Толци, говорят, и отверзется,
и, может быть, стоит пробовать.
Щедроты судьбы — как дерзости, —
ни кесарева, ни богова.
И милости — как немилости,
всегда отдавать с процентами,
а истины — ежли в минусе —
намоченными полотенцами —
на лоб, охлаждать мечтания
и грёзовый жар рассоловый.
Эх, знать бы о том заранее,
да с юности бы, да смолоду…
С лицом (напоследок!) покера
держать несклонённо голову
и знать, что под сосны горькие
положат — уж точно — голую,
без грядок, мансард, комодиков
и тшетных ролей восторженных,
о чём по ночам колобродила.
Петру у ворот таможенных —
показывать руки истерзанные
да душеньку маловерную,
стучалась, мол, а отверзлось ли —
ему и судить, наверное…
