩИЙ! О! Секс!!! Секс называется – во как!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА В наше время никакого такого секса не было, и прекра¬сно себе жили без всякого секса! А теперь выдумали какой-то там секс, и все им мало! Все еще чего-то хотят и хотят! Всю ДОРОГУ чем-то недовольны.
КУЗЬМИЧ ПОРЮТ их мало. Сразу бы были всем довольны!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Вот именно! Вот мы, взять раньше – как-то всегда ин¬тересовались всяким, какие-то у нас, помните, увлечения были, КРУЖКИ разные, а теперь СМОТРЮ, стоит – КУРИТ! Спрашиваю, как же ты такая мо¬лодая и КУРИШЬ? А она мне, мол, у них там какие-то занятия, перегрузки; чего-то такое еще понапридумывали от безделья! Не знаю, не знаю, мы
тоже УЧИЛИСЬ, но не до такого же безобразия!
КУЗЬМИЧ (КРИЧИТ) Тихо!!!

Девушка поперхнулась, кашляет.

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Кузьмичу) Ой, НУ, что вы – так же и поперхнуться можно! (Девушке) СМОТРИ наверх!… Наверх СМОТРИ! … Слышишь, что тебе ГОВОРЯТ?! (бьет Девушку по спине) Будешь смотреть или не будешь?!… Пожалуйста, полюбуйтесь – не СМОТРИТ! (Девушке) НУ, ПОСМОТРИ ты наверх! НУ! Вон-вон-вон, СМОТРИ, птичка полетела!
ДЕВУШКА (давясь кашлем) Да идите вы со своей птичкой!
КУЗЬМИЧ Вот-вот, так и концы отдать не долго. Сколько случаев таких, когда вот так давятся, его по спине хлопают, хлопают, а чего его хлопать, когда он давно уже дуба врезал! Хлопай, не хлопай – полно таких случаев.
ВИТЕК А вот ученые-медики доказали, что, если ВЫНУТЬ мозги у того, кто уже загнулся, но еще не до конца…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА НУ, что вы, ПРЯМО, не знаю! Да замолчите вы когда-нибудь со своими мозгами или не замолчите?!
КУЗЬМИЧ (Витьку) Верно, верно!… Ты это, давай-ка, помалкивай!… ПРИ женщинах-то!…
ВИТЕК Так ведь я что – наука!…
КУЗЬМИЧ Я и ГОВОРЮ: в ДРУГОМ месте там давай ЭТУ свою науку!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (КРИЧИТ) Тихо!!!… Слышите?!…
КУЗЬМИЧ ( спокойно) Комика водит.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (в ужасе) Какого комика?!…
КУЗЬМИЧ А что с балалайкой своей. А интересно: дойдет он жилья или так потопнет?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Кузьмичу) Ну, что вы такое во время еды, прямо не знаю?!
КУЗЬМИЧ (тянется за новым бутербродом) У меня сосед так же точно ПРОШ¬ЛОЙ осенью отправился по рамы. Жене ГОВОРИТ, МОЛ, счас, я, мол, мигом. Та ждет. Час ждет, два ждет, ночью под УТРО, прибегает: “Василий мои пропал!” В начале первого, ГОВОРИТ, ушел, и до сих ПОР нету! А я-то ей что? Спаса¬теля себе нашла! И орет, НУ, не своим голосом! “Васенька мои, Васенька!” ПРЯМО вынь ей и положь ее Васеньку! Сама же ему каждый божий день плешь грызет, а ТУТ сразу “Васенька”! Сама же, ведьма, за рамами и услала!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А рамы – балкон стеклить?
КУЗЬМИЧ Да, нет – парник замыслил.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Господи, господи! Вот так работаешь, работаешь, ра¬ботаешь!… А нашли?
КУЗЬМИЧ Нашли. В котловане и нашли. Водило его где-то тут… Нехорошие тут места, водит… А она ему после обратно грызет и грызет: “Ты не мужчина! Тебя нельзя даже за обыкновенными рамами послать!” НУ, я вам скажу, эти бабы и народ!… Ну и народец!…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (кокетливо) Какой вы женоненавистник, оказывается…
КУЗЬМИЧ (Лидии Матвеевне) И за что их, скажите, навидеть?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Все-таки, прекрасный пол, как-никак!…
КУЗЬМИЧ (мрачно) Знаем мы этот пол! Моя бы власть – я бы вообще!…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (резко перестав кокетничать) Что б вы “вообще”?
КУЗЬМИЧ Топил бы, вообще!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Тогда и я вам скажу! И правильно она сделала, что услала его за рамами!
КУЗЬМИЧ Это почему же?!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А потому, что все равно с вас, с мужчин, ПРОКУ, как с козла, хотя с того же, взять, козла – хоть какой-то, ДОПУСТИМ, ПРОК, а с вас со всех и такого нету, вот так! И лично я ее, как женщина жен¬щину, целиком и полностью поддерживаю!

Возникает тягостная пауза.

ВИТЕК А то – это: ПРИХОДИТ муж домой…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Витьку) Да, что, ПРЯМО, за наказание за такое?!! Да уйметесь вы, наконец, когда-нибудь или милицию вызвать?!
ВИТЕК (страшно ГОРЬКО) Так ведь анекдот же! Смешной!!!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА И без ваших анекдотов тошно, а тут еще вы со своими анекдотами!
КУЗЬМИЧ (Витьку) Ты это, сказано же: прекращай хулиганство!

Витек ГОРЬКО машет РУКОЙ и отходит в СТОРОНУ. Там, в стороне, он вытянет из кармана недопитый алкогольсодержащий напиток, допьет его, и, пока люди вновь ВОЗЬМУТСЯ за разговоры, ляжет под дерево, СУНЕТ ладошки между колен, натянет на ГОЛОВУ ВОРОТНИК, И заснет как ребенок.

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Безобразие ПРЯМО: и ГОВОРИШЬ, и ГОВОРИШЬ ему!…
КУЗЬМИЧ А таким хоть кол на голове теши!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ну, совершенно нет никакого такта у человека!
КУЗЬМИЧ Лечат их, сажают – все без толка! Стрелять надо!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Я и без него всю неделю под впечатлением…
ДЕВУШКИ Давайте так поедим!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Нет, нет – наоборот: никаких мозгов – одна голая душа!
КУЗЬМИЧ ПРО душу можно.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Совсем недавно ученые-медики, наконец-то, ОТКРЫЛИ куда девается человек, прежде, чем помереть окончательно!
КУЗЬМИЧ (мрачно) Ну, и куда же он девается?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Там такой специальный КОРИДОР и в конце ГОРИТ свет!
КУЗЬМИЧ (мрачно.) Что за свет?
ГЕНЕЧКА (Лидии Матвеевне) Это не у всех ГОРИТ свет.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Как это не у всех?
ГЕНЕЧКА ГОРИТ только у тех, кто от Бога произошел. А у всех остальных…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (перебивает) У кого это – у всех остальных?
ГЕНЕЧКА У тех, кто от обезьяны произошел. У тех ничего не ГОРИТ – мрак!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Не знаю, не знаю, – лично у меня все горело нормально!
КУЗЬМИЧ (мрачно) Ну, а что за свет-то?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ну, так вот! Иду я по этому коридора, иду, и это, ВИЖУ – вроде как на старой квартире: узкий такой, бабкиным ко¬том воняет, и ванночка этих доцентов недорезанных на том же месте висит, хотя я им тыщу раз говорила, чтобы сняли и повесили себе на голову…
КУЗЬМИЧ Ну, а что за свет-то?!!!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Я и рассказываю. Иду я по нему, иду, шарю по стенке наш выключатель; там у нас, чтобы не путаться, у каждого съемщика от своего счетчика свой выключатель, ну, навроде персонального. А на кухне один, общий, и всегда ГОРИТ, и вот ни одна собака не поднимет руку, отсохнет у него, паразита…
КУЗЬМИЧ (вне себя) Ну, а что там за свет-то – а?!!!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Так я же и рассказываю, а вы перебиваете! И вот иду я по нему, ИДУ, и ту т ВДРУГ вижу в конце у поворота в санузел свет! И ведь знаю же, что это Райкин Колька, зараза такая, не выключил, а сама иду и думаю ПРО себя: все!…
КУЗЬМИЧ Что?…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Все…
КУЗЬМИЧ Что – все-то?!!! Что – все-то?!!! Японский ГОРОДОВОЙ!!!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (ПОГРУЗИВШИСЬ в себя) Иду я по нему, иду…Иду, иду, иду, иду… И никого… Одна одинешенька.. .И хоть бы кто из людей – никого!… Вот так живешь в коллективе, живешь… Мучаешься, мучаешь¬ся… А как помирать, так ведь ни одной сволочи РЯДОМ!
КУЗЬМИЧ (с тоской) Это верно. Одному-то да, хреново!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА И зачем, спрашивается? КОМУ вся эта канитель понадобилась?
КУЗЬМИЧ Жизнь, сучка! Верно ГОВОРЯТ: то ли живешь, то ли снится! Ладно! ХОРОШ! Сменим пластинку!
ДЕВУШКИ (удивленно) НУ, шизики!…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Господи, а где этот-то? (оглядывается ВОКРУГ)
КУЗЬМИЧ КОТОРЫЙ?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Да этот!…Что все со своими мозгами приставал!
КУЗЬМИЧ (оглядывается, свистит) Да где-то ТУТ вроде был…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (собирает с колен остатки еды) ПОКОРМИТЬ его, наверное, как-то надо?… (указывает в темноту) А это не он там лежит?…
КУЗЬМИЧ (вглядывается в темноту) Да вроде как он…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (настороженно) А чего это ВДРУГ он там лежит?
КУЗЬМИЧ А чего ему там не лежать? Такие ЛЯГУТ себе и лежат.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (берет газету с пищей, ступает к ВИТЬКУ) Эй!… Эй!… Как его хоть звать-то?
КУЗЬМИЧ А Бог его знает! Такие давно уже и имя свое забыли!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (делает еще шаг к ВИТЬКУ) Эй!…Не отвечает… А почему это он не отвечает?…(ПУГЛИВО бросает газету с пищей ближе к ВИТЬКУ)
КУЗЬМИЧ (подходит к Витьку, присаживается перед ним на КОРТОЧКИ) А чего ему отвечать? Такие лежат себе и не отвечают. (Витьку) Эй, ты! Болячка рода человеческого! Вставай!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (испуганно) Смотрите, смотрите, не встает!…
КУЗЬМИЧ Встанет. Никуда не денется. У меня и не такие вставали (ТРЯсет Витька за плечо) Вставай, ГОВОРЯТ!
ГЕНЕЧКА (Кузьмичу) Вы напрасно прикасаетесь к нему…
КУЗЬМИЧ (Витьку) Последний раз ГОВОРЮ: Вставай, а не то…
ГЕНЕЧКА Напрасно, напрасно… Да еще и руками, если не ошибаюсь…
КУЗЬМИЧ (договаривая фразу, снимает с Витька РУКУ) … ПРОСТУДИШЬСЯ!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (прячется за Генечку) Смотрите, смотрите, не реагирует!…
ГЕНЕЧКА (внятно) Да уж теперь понятно, что не реагирует!…
КУЗЬМИЧ (отползает от Витька) Да я к нему и не прикасался!
ГЕНЕЧКА НУ, положим, вы к нему прикасались.
КУЗЬМИЧ Во дает! Г ОВОРЯТ ему – не прикасался! Прикасался, прикасался! А чего мне к нему прикасаться?!

Генечка молча и сосредоточенно подходит к ВИТЬКУ и начинает измерять расстояние от него до ящика, на котором сидел Кузьмич, прикладывая ТУФЛЮ к туфле.

ГЕНЕЧКА Три, четыре, пять, десять, ПРОШУ всех сохранять спокойствие, пятнадцать, двадцать…(Лидии Матвеевне) Вы пока можете присесть. (Лидия Матвеевна полуобморочно присаживается на КОРТОЧКИ)… Тридцать один, тридцать… К вещественным доказательствам НИКОМУ не прикасаться! (Кузьмичу) Итак, вы продолжаете настаивать… (Кузьмич, протестуя, бьет себя в ГРУДЬ) Я сказал – не прикасаться!!! (Кузьмич отдергивает от ГРУДИ РУКУ)
ГЕНЕЧКА Итак, вы продолжаете…
КУЗЬМИЧ Чего я продолжаю – ничего я не продолжаю. Нашелся тут…
ГЕНЕЧКА То есть, вы инкриминируете мне нарушение юриспрудентных формальностей процессуального императива, так?!
КУЗЬМИЧ Ничего не так!
ГЕНЕЧКА Но это же непосредственно вытекает из ваших слов!
КУЗЬМИЧ Ничего из моих слов не вытекает.
ГЕНЕЧКА ДО! Зачем же в таком случае вы к нему подходили?
КУЗЬМИЧ Ну, дает?! Да не подходил я к нему, русским языком тебе ГОВОРЯТ!
ДЕВУШКА (восторженно наблюдая за людьми) Отпад!
КУЗЬМИЧ (Генечке, кивая на девушку) Слыхал?! На фиг мне к нему подходить?
ГЕНЕЧКА Почему же вас тогда какое-то время здесь не было?
КУЗЬМИЧ А где это я, интересно, был?
ГЕНЕЧКА Вот именно! Где это, интересно, вы были?…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Генечке) Ой, да нигде он не был!
ГЕНЕЧКА (Лидии Матвеевне) Следовательно, вы тоже подтверждаете, что не был?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Подтверждаю! Не был!
ГЕНЕЧКА (Лидии Матвеевне) Остается только выяснить, где же именно в это время он был?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Трамваи глядел.
ГЕНЕЧКА Трамваи глядел… Так, так, так!… А чего его глядеть, когда его нет и не будет, а?!…Никогда не задумывались над этим парадокса¬льным на первый взгляд фактом? (Лидия Матвеевна отрицательно качает головой) Так, так, так!… (Лидии Матвеевне) Ваше имя?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Лида.
ГЕНЕЧКА ПОПРОШУ полностью!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Зачем вам полностью – я все время на ящике сидела.
ГЕНЕЧКА Формальность.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Не знаю, не знаю, какая еще может быть формальность, я сама с людьми работаю!
ГЕНЕЧКА Тогда тем более должны быть в курсе!…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Пожалуйста… Лидия, если вам так ПРИСПИЧИЛО!…
ГЕНЕЧКА (пишет) Отчество!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Как? Вам еще и отчество?
ГЕНЕЧКА Положено!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Не знаю, не знаю, что вам такое особенное еще положено?
ГЕНЕЧКА (пишет, ДИКТУЯ себе вслух) Отказывается…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Матвеевна, если вам так УЖ положено…
ГЕНЕЧКА (пишет) Матвеевна… Так! (указывая на Кузьмича) Вы знакомы?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (шарахается от Кузьмича) Вы с ума сошли!’!
ГЕНЕЧКА (Кузьмичу) А вы?…Вы по-прежнему утверждаете, что незнакомы с…(СМОТРИТ в свою записную КНИЖКУ) … с Лидией Матвеевной?
КУЗЬМИЧ Я?!!!… Знаком? !!!… С ней?!!!…Сдурел?!!!
ГЕНЕЧКА (сухо-официально) Отвечайте по существу!
КУЗЬМИЧ Да в гробу я видел твою Лидию Матвеевну в белых тапочках!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Это меня-то в белых тапочках?!!! (хохочет) Уж меня-то все ТУТ видели! Уж я-то никуда там неизвестно куда не отсутствовала! (уважительно кивая на Генечку) Меня вот и мужчина постоянно видел! И Танюшка постоянно видела! Танюшка всем скажет! (Девушке) Танюш!…
ДЕВУШКА (располагаясь на ящиках вздремнуть) Танюшка сама ТУТ с вами в два счета ошизеет…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Кузьмичу) Слыхал?!… Вот так! И сиди! (Генечке) Ну, так вот! А ТУТ, гляжу, этот (кивает на Кузьмича) все УХОДИТ куда-то и УХОДИТ! Уходит и уходит! Я еще подумала: “И куда это он, интересно бы знать, все уходит и УХОДИТ?”
ГЕНЕЧКА (Кузьмичу) Покажите, куда вы все УХОДИЛИ И УХОДИЛИ?
КУЗЬМИЧ Да куда я УХОДИЛ – никуда я не УХОДИЛ! Вот только вон туда немножечко УХОДИЛ…(кивает в темноту)
ГЕНЕЧКА Учтите, ваши показания…
КУЗЬМИЧ НУ, японский ГОРОДОВОЙ! НУ! НУ! (делает шаг в темноту) НУ сюда, кажись…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (металлически) Держите. Опять УХОДИТ.
ГЕНЕЧКА (Кузьмичу) Учтите, шаг туда, шаг сюда – попытка…
КУЗЬМИЧ (подскакивает к Генечке) Да вот он я!!! Вот! Какая попытка?! Никакой попытки! Я только место ПРО себя хотел вам поточнее указать!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Генечке) И запишите его данные.
ГЕНЕЧКА (Кузьмичу) У-уу!…Так вы еще, оказывается, и данные свои скрываете?!…
КУЗЬМИЧ Я?!… Я скрываю свои данные?! Да тыщу лет они мне усрались, чтобы я их еще и скрывал! (пытается непринужденно расхохотаться; Лидии Матвеевне секретно: «Чего ты во все ДЫРКИ суешься? Мясокомбинат!»
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Кузьмича) Шизик! Да я тебя ТУТ вообще не видела!
КУЗЬМИЧ (шалея) Меня?!!!… Вообще?!!!
(От КРИКОВ просыпается Витек. Поднимается с земли, зевает, трет глаза, подходит к людям. Стоит, смотрит, слушает, пытаясь ВНИКНУТЬ).
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Генечке официально) Пишите!… За-я-вле-ние!…Подче¬ркните ЖИРНО!… Лично я!… Вот этого вот данного … Этого данного… Запи¬сали?. .. (Генечка пишет, кивает)… Этого данного… Конкретного… Поспе¬ваете? (Генечка пишет, кивает) Конкретного…
ГЕНЕЧКА (отрывается от записи) Короче, пожалуйста.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Пожалуйста! Короче: я его вообще ТУТ никогда не видела
ГЕНЕЧКА Как?… Вообще?!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Именно!… Вообще! (кивает на спящую девушку) И вот Наденька скажет! (кивает на зевающего Витька) И этот, как его там, тоже скажет! Все скажут! (Кузьмичу) Мы все ТУТ тебя вообще никогда в жизни не видели! Все! Уходи теперь куда хочешь! (Кузьмич страшно СМОТРИТ в глаза Лидии Матвеевне) Что уставился?!
КУЗЬМИЧ Знаешь, как это называется?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (подбоченюсь) Как это называется?
КУЗЬМИЧ Это подлость человеческая называется! Вот как это называется
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ха-ха! И гони мою СОСИСКУ!
КУЗЬМИЧ (возвращает недоеденную СОСИСКУ) Возьмите свою СОСИСКУ!
ГЕНЕЧКА (Лидии Матвеевне) И как давно вы его вообще не видели?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А я вообще его впервые ВИЖУ!
КУЗЬМИЧ 0, низкая ложь!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Кузьмичу) И ты не очень-то ТУТ КРИЧИ! Раскричался он ТУТ, понимаете ли! Вон там в ДРУГОМ месте теперь будешь кричать. КРИЧИ там, сколько влезет – там все кричат.
КУЗЬМИЧ (очень ГОРДО) Я теперь везде буду кричать!
ГЕНЕЧКА (Кузьмичу) НУ, и что же вы, интересно, собираетесь тут всем нам кричать?
КУЗЬМИЧ А я не вам ТУТ всем собираюсь кричать!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Видали?! Он не нам всем ТУТ, оказывается!…
ГЕНЕЧКА (Кузьмичу) И все-таки – КОМУ вы собираетесь ТУТ кричать?
КУЗЬМИЧ (произведя ШИРОКИЙ жест ВОКРУГ) Я им всем собираюсь кричать!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ишь! Им всем!… И кому это – им всем?
КУЗЬМИЧ А не твое собачье дело!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Генечке) Пиши!…(Генечка ПРИВЫЧНО извлекает письмен¬ные принадлежности) Пиши – ПУСТЬ ГОВОРИТ свои данные!
КУЗЬМИЧ (Лидии Матвеевне) Вот ты мне разъясни! Все проЩУ, только разъясни: зачем тебе так НУЖНО, чтобы он записал мои данные?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А чем ты лучше меня?
КУЗЬМИЧ Зачем “лучше” – мы оба люди!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Вот ПУСТЬ тогда и тебя запишут!
КУЗЬМИЧ Нет, НУ, а ты-то здесь ПРИ чем?!… А?!… (уважительно кивает на Генечку) На это вон специальный человек поставлен!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Генечке интимно) Вы заметили, как он все время не ГОВОРИТ свои данные?…
КУЗЬМИЧ (Генечке, торжественно) Пиши!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Не верьте ему – он вам не свои данные подсунет!
КУЗЬМИЧ (Лидии Матвеевне) А ты свои данные подсунула?!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Генечке) Я вот как перед ХРИСТОМ Богом!!!…(Кузь¬мичу) А ты вон давай – гони, документы показывай!
КУЗЬМИЧ Какие документы?!…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (радостно) У! Да у него, оказывается, и документов-то нет!
КУЗЬМИЧ (выворачивая карманы) Это у меня-то нет документов?!… Это у меня-то нет документов?!…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (с наслаждением) А откуда у тебя взяться документам?! Ты же алкоголик законченный!
КУЗЬМИЧ Я алкоголик?!. .Все! Шабаш… Не дам НИКОМУ свои данные!!! He да-а-а-ам!!!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (сладострастно) О! О! Я же ГОВОРЮ: наркоман ПРОКЛЯТЫЙ!
КУЗЬМИЧ (идет на Лидию Матвеевну) Пиши!… Это я ее убил!
ГЕНЕЧКА (берет Кузьмича, отводит в СТОРОНУ) Напишу, Напишу! Сделайте вот так! (показывает: КУЗЬМИЧ должен глубоко ВЗДОХНУТЬ и резко ВЫДОХ¬НУТЬ. КУЗЬМИЧ делает, но наоборот) Не правильно! СМОТРИМ еще раз внимательно! Вды-ы-хаем!…И – выдыхаем! (потерявший ВСЯКУЮ ориентацию КУЗЬмич ПОКОРНО и старательно повторяет)
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Витьку, наблюдая за Кузьмичом) Господи! Он же нас ТУТ всех покусает!
ВИТЕК В процессе дыхания организм вдыхает кислород, а выдыхает углерод.
ГЕНЕЧКА (Кузьмичу) ПРОШЛО?
КУЗЬМИЧ (беспомощно-радостно) Да, вроде, маленько как ПРОШЛО…
ГЕНЕЧКА Может, присядете?
КУЗЬМИЧ Ни, ни, ни – я постою!
ГЕНЕЧКА Постоите, постоите.
КУЗЬМИЧ Постою, постою! Что же я, не понимаю – обязательно понимаю! Мало ли что! Шутка сказать! У самого детишки! Год рождения нужен?
ГЕНЕЧКА Год рождения не нужен. Вас как звать?
КУЗЬМИЧ Меня-то?!… (старчески хихикает, заглядывает в глаза) Меня-то Кузьмичом! Наши оболтусы прозывают! Кузьмичом! О как! А ЖИВУ там… (машет рукой в неопределенном направлении)
ГЕНЕЧКА Работаете?
КУЗЬМИЧ (испуганно) А как же! Все как положено! В ателье и работаю!
ГЕНЕЧКА Пошива?
КУЗЬМИЧ Зачем пошива – почина!
ГЕНЕЧКА Какого почина?
КУЗЬМИЧ А починяем!
ГЕНЕЧКА Что починяете?
КУЗЬМИЧ А все починяем! Холодильники, приемники, пылевизоры…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Витьку шепотом) Что они там все шепчутся и шепчутся?
ВИТЕК Почин обсуждают.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Какой почин?
ВИТЕК Новый, понятно!

На месте совершения преступления

ГЕНЕЧКА А “Романтику” починяете?
КУЗЬМИЧ А вот “Романтику” не починяем.
ГЕНЕЧКА Жаль…
КУЗЬМИЧ Но можно глянуть…
ГЕНЕЧКА ХОРОШО бы глянуть.. .(достает блокнот, ручка) Давай-ка я, Кузьмич, на всякий случай, твои телефончик чиркану!…
КУЗЬМИЧ Телефончик?…
ГЕНЕЧКА Телефончик!
КУЗЬМИЧ Телефончик, это можно…
ГЕНЕЧКА Как-нибудь на днях брякну…
КУЗЬМИЧ Да, аж чего там – я сам вам брякну!
ГЕНЕЧКА Да стоит ли беспокоиться – я аж лучше сам!…
КУЗЬМИЧ Да какое там беспокойство – одно, можно сказать, удовольствие!
ГЕНЕЧКА Удовольствие – удовольствием, а телефончик давай чиркану!

На ящиках

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Витьку) КРИЧИ!
ВИТЕК Что?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Помогите!!!
ВИТЕК Лучше «СОС»!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Какой еще «СОС»?
ВИТЕК Международное! «СОС»! Спасите наши души!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Иди ты, знаешь куда! Гляди! Они сейчас там один другому настучат, потом иди, бегай со своей душой, доказывай, что ты не осел!

На месте совершения преступления

КУЗЬМИЧ Телефончик?…
ГЕНЕЧКА Телефончик.
КУЗЬМИЧ Телефончик, это можно…
ГЕНЕЧКА Я жду!…
КУЗЬМИЧ Ну, пиши, значит! Двести семьдесят два…
ГЕНЕЧКА (пишет, бубнит) Двести семьдесят два…
КУЗЬМИЧ Дальше у нас с тобой будет, значит, пять…
ГЕНЕЧКА (пишет, бубнит) Пять… Какие “пять”?
КУЗЬМИЧ А что после “два”!
ГЕНЕЧКА После каких “два”?!
КУЗЬМИЧ А что после “пять”!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (КРИЧИТ) СО-О-О-ОС!!!
ГЕНЕЧКА (Лидии Матвеевне, раздраженно) НУ, что вы там раскричались’?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Генечке) А чего это вы с ним там шепчетесь?
ГЕНЕЧКА Я не шепчусь, а разбираюсь! Вот разберусь с товарищем и по¬дойду к вам! Потерпите!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Витьку) Слыхал?!.. Только что был гражданин, а пошептались, пошептались и уже, глянь – “товарищ”!
ГЕНЕЧКА В последний раз вас предупреждаю: еще раз все целиком и слитно.
КУЗЬМИЧ Это мы запросто! Слитно так слитно! Один хрен, как ГОВОРИТСЯ
ГЕНЕЧКА НУ?!
КУЗЬМИЧ А слитно будет, значит, так: двести семьдесят две… Так?.. .Во-о… После, значит, у нас с тобой идет семерка!… А после обратно пятерка! А уже еще после пишем две!
ГЕНЕЧКА Не две, а два!
КУЗЬМИЧ Я и ГОВОР»: сперва “две”, а после уже “два”!
ГЕНЕЧКА (прячет в карман КНИЖКУ) Ладненько, брякну!..,
КУЗЬМИН БРЯКНИ, брякни! Него же не брякнуть, когда можно брякнуть. Брякай на здоровье!
ГЕНЕЧКА (подходит к Лидии Матвеевне) НУ? Что у вас?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А я-то думала, что вы ПОРЯДОЧНЫЙ мужчина!
КУЗЬМИЧ (Лидии Матвеевне из-за Генечки) Сама-то шибко порядочная!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Кузьмичу) Ты!!!…Психик!!!

Лидия Матвеевна и КУЗЬМИЧ молча и свирепо бросаются ДРУГ на друга.

ГЕНЕЧКА (бросается разнимать) У товарища сорвалось!…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (не прекращая борьбы) Товарища своего защищаешь?!…
ГЕНЕЧКА ПОТОМУ, что выяснилось, что вне всяких подозрении!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ага! Видали?! Был под всякими, а пошептались, пошептались, и сразу без всяких?!
ГЕНЕЧКА Почему “сразу”? Постепенно. В ходе следствия.

Лидия Матвеевна оставляет Кузьмича, поправляет съехавшую на бок кофточку, отряхивается, и принимается молча и сосредоточенно прохаживаться вдоль ящиков…

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Так, так, так!… А по¬чему это в ходе этого самого следствия вы сами ни раза не были под подозрением?!… А?!
ГЕНЕЧКА А с какой это, интересно, стати, я должен быть под подозрением?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А вот и с такой! Мы тут все, понимаете ли, как эти, а он тут, понимаете ли, как этот! А ну – отдавай назад все мои данные!
ГЕНЕЧКА Не положено!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Мне все положено – я двадцать один год дружинница!
ГЕНЕЧКА Коллеги, значит!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Тамбовский волк тебе коллега! (Кузьмичу) Держи его!
ГЕНЕЧКА Кого?! Меня?!… (смеется) Меня?!… Вы хоть соображаете?… (под напором Лидии Матвеевны Генечка отступает ПРЯМО в руки Кузьмича).
КУЗЬМИЧ (принимая Генечка) Соображаем, соображаем…
ГЕНЕЧКА (забившись в руках Кузьмича) Ты!!!…Иуда!!!…
КУЗЬМИЧ (держа в руках Генечка) ПОГОВОРИ мне, ПОГОВОРИ, романтик!
ГЕНЕЧКА (отчаянно борется) Плащ порвешь!… Ты!!!…
КУЗЬМИЧ Ты мне тут не тыкай, не тыкай! Все! Будет с тебя! Тыкалыщик тут мне нашелся! Оттыкался, шабаш!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (разглядывает бьющегося Генечка, как разглядывают через решетку опасного зверя) У-ууу, ты какой!… Какой оказался!… А глаза-то, глаза!… Одни глаза чего стоят… (Кузьмичу) Держи, держи I Осторожнее! Вырвется еще!… Какой!…
ГЕНЕЧКА Ну, попадет!… Ну, попадет!…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Это с чего это попадет, а?! АФЕРИСТ!
ГЕНЕЧКА Я междустранник!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А вот я тебе сейчас промеж-то глаз тресну – вот и будет тебе тогда твои “междустранник”! Треснуть?!… А ?!… Молчишь?
ГЕНЕЧКА (очень ГОРДО) Трескай!
КУЗЬМИЧ Кончай трепаться! Что мне его так – до утра держать?!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА ПУСТЬ данные гонит!
КУЗЬМИЧ (Генечке) Слышь, чего ГОВОРЯТЬ – гони данные!
ГЕНЕЧКА Не тяни за рукав!
КУЗЬМИЧ Плевал я на твой рукав – данные гони!
ГЕНЕЧКА Фиг тебе данные пока рукав не ОТПУСТИШЬ!

Рукав с треском отрывается. Люди цепенеют

ГЕНЕЧКА (мертвея) Финский рукав… Финский рукав… Я же год не пил не ел…Убью!!! (РЫЧИТ и лязгает зубами)
КУЗЬМИЧ (увертываясь от генечкиных зубов) Чего делать?!.. Чего делать?!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (отскакивает в СТОРОНУ) Какой!.. И кто бы мог подумать!
КУЗЬМИЧ Делать, ГОВОРИ, чего?!!!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Так связать сможешь?
КУЗЬМИЧ Так – ВРЯД ли!…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Тогда – бей!

КУЗЬМИЧ бьет. Генечка стихает, оседает на землю.

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Вяжи!

Кузьмич вытягивает брючный ремень, ловко свя¬зывает Генечку.

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА И данные у него прихвати! (возвращается на свои ящик, устало садится).

КУЗЬМИЧ берет у Генечки записную книжку, подходит к ящикам, отдает Лидии Матвеевне генечкину книжку, садится РЯДОМ.
Витек СМОТРИТ на происходящее, уверенный, что все это ему снится.
Девушка спит на СДВИНУТЫХ ящиках.

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (листает книжку) Все женщины, женщины… Бедные женщи¬ны!… Куда он нас дел?!
КУЗЬМИЧ (проглядывая из-за спины Лидии Матвеевны) Куда-то сзади…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Сзади, сзади! Поди, разбери! НУ, и почерк, чтоб РУКИ у него отсохли, глаза только ИСПОРТИШЬ!
КУЗЬМИЧ Не пролистывай, не пролистывай!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Не сопи в УХО!
КУЗЬМИЧ (радостно КРИЧИТ) Оно!!!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (глядя в КНИЖКУ) Какой-то “романтик”?…
КУЗЬМИЧ (берет у Лидии Матвеевны КНИЖКУ) Ну-ка, дай-ка!… (берет У Лидии Матвеевны записную КНИЖКУ).
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА С телефоном…
КУЗЬМИЧ Будет ему и “романтика”, будет ему и Антарктика!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Какая eщe Антарктика? Это он тебе набрехал, что он в Антарктике был?…
КУЗЬМИЧ Набрехал, не набрехал, ты лучше поди, глянь, чего он там ПРИТИХ!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А чего ему делать – загорает себе лежит!
КУЗЬМИЧ Поди, поди! Еще концы отдаст, хлопот потом не оберешься…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Это за него-то “хлопот”? “Спасибо” еще скажут!
КУЗЬМИЧ И медаль дадут!… (вырывает листок, сует в РОТ, глотает)
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (присаживается около Генечки, поднимает палочку, ТРОгает палочкой Генечку) Лежит… Думает себе чего-то…
КУЗЬМИЧ Цицирон, мать твою!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (возвращается на ящик) Дай-ка сюда! (берет у Кузьмича КНИЖКУ) Я тебе ТУТ не попадалась?
КУЗЬМИЧ А как он тебя пометил?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Полностью, собака!
КУЗЬМИЧ Полностью не попадалась. Может он тебя куда в ДРУГУЮ СУНУЛ?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА В какую еще ДРУГУЮ? Советчик нашелся! И ты это, давай-ка, не маячь ТУТ! Себя нашел и доволен! (углубляется в поиски) Вот так живешь, живешь, и ведь и в ГОЛОВУ не придет, что такое бывает на свете. Кошмар! Ой, Галочка! Ой, будь осторожна, ты так поздно возвраща¬ешься, не приведи Господь… А тебя почему-то не записал… А?… Не зна¬ешь, почему он тебя не записал?…Всех нас почему-то записал, а тебя не записал… Спишь, что ли, или прикидываешься?
ДЕВУШКА Сплю.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Вот я и ГОВОРЮ. Всех записал, а тебя почему-то не за¬писал… С чего бы, интересно, это, не знаешь?… А?… Эй!… Слышь!…
ДЕВУШКА (не просыпаясь) Вот бляди! Всю печень склевали!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Светик! Светик! Разве можно так некрасиво выражаться?
КУЗЬМИЧ Лучше б с тем ПРИДУРКОМ свалила…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (не отрываясь от поисков) С каким ПРИДУРКОМ?… Куда он меня СУНУЛ?. .. (Кузьмичу) Эй!… Слышь!… Ну-ка, поди, тряхани его! (Кузьмич делает вид, что не слышит) Эй!… Оглох?!…
КУЗЬМИЧ Чего?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Чего-чего – ничего! Поди, тряхани этого! ПУСТЬ ГОВОРИТ, куда меня СУНУЛ!
КУЗЬМИЧ Тебе надо – ты и тряхай!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ну, люди! Себя вырвал – и сидит! Вот всюду ГОВОРЯТ: надо, мол, быть оптимистом! И как с такими сволочами быть оптимистом – никто не ГОВОРИТ! (встает с ящика, подходит к Генечке, трясет) Эй ты! Не пришей кобыле хвост, очнись на МИНУТКУ!
ГЕНЕЧКА (НИКОМУ) Вот и все…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Чего “все”?! Ишь – “все”! ГОВОРИ, куда меня дел?!
ГЕНЕЧКА Гвинея Папуа…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Вот тебе уже будет твоя Гвинея Папуа! С колючкой в ТРИ ряда! НУ?!…
ГЕНЕЧКА Пошел…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ига! Как же! Разбежался!…(встряхивает Генечку. КУ¬ЗЬМИЧУ) Слышь! Этот ГОВОРИТ, что он пошел куда-то…В эту свою Гвинею, ГОВОРИТ, пошел!
КУЗЬМИЧ ПУСТЬ человек идет куда хочет.

Девушка смеется.

КУЗЬМИЧ (Девушке) Ты чего?
ДЕВУШКА Замерзла.
КУЗЬМИЧ (снимает пиджак, набрасывает на девушку) Слыхал, где-то на Востоке, раньше, давно очень, люди не всегда людьми рождались.
ДЕВУШКА (согрелась, стихла) А кем?
КУЗЬМИЧ Разным… Собакой, к примеру, ТИГРОМ. Есть и такие! НУ, есть, конечно, и поменьше: кошкой там, ежиком. Всякие были…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (ОСТОРОЖНО трогает Генечку) Мужчина… Мужчина…
ГЕНЕЧКА Где там у вас коммунальный выключатель? Погасите, пожалуйста!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Какой выключатель? (пригляды
ется) Ой! Плачет…

В ночной тишине, издалека-издалека доносится затихающий КРИК: “Лю-у-у-у-ди!”

Часть вторая

ПРОШЛО какое-то время…
Девушка дремлет на сложенных ящиках.
Витек спит под деревом.
Генечка СМОТРИТ в бездонный космос.
Небо затянулось облаками, все ЗВУКИ стали чище, яснее.
На ящиках Лидия Матвеевна и КУЗЬМИЧ.
Разговаривают…

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Нет, я этого себе совсем представить не МОГУ. КРУГ¬ЛЫЙ год одно и то же. Я, знаете, одно время тоже очень хотела на юг поменяться. Менялась, менялась, а потом как-то, знаете, перегорело.
КУЗЬМИЧ Сравнили! Наш юг и их. Экватор!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Экватор-то экватор. Но, тоже, знаете, что зима, что лето – не разбери, поймешь!
КУЗЬМИЧ Привычка – великое дело!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Это конечно! Привычка! Но так, чтобы на всю жизнь, я бы не смогла.
КУЗЬМИЧ А дожди там какие!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ужас ПРЯМО какой-то!
КУЗЬМИЧ Ливни!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА ПРЯМО стихийные бедствия!
КУЗЬМИЧ А то вот на днях в “Мире животные” показывали: есть в теплом море очень далеко – РИФЫ! И сплошь – одни кораллы!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Коралловые РИФЫ.
КУЗЬМИЧ Во-во! Коралловые РИФЫ! Так кораллы эти, думаете, камешки? Живое!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Живое, живое!
КУЗЬМИЧ Живое!…Организмы! Так занимали они там в теплом море огромадные площадя! Всю жизнь! А теперь чего? Нефть! ПРОДУКТЫ отходов! И погибают. Нет больше…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Вообще, последнее время, знаете, как катится все куда-то.
КУЗЬМИЧ Законы не те!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Законы – да!
КУЗЬМИЧ Я б к человеку приравнял!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ну уж!… Хватили!
КУЗЬМИЧ Ничего не хватил.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Хватили, хватили!
КУЗЬМИЧ У меня на даче сосед два года назад коза где-то приобрел. Антониной Михайловной назвали.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А почему Антониной Михайловной?
КУЗЬМИЧ ГОВОРЯТ, на бабашку, вроде, как похожа. Лето подоили, дети иг¬рали, а осенью уезжать – зарезали.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Так коза же!…
КУЗЬМИЧ Коза…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Вообще, раньше люди другие были, и теперь какие-то… Возьмите хоть нашего!…(кивает на лежащего на земле Генечка) Такой на вид интеллигентный мужчина!…
КУЗЬМИЧ Сколько волка не КОРМИ, все в лес СМОТРИТ!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Я так испугалась! Не приведи господь, думаю, не удержите вы его и все! И конец мой пришел!
КУЗЬМИЧ И не таких удерживали…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А как он подъехал, заметили?… И за границей он бывал! И в Антарктике он бывал! И где только он не бывал! А сам все, заметили? – глазами: туда-сюда, туда-сюда! И все, заметили, намекает, что он, мол, не из ПРОСТЫХ, что, мол, в одном месте работает, а?! Я сама в том же месте работала. Место как место. Буфет, конечно, на уровне, ЗРЯ клеветать не буду! И вот ведь – и данные все переписал, паразитина такая! Причем, ведь как засунул, что и не отыскать ведь у него! А?!… А ну-ка, дайте-ка на ваши еще разок глянуть. Может он и меня тоже каким специальным ШИФРОМ пометил?
КУЗЬМИЧ Чего “мои”?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Данные.
КУЗЬМИЧ Какие такие данные?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Как какие данные – ваши!
КУЗЬМИЧ Мои?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Чего вы ТУТ мне тут дурачком прикидываетесь, когда я сама лично вам их из РУК в РУКИ передавала!
КУЗЬМИЧ Ничего вы мне не передавали!
ДЕВУШКА (с ящика, не просыпаясь) Он их съел.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (вздрагивает) Кого?
ДЕВУШКА Данные.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Как съел?!
ДЕВУШКА Молча.
КУЗЬМИЧ (Девушке, весело) Спи, спи, фантазерка!
ДЕВУШКА Сплю, сплю…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Кузьмичу) Зачем вы их съели?!…
КУЗЬМИЧ (весело) Да вы слушайте ее больше! Она же – вон! Гляньте! Спит себе! Снится ей! Сон! НУ, и бормочет, не разберешь что! “Съел”! И придумает же такое! Что же я – совсем, что ли, уже – вовсе?!… (от¬ходит от ящиков размяться).

Девушка просыпается окончательно, садится на ящик, закуривает.

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (достает КНИЖКУ Генечки, листает) Додуматься же до такого – съесть свои данные! И, главное, спрашиваю: “Где ваши данные?” ГОВОРИТ: “Не видел я никакие данных!” А сам съел… Хотя, ГОВОРИТ, что не видел… Что же он тогда съел?…(СМОТРИТ на Девушку) Девочка! Девочка!
ДЕВУШКА Что?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ты что делаешь?
ДЕВУШКА КУРЮ.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Но ты же мне сказала, что не КУРИШЬ?!
ДЕВУШКА Я пошутила.

КУЗЬМИЧ возвращается к ящикам, садится.

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Кузьмичу) Представляете?! Я ее спрашивай: “Ты не КУ¬РИШЬ?” ГОВОРИТ: “Не КУРЮ” А сама КУРИТ!
КУЗЬМИЧ (с тоской бывшего курильщика) Я раньше тоже КУРИЛ…Бросил!.., (берет ящик, подходит к Генечке, садится на ящик РЯДОМ) Вот ты все ГО¬ВОРИШЬ: “Я думаю!” Да? Вот ты мне скажи тогда: вот ГОВОРЯТ, что чело¬век, мол, произошел от зверя, да?! А вот как же так интересно получает¬ся, что зверя жалко, а человека ни хрена не жалко?!… А?.. . Что мол¬чишь?. .. Дай-ка РЯЗВЯЖУ!…
ГЕНЕЧКА Отвали!
КУЗЬМИЧ Отвали! А по УТРУ увезут тебя – ищи- свищи потом ремень! А теперь такие ремни уже не делают, (развязывает Генечку) Дерьмо теперь, а не ремни! (Освобожденный, Генечка достает сигареты, закуривает) Ты это – сигареткой, случаем, не угостишь?… А?… Слышь, не УГОСТИШЬ, СПРАШИВАЮ?
ГЕНЕЧКА Нет.
КУЗЬМИЧ (встает, берет свои ящик) Подавись ты своей сигареткой!
ГЕНЕЧКА А что ты там насчет зверя хотел выяснить?
КУЗЬМИЧ А и то! Зверя, ГОВОРЮ, жалко! А тебя, взять – ни хрена не жалко!
ГЕНЕЧКА Это, интересно, почему?
КУЗЬМИЧ Ты кто? Ты и не зверь и не человек!
ГЕНЕЧКА А это кто ж, интересно?
КУЗЬМИЧ Это, можно сказать – ТЬФУ: клиент ты, вот кто ты!
ГЕНЕЧКА А если дам сигарету?
КУЗЬМИЧ Да я теперь лучше СДОХНУ, чем ВОЗЬМУ у тебя сигарету!
ГЕНЕЧКА Такие как ты не ДОХНУТ! Такие как ты живучие… Ишак!
КУЗЬМИЧ Ишак?… Ишак, ГОВОРИШЬ? !,..
ГЕНЕЧКА Ишак! Конечно! СМОТРИ – боров, какой! Бугай! ” Кировец”!
КУЗЬМИЧ “Кировец”, ГОВОРИШЬ?! … А у этого “Кировца”, знаешь, что?!
ГЕНЕЧКА НУ, что?!…Что?!…Что у тебя может быть?!
КУЗЬМИЧ (СУДОРОЖНО роется по карманам, находит кошелек, из кошелька ПРИГОРОШНЯМИ вынимает бумажки) Вот!…Гляди!…Вот!…И вот!… И вот!
ГЕНЕЧКА Что ты мне здесь деньгами своими погаными трясешь?!
КУЗЬМИЧ Деньгами?!… Деньгами, ГОВОРИШЬ?!… Да?! Это рецепты! СМОТРИ, вражина – это все рецепты!!!… И это все рецепты!!! И это!!! А это знаешь, что за направление?… (боязливо берет какую-то бумагу)
ГЕНЕЧКА “Направление, направление”!… Чего ты мне ТУТ своими направ¬лениями трясешь! Кашалот! На аппаратуре сидит, и еще он ТУТ меня будет направлениями своими пугать!
КУЗЬМИЧ (сраженный) Постой!… Это же, знаешь, куда?…
ГЕНЕЧКА Да плевал я на все твои направления! Такие как ты за деньги все, что УГОДНО КУПЯТ!
КУЗЬМИЧ (давясь слезами, ползает по земле, собирает бумажки) Я тебя знаю… Я тебя знаю… Я на тебя каждый день с утра до вечера ГЛЯЖУ, не МОГУ больше, ДУШУ ВОРОТИТ! Такой как ты, цицирон, маму с папой ТРИ раза продаст и КУПИТ лишь бы ему задарма по гарантии новый аппарат ПОЛУЧИТЬ! За день до срока сидит КРУТИТ: КРУТИТ! КРУТИТ! КРУТИТ! Не жрет, не спит, зараза, переменник графитовый КРУТИТ, пока не ДОКРУТИТСЯ – ПРИНОСИТ: сломался у него! Трешку сует, скалится волчина! А я же его насквозь ВИЖУ! Я на него СМОТРЮ и не МОГУ больше, понимаешь?!!!
ГЕНЕЧКА (презрительно, с ненависть») Высказался?
КУЗЬМИЧ Не так?! А?! Это ты!!!… Ты!!!… И я тебя ненавижу страшной ненавистью!!!
ГЕНЕЧКА Ненавидит он!!!… Ха-ха-ха!!!… Кулак! Гегемон! Буржуйская морда недобитая! Я, может быть, тебя езде больше ненавижу – МОЛЧУ! Удивил! Ненавидит он! Не переживай! Теперь У тебя работа спокойная будет! На свежем воздухе! Благодать! Завидую! Хочешь сигаретку?
КУЗЬМИЧ А чего это ты меня своим свежим воздухом пугаешь?!
ГЕНЕЧКА И ты что думал?! Я же теперь на тебя в суд подам! Я же на тебя теперь жизнь положу! Тут уже не рукав – тут ПРИНЦИП! Высший!… Я смысл всей своей жизни обрел – я врага своего увидел! И не жить нам
теперь вдвоем на этой земле!!!
КУЗЬМИЧ В суд?!…Ты?!…На меня?!…
ГЕНЕЧКА Пять лет!!! Это минимум! Отправная точка! Это тебе, считай, уже обеспечено! Это ты, считай, уже сидишь! Будешь курить или не будешь, в последний раз спрашиваю?! (трясущимися руками достает пачку сигарет, протягивает Кузьмичу. Кузьмич трясущимися руками выуживает из пачки сигарету, оба прикуривают от одной трясущейся спички).
КУЗЬМИЧ (прикуривая) Пять лет!…Ты хоть соображаешь, что несешь?!
ГЕНЕЧКА (прикуривая) Уж я-то теперь еще как соображаю!!! Уж теперь давай ты соображай! (загибает пальцы, нездорово хохочет) Загибай – оскорбление личности посредством насильственного ограничения моей свободы в месте общественного пользования – раз!!!
КУЗЬМИЧ А то, что ты меня “Кировцем” обозвал – это, по-твоему, не оскорбление моей личности?!
ГЕНЕЧКА (визгливо-восторженно) А вот и не оскорбление!!!
КУЗЬМИЧ Это как же не оскорбление?!
ГЕНЕЧКА (истерически хохоча) А вот и так же – не оскорбление и все!!!
КУЗЬМИЧ Это почему же не оскорбление?
ГЕНЕЧКА А потому, что никто не слышал! Понял?! Ха-ха-ха!!!
КУЗЬМИЧ (обезумев) Сволочь!…Ну, и сволочь!
ГЕНЕЧКА (обезумев) Прекрасно!!! Сволочь!!! (бросается РЫТЬСЯ по КОРманам) Так и запишем!!!…Сво-ло-о-чь!…(пишет) Нанесение словесных выражений! Еще плюсуй пять с половиной! Итого: пятью пять – двадцать пять!
КУЗЬМИЧ Сволочь!!!…На, сволочь!!!… Не будет по-твоему! Я теперь на Тебя, ГОРИ она огнем, тоже жизнь положу ! Ничего теперь не жаль! Это, что ты ту т насчитал – это, если бы ты каким человеком был! А кто ты?!

Из темноты возник ВДРУГ Скрипач. Возник, как свалился: измятый, ободранный, счастливый.

СКИПАЧ (торжественно) Здравствуйте, люди!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (перепугано) Здравствуйте…
СКИПАЧ (со слезами счастья на глазах) Дорогие мои люди! Как я вас искал!… И вот я вас нашел! Здравствуйте, дорогие!…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (умирая от страха) Здравствуйте…
СКИПАЧ Что со мной было – вы ПРОСТО не поверите! Я заблудился!!! Первый раз в жизни я заблудился! Куда идти?! Где микрорайон?! Вы не поверите – кричать стал! А что делать? Стыдно, а КРИЧУ! В какую-то ПО¬МОЙКУ попал, залез на ее вершина, думаю, хоть оттуда, может быть, вас УВИЖУ! Как УЖ я проклинал себя, что ушел от вас, если б вы только зна¬ли… И вот я снова с вами, все позади, какое счастье! Люди!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (в ужасе) Господи! Господи! Это он нам, что ли?!…
СКИПАЧ Здравствуйте, люди!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Здравствуйте.
СКИПАЧ Здравствуйте!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ой! НУ, ответьте ему кто-нибудь, он же нас всех!…
СКИПАЧ (обессилено садится на ящик) Не надо ничего мне отвечать, я и так бесконечно счастлив! (Лидия Матвеевна отчаянно зовет жестами Кузь¬мича) А что – еще кто-то из людей есть?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (испуганно) Из людей – никого!
СКИПАЧ (оглядывается, видит Кузьмича) Как же никого?! А это!… (КузьмиЧУ) Здравствуйте, мои самый ДОРОГОЙ!!!
КУЗЬМИЧ (ОСТОРОЖНО) Здравствуйте, здравствуйте…
СКИПАЧ И вот стою я на ее вершине, всматриваюсь вдаль, и ВДРУГ СЛЫШУ птица поет! Ночная какая-то птица! Я на голос ее пошел. ИДУ! Куда иду – не ведаю! Иду и ИДУ! И вот пришел! Это у вас?!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Не у нас!
СКИПАЧ Ну, как же?! Я же совершенно отчетливо слышал, что у вас! Вот вы сами послушайте!… Слышите?I… Слышите?!… А?! Неужели не слышите?!
ЛИЛИЯ МАТВЕЕВНА Не слышим.
СКРИПАЧ А вы вслушайтесь, вслушайтесь!… Слышите?!
ЛИЛИЯ МАТВЕЕВНА (ничего не слыша) Слышим.
СКРИПАЧ НУ вот, я же ГОВОРИЛ! Правда, прекрасно?!
ЛИЛИЯ МАТВЕЕВНА Прекрасно.
СКРИПАЧ (бросается к КУЗЬМИЧУ) А вы?! Вы же еще ничего не слышали! (тащит Кузьмича поближе) Вот следите за моим пальцем! Вон там!… В сто¬роне какого-то строительства поет прекрасная… Вы куда смотрите?
КУЗЬМИЧ Ты где был?
СКРИПАЧ Вы ПРОСТО не поверите!
КУЗЬМИЧ ГОВОРИ. Разберемся…
СКРИПАЧ Занесло меня в какое-то болото, представляете?!
КУЗЬМИЧ А сперва ГОВОРИЛ на ПОМОЙКУ!…
СКРИПАЧ Сперва – на ПОМОЙКУ! А потом – в болото!!! (счастливо смеется) И я ЧУТЬ не УТОНУЛ? И там, в одном месте растет!… Ну?!…Растет… Ну?! В жизни не догадаетесь! Камыш!!!… Честное слово! Самый настоящий ка¬мыш! Там, наверное, весной и ЛЯГУШКИ даже ЖИВУТ! А знаете, что! А да¬вайте этой весной туда все вместе придем, а?…Придем, рассядемся по кочкам, будем сидеть, слушать, как квакают ЛЯГУШКИ. Может быть, и эта наша птица запоет?…А они себе: “Ква-ква!…Ква-ква!..” А мы сидим, слушаем…Знаете, я раньше, НУ – давно, пробовал МУЗЫКУ писать…Ска¬зали, не ТУ МУЗЫКУ ПИШУ. Попробовал писать ТУ, оказалось, что ТУ не умею… Ну и ладно! ПРИДУТ другие – они напишут! А мы будем сидеть себе посиживать, лягушек слушать, прекрасно! Правда?! Ведь нам никто не может запретить лягушек слушать, а?…Правда?… Да? Правда?…
КУЗЬМИЧ Ты где отсутствовал?
СКРИПАЧ Так я же и ГОВОРЮ!…
КУЗЬМИЧ Ладно. Подойдем с ПРОТИВОПОЛОЖНОЙ СТОРОНЫ! Ты куда УХОДИЛ?
СКРИПАЧ Домой.
КУЗЬМИЧ Вернулся зачем?
СКРИПАЧ Заблудился.
КУЗЬМИЧ Так сразу взял и заблудился?
СКРИПАЧ Я не сразу. Я сначала сетку потерял…
КУЗЬМИЧ Ига! Так бы и говорил! Значит, ты сперва сетку потерял?
СКРИПАЧ Нет, я сперва упал…
КУЗЬМИЧ (оглядывая Скрипача) Так!… Понятно… Штанина!…Одна!
СКРИПАЧ (оглядывая себя) Две…
КУЗЬМИЧ Одна!
СКРИПАЧ Две!
КУЗЬМИЧ Одна, ГОВОРЮ! Грязная!… Почему одна?
СКРИПАЧ Провалился…
КУЗЬМИЧ А другая? БЫСТРО!
СКРИПАЧ Не провалился!
КУЗЬМИЧ Какой провалился?!
СКРИПАЧ Правой!…Нет – левой!…Нет – пра… СЕКУНДОЧКУ, Я ВСПОМНЮ!… Правой!… Левой!… Правой!… Левой!…
КУЗЬМИЧ Так, так, так!.. .Ну?!.. Так правой, все-таки, или левой?…
СКРИПАЧ Можно еще ОДНУ СЕКУНДОЧКУ ?… Левой… Правой… Левой… (обреченно поникнув) Не знаю.
КУЗЬМИЧ Вот то-то и оно! Ладно! Выкладывай! Все начистоту выкладывай! Имя! Фамилия! Есть кличка – КЛИЧКУ выкладывай! Все выкладывай! (выни¬мает из кармана клочок бумаги, роется по карманам).
СКРИПАЧ (не сводя глаз с Кузьмича, роется по карманам) Клички нет…
КУЗЬМИЧ (роется по карманам) Так…Клички нет… А ручка У тебя есть?
СКРИПАЧ Ручка есть.
КУЗЬМИЧ Давай и РУЧКУ выкладывай! (Скрипач роется по карманам) Значит, ГОВОРИШЬ, клички у тебя пока нету?
СКРИПАЧ Пока нету.
КУЗЬМИЧ Может быть, у тебя и имени пока нету?
СКРИПАЧ Имя есть!
КУЗЬМИЧ НУ, и какое же у тебя, к примеру, имя?
СКРИПАЧ Саша.
КУЗЬМИЧ “Саша”! Ты полностью гони! С отчеством!
СКРИПАЧ (обреченно) С отчеством?
КУЗЬМИЧ И ты, что думал?! Все полностью: с отчеством!
СКРИПАЧ Полностью с отчеством: Александр Дмитриевич!
КУЗЬМИЧ Александр Дмитриевич!…Александр Дмитриевич… НУ, что, Але¬ксандр Дмитриевич, делать будем?…Признаваться надо!
СКРИПАЧ Надо.
КУЗЬМИЧ Признавайся!
СКРИПАЧ Признаюсь.
КУЗЬМИЧ Признаюсь…Так, так, так!…НУ, и в чем же ты признаешься?
СКРИПАЧ (думает) Сейчас!… СЕКУНДОЧКУ!… Можно еще секундочку?
КУЗЬМИЧ ЕСЛИ ТОЛЬКО СЕКУНДОЧКУ – ТО ЛАДНО. СЕКУНДОЧКУ – МОЖНО. (удовлетворенный, КУЗЬМИЧ отходит)
СКРИПАЧ (ступает к ящикам; Лидии Матвеевне) Можно… присесть?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА НУ?… И где же вы, интересно, были?
СКРИПАЧ Я отсутствовал.
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА НУ, и что вы там, интересно, делали?
СКРИПАЧ Я там потерялся…Потом заблудился…Потом упал… Сетку поте¬рял… И ПРА… И ле… И одна из штанин грязная. А другая из штанин по¬чему-то не грязная?… Темная ночь… Ни направления, ни зги – ничего!…
КУЗЬМИЧ (берет свои ящик, подходит к Генечке, садится) Скрипач вернулся! Рассказывает – птицу какую-то видел! Не из наших краев, значит! (показывает) Громадная – ужас! Перья такие, НУ! Лапы – во! Глаза!… Одно слово – скрипач – он и есть скрипач! А я вот думаю: нет, не мог че¬ловек на земле из всего этого ПРОИЗОЙТИ!… Правильно последнее время ученые сомневаются: занесло его сюда откуда-то (поднимает к небу глаза) …оттуда… (Генечка тоже поднимает глаза: Генечка и КУЗЬМИЧ сидят, СМОТРЯТ в звездную прореку, вздыхают) … И не ПРИЖИТЬСЯ ему ТУТ никак! И так придумает! И зтак! Даже этим…хомосапинсом себя назвал, а все без ТОЛКУ! Вот возьми ты любую какую травинку! Или зверя! Что УГОДНО! Это же какая тут среди всего живого единость! И только вот этот человек свалился невесть откуда, и с той ПОРЫ и мается неприкаянно, что дерьмо в чистой проруби: и сам жить не живет, и ДРУГИМ не дает!

Прослушав версию Кузьмича о возникновении на земле человека, Генечка задумчиво достает сигареты, протягивает пачку КУЗЬМИЧУ.
Генечка и КУЗЬМИЧ закуривают.

ГЕНЕЧКА Это ты ЗДОРОВО подметил!… Так оно и есть – пришельцы мы!
КУЗЬМИЧ Пришельцы…(нежно СМОТРИТ на Генечку) Так, что теперь мы с тобой вроде как братья оказывается!
ГЕНЕЧКА (с нежностью СМОТРИТ на Кузьмича, ГРУСТНО) Были как братья!…
КУЗЬМИЧ Почему это были? А теперь кто?
ГЕНЕЧКА Теперь мы с тобой соседи.
КУЗЬМИЧ Соседи? Какие соседи?
ГЕНЕЧКА Соседи, КУЗЬМИЧ!… По проруби!
КУЗЬМИЧ По проруби?… Да! Верно! НУ, и ладно! Были братья, стали соседи, чего УЖ ТУТ поделаешь, – не убивать же теперь ДРУГ ДРУЖКУ? Одна КРОВЬ!… НУ?… Брательник! Что там у тебя с “Романтикой” ПРИКЛЮЧИЛОСЬ?
ГЕНЕЧКА (не сразу, после паузы) Да так, ничего…
КУЗЬМИЧ (покосившись на Генечка) Да, надо бы ГЛЯНУТЬ…
ГЕНЕЧКА (СУХО) Да УЖ ладно, не надо…
КУЗЬМИЧ (под дурачка) Да уж чего там – мигом глянем!
ГЕНЕЧКА Да УЖ вам теперь ВРЯД ли, думаю, придется…
КУЗЬМИЧ Да это отчего же это ВРЯД ли?…
ГЕНЕЧКА Да вы теперь все больше, думаю, чисто физическим ТРУДОМ будет заняты…
КУЗЬМИЧ (смеется, пытаясь обнять Генечку) Физическим, Физическим!.. НУ, что ты за ФРУКТ за такой, а?!…Овощ с мармеладом! А?!… Ха-ха-ха! И откуда это только ты такой, интересно, взялся?! А?!… Ха-ха-ха!… Давай мы с тобой умственно прикинем! Ты мне свою ломанную “Романтику”, а я тебе за нее взамен новехонькую “Весну”, идет?!… А?!… Чего?!
ГЕНЕЧКА Мне ПРИНЦИП дороже!
КУЗЬМИЧ Какой еще такой ПРИНЦИП?! Я тебе “Весну” за ПРОСТО так, можно сказать, отдаю! А?!… Ты не сиди – соображай! И новье!
ГЕНЕЧКА Нет.
КУЗЬМИЧ Чего – нет-то?!
ГЕНЕЧКА Мне ПРИНЦИП дороже!

На ящиках

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (о Генечке и Кузьмиче) И чего это они там обратно все договариваются и договариваются? (вынимает из сумки ПРОДУКТЫ) ДоговоРЯТСЯ, и все… (принимается уплетать)
СКРИПАЧ (поносившись на еду) А у меня в сетке тоже ПРОДУКТЫ были…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (отламывает от своих ПРОДУКОВ, протягивает Скрипачу) Нате вот!
СКРИПАЧ (берет ПРОДУКТЫ) Мне так неловко…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ловко, не ловко – дают – берите!
СКРИПАЧ Я вам так благодарен, так благодарен! Правда, после всех пе¬реживаний… (принимается уплетать ПРОДУКТЫ)
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА А у меня наоборот: после всех этих переживании так кушать хочется, ПРЯМО заживо умираю!
СКРИПАЧ (жадно уплетая) А у меня нет, У меня наоборот…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (жадно уплетая) Соблюдала, соблюдала!…
СКРИПАЧ И во РТУ так, знаете, так вроде немножко СУХО, как будто бы…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (сквозь слезы) Мучилась, мучилась!…
СКРИПАЧ И не глотается… У вас, случайно, молока не будет?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Может быть вам парного?!
СКРИПАЧ Я парное молоко не люблю – оно КОРОВОЙ пахнет.

В стороне от ящиков

КУЗЬМИЧ НУ, давай честно! Что дороже: новенькая “Весна” или этот твои чертов ПРИНЦИП?!
ГЕНЕЧКА ПРИНЦИП.
КУЗЬМИЧ ТЬФУ!!!
ГЕНЕЧКА (как бы рассуждая сам с собой) А вот, если, взять, например, «Соню», я имею в ВИДУ квадро, конкретно – с тумбочкой, то кто его зна¬ет, может быть, и не следует быть таким УЖ принципиальным?…
КУЗЬМИЧ Где ж я тебе ее ВОЗЬМУ?!
ГЕНЕЧКА Тогда вернемся к моему ПРИНЦИПУ.
КУЗЬМИЧ ПРИНЦИП У тебя, ГЛЯЖУ, с губой!…
ГЕНЕЧКА У каждого свои ПРИНЦИПЫ.

Светает.
На ящиках…

ДЕВУШКА (сладко просыпается, Скрипачу) Вернулись?
СКРИПАЧ (девушке) Это я уже после вернулся. Сперва я потерялся. Потом еще раз обратно заблудился. Потом упал… Сетку потерял…
ДЕВУШКА (сладко зевая) А что – в сетке что было?
СКРИПАЧ В сетке у меня были приобретенные в гастрономе за углом ПРО¬ДУКТЫ питания: пакет кефира с витамином “Ц”, два пакета молока по три¬дцать две копейки. Баночка под сметану, сама сметана уже кончилась…
ДЕВУШКА (за утренним туалетом) Ерунда. Больше ничего существенного?
СКРИПАЧ Из существенного там было еще триста граммов колбасы.
ДЕВУШКА (причесываясь, напевая) Какой колбасы?
СКРИПАЧ По восемь рублей. Батон за двадцать ТРИ копейки. Масло сли¬вочное. Тоже триста грамм. Редиска, пять ПУЧКОВ по тридцать копеек, лук зеленый, еще такое всякое понемножку в наборе по пятьдесят копеек. Все брал на рынке. Там МОГУТ подтвердить. Да! Чуть не забыл! ГРУШИ еще. Один килограмм. Даже ЧУТЬ-ЧУТЬ побольше, но он сказал, что для него это один килограмм, он такой в кепке, сказал: “Кушай на здоровье!”. Потом я вышел из рынка и сел на пятнадцатый троллейбусе. Вот билетик!… (вынимает билетик).

Генечка и КУЗЬМИЧ.

ГЕНЕЧКА Стерео!
КУЗЬМИЧ Моно!
ГЕНЕЧКА Стерео!
КУЗЬМИЧ Моно!
ГЕНЕЧКА Стерео!
КУЗЬМИЧ Новье же, остолоп!!!
ГЕНЕЧКА Ты!!! Хомо сапиенс!!! Чем торгуешь?! Свободой своей торгуешь!
КУЗЬМИЧ Ладно, подавись, но без тумбочки!
ГЕНЕЧКА ХОРОШО, но сегодня же и притащишь!
КУЗЬМИЧ Завтра!
ГЕНЕЧКА До двадцати одного ноль-ноль!
КУЗЬМИЧ (радостно) НУ, чего ты обратно зарядил: “Ноль-ноль, ноль-ноль”! Разберемся! Ты мне утречком по телефончику брякни, и там конкретно! (ки¬вая на рукав) И ты это, заскакивай как-нибудь! Моя тебе в лучшем виде!
ГЕНЕЧКА Спасибо! У меня своя есть.
КУЗЬМИЧ Я же и ГОВОРЮ – чего нам с тобой делить? У тебя своя, у меня своя! Дай-ка еще папироску! Пять лет не КУРЮ! Нельзя! Ни-ни! НУ, да может, Бог даст – и пронесет разочек-то!… (закуривает).

Довольные, Генечка и КУЗЬМИЧ подходят к людям на ящиках.

КУЗЬМИЧ (весело Скрипачу) НУ, что, Бетховен, ПРИГОРЮНИЛСЯ?
СКРИПАЧ Я вспомнил!
КУЗЬМИЧ Что ты еще вспомнил?
СКРИПАЧ Еще там СЫР был.
КУЗЬМИЧ Какой СЫР?
СКРИПАЧ “Пикантный”.
КУЗЬМИЧ Эх, под этот бы твои “Пикантный” сейчас, да малость того!… Б-РРР!…Под УТРО-ТО как! СЫРОСТЬ! С болот, что ли?… (Девушке) Чего, дочка, КУКОЖИШЬСЯ? Холодно?… И ты поди, побегай!… А ?… Чего?… Не хочешь побегать?
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Не слушается! Вот мы раньше слушались, а они теперь не слушаются!
КУЗЬМИЧ (бурно радостно) Фантазеры, едрит твою налево!… На Марсе, вишь, яблоки им подавай!
СКРИПАЧ Яблок не было! Чем хотите КЛЯНУСЬ!
КУЗЬМИЧ ГОВОРИ, ГОВОРИ МНЕ!… А чего же тогда нос красный? А?!…
ГЕНЕЧКА (оглядывая Скрипача) Ой-е-ей!… Что это с вами?!…
СКРИПАЧ (убито) И не спрашивайте! И одна из штанин вообще чистая!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Генечке, дипломатично) Я ВИЖУ вас освободили…
ГЕНЕЧКА (бодро) За неимением УЛИК и состава преступления!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Я за вас так переживала!…
ГЕНЕЧКА (Девушке) С добрым утречком, принцесса!
ДЕВУШКА (Генечке, кивал на рукав) Это ВЫ из-за этого ночью так орали?
ГЕНЕЧКА (удивленно СМОТРИТ на свой рукав) Где это я, интересно?
СКРИПАЧ (Кузьмичу) Простите, можно вас на секундочку?
КУЗЬМИЧ (Скрипачу) На секундочку, ГОВОРИШЬ?. ..
СКРИПАЧ На секундочку, на секундочку!… (отводит в СТОРОНУ) Видите ли, в чем дело?…(тянется к УХУ Кузьмича, шепчет. КУЗЬМИЧ слушает)
КУЗЬМИЧ Погоди, погоди! Не тараторь! Какая еще такая Зеландия?
СКРИПАЧ (шепчет, слышно:) …мечта всей моей жизни!… такие гастроли и нате вам, пожалуйста! … Встаньте на мое положение! …У всех свои нюансы… Согласны?… А?… Согласны?!…
КУЗЬМИЧ Заманчиво, черт побери!…
СКРИПАЧ Уверяю вас!!!
КУЗЬМИЧ (ГРОЗИТ Скрипачу пальцем) Ой, а ты это – не того?!…
СКРИПАЧ Помилуйте!!! Я же вам и ГОВОРЮ! (и назад – к УХУ Кузьмича)
КУЗЬМИЧ Ну, верю, верю, верю! Но это, как ГОВОРИТСЯ: дружба-дружбой, а телефончик-то, давай, чиркани!
СКРИПАЧ Безусловно! Безусловно! У вас есть на чем записать?
КУЗЬМИЧ Записать, ГОВОРИШЬ?… (протягивает ладонь) Пиши!
СКРИПАЧ Простите, куда?
КУЗЬМИЧ Сюда! Сюда пиши! (Скрипач удивляется, но пишет) Ты разбор¬чивее, разборчивее пиши! Это вот, что за цифра?
СКРИПАЧ Пятерка.
КУЗЬМИЧ Так и надо писать! Поправь палочку!

Затем – разговор Кузьмича со Скрипачом, порывистые жесты, горящие глаза, слов не разобрать, можно лишь догадаться, что речь идет о каких то до зарезу необходимых КУЗЬМИЧУ ТУФЛЯХ: утепленных, на толстой осен¬ней подошве для слякоти и со специальными застежками, очень удобными.

СКРИПАЧ (выслушав) Понимаете… Вы настаиваете, но это же не копейки…
СКРИПАЧ Да брось ты, не копенки! Ты, главное, гляди, чтобы вот здесь вот так специально было! (показывает) Ты куда глядишь – ты сюда гляди! Тут, понимаешь, от сбоку до переди такая, понимаешь, вроде как фиговина проходит!
СКРИПАЧ (печально) Да понимать-то я, понимаю, но, видите ли, в чем дело…
КУЗЬМИЧ (в крайней степени возбуждения) Ладно! Черт! Ладно! Там ПУСТЬ будет без этого! А здесь вот обязательно вот чтобы с этим! Кантик, гляди, такой! (показывает щепоткой) Не забудешь?!
СКРИПАЧ (печально) Не забуду.
КУЗЬМИЧ А ты запиши!
СКРИПАЧ Да я запомню.
КУЗЬМИЧ Нет, ты лучше запиши!
СКРИПАЧ Да мне и записать-то не на чем.
КУЗЬМИЧ Как же, не на чем, – ты на ладошке запиши!
СКРИПАЧ Увольте! Если вы так настаиваете, я у кого-нибудь бумажки займу.
КУЗЬМИЧ Бумажку потеряешь! Ты на ладошке! Дай-ка я лучше сам!…

Скрипач потягивает ладошку. КУЗЬМИЧ, страшно нервничая, пишет.

СКРИПАЧ (вздрагивая от боли) Ой!!!
КУЗЬМИЧ ТПР-Р-РРРI!!
СКРИПАЧ Не нажимайте так, пожалуйста!
КУЗЬМИЧ Счас, счас, счас!…
СКРИПАЧ КРОВЬ уже идет!
КУЗЬМИЧ Потерпи, потерпи!… Немного еще осталось… (пишет, проверяет, перепроверяет, возвращает Скрипачу его ладошку)
СКРИПАЧ (печально) Звоните.
КУЗЬМИЧ (вытирая проступившие от волнения слезы) И ты только там, ты вот, что: ты там – сразу не хватай, а походи, ПРИКИНЬ головой! Понял?
СКРИПАЧ (СКУЧНО) Да понял, понял…
КУЗЬМИЧ Да вот не “понял-понял”, а походи!
СКРИПАЧ Да ладно, ладно!…
КУЗЬМИЧ Да вот не “ладно-ладно”, а чтоб с ПРИЛИПУЧКОЙ такой, усек?!
СКРИПАЧ НУ, усек, усек!

Очумевший от переживании КУЗЬМИЧ озирается по сторонам, видит, как впервые, людей.

КУЗЬМИЧ (ошалело-счастливо) Рота!!! Подъем!!!

Люди на ящиках вздрагивают. Витек вскакивает.

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Витьку, обморочно) Ой. Вы опять?…
КУЗЬМИЧ (подходит и со всего размаха бьет Витька по спине) Ха!!! С прибытием!!! (Витек оглядывается) Что?!…Не узнаешь нас?!…(бьет себя в ГРУДЬ) Во! Я!…(указывая на Лидию Матвеевну) Во! Женщина!
ВИТЕК Такое, ешки, ПРИСНИЛОСЬ!…
КУЗЬМИЧ (хохочет, бьет Витька по спине) А ты пей больше – и не такое ПРИСНИТЬСЯ! (Скрипачу) Верно, ДМИТРИЧ?! (Скрипач, сосредоточенно под¬считывающий что-то на японском микрокалькуляторе сердито отмахивается)

Рассвело.
Над свалкой поднимается громадное солнце.

КУЗЬМИЧ (задохнувшись от ЧУВСТВ) Братцы!!!… Братцы-кролики!!! Вы только гляньте, чего делается-то!…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Чего еще?! Я больше уже не выдержу!
КУЗЬМИЧ (умиротворенный, стихает) А вот и солнышко…
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Какое еще солнышко?!
КУЗЬМИЧ (глотая слезы) Люди-человеки!… Хомосапинсы вы мои несчастные! Дождалися… (Скрипачу) ДМИТРИЧ! Слышь, ДМИТРИЧ! БРОСЬ ты ЭТУ свою считалку, сыграй нам, а!…
СКРИПАЧ (отрывается от калькулятора) Как, ПРЯМО ТУТ?
КУЗЬМИЧ А чем тебе ТУТ плохо?
СКРИПАЧ Да я не знаю, что вам и сыграть…
КУЗЬМИЧ А ты сыграй нам, знаешь чего?!…
СКРИПАЧ Чего?
КУЗЬМИЧ Ты сыграй нам чего-нибудь!
ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА (Скрипачу) Ой и, правда! Такая ночь! И такое УТРО!…
ГЕНЕЧКА Не все же вам им да им – сыграйте когда-нибудь и нам…
КУЗЬМИЧ (Скрипачу) Ну! Давай! Соседи же ПРОСЯТ!

Скрипач прячет калькулятор, достает СКРИПКУ, платочек, устраивается.

КУЗЬМИЧ (Скрипачу) Стой!!! Не играй!!! (ПРИНОСИТ ящик, ставит на ящик Скрипача) Во!!! Так удобно?
СКРИПАЧ Удобно. Спасибо.
КУЗЬМИЧ Во! Все как положено! И тебя лучше видать!

Скрипач вновь пристраивает на плече платочек и СКРИПКУ. ПРИСТРОИВ, стоит, не играет. Подмигивает КУЗЬМИЧУ…

КУЗЬМИЧ (ужасно огорчаясь) НУ, чего?!
СКРИПАЧ (Кузьмичу) На секундочку!
КУЗЬМИЧ Забыл, что ли?
СКРИПАЧ НУ, на секундочку? (Кузьмич подходит к Скрипачу, тот что-то доказывает КУЗЬМИЧУ, указывая на свою ладошку и ударяя себя в ГРУДЬ, КУЗЬМИЧУ ГОРЯЧО) Согласны?! А?!… Согласны?! Глядя в глаза, а?!…

КУЗЬМИЧ рассеянно СМОТРИТ на ладошку Скрипача. Потом на самого Скрипача. Скрипач снова бьет себя в ГРУДЬ, сотрясая ладошкой.

КУЗЬМИЧ Тихо!!! (люди ПРИВЫЧНО вздрагивают. Скрипачу) Слышь?!…
СКРИПАЧ Чего?
КУЗЬМИЧ Птичка поет… (Скрипач пользуется тайм-аутом: выхватывает калькулятор, считает) 0!…Опять! Слышь, слышь, слышь!… ДМИТРИЧ!…
СКРИПАЧ (мелькая пальцами) Счас, счас, счас – секундочку!
КУЗЬМИЧ (шмыгая носом) Нет… Это ты ЗРЯ, ДМИТРИЧ! Гляди, как поет!…

Люди на ящиках поворачиваются туда, где солнце и птичка. КУЗЬМИЧ не выдерживает и начинает подсвистывать пению птички.

ЛИДИЯ МАТВЕЕВНА Ой!… И вправду поет!…(раскрасневшись, свистит)
ГЕНЕЧКА ТУТ и воробей – соловей!… ( усмехается, тихонечко подсвистывает).
СКРИПАЧ (отрывается от калькулятора) Вы ужасно все неправильно свистите! (прячет калькулятор, свистит как правильно)
ВИТЕК Эх!…Ну!…Ешки-матрешки!…(свистит)
ДЕВУШКА (снисходительно, как взрослые о детях) И они еще обижаются, что их сажают в ПСИХУШКУ!…

А солнце поднимается все выше и выше. Насвистевшись, почти счастли¬вые, люди стихают. ЩУРЯТСЯ на солнце, сладко и ГРОМКО зевают, ТРУТ гла¬за и глядят по сторонам так, будто вы они только что народились.
Нарастает ГРОХОТ приближающегося трамвая.

0 Comments

  1. alena_chubarova_

    Потрясающие характеристики героев! Если ставить, то их надо озвучивать отдельно, “голос за кадром”. Пронзительный лирический финал! В середине, как мне показалось, есть длинноты.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.