РОБОТ
Если б я с тобой скучала,
Я тебя бы выключала.
Я б на кнопки нажимала,
Я б тебя переключала.
Из песни.
Это был сексуальный робот пятого поколения. Она потратила на него почти все свои накопления.
— О, Кэт! – сказала ей Синдия, — неужели, тебе лучше с ним, чем со мной?
— Но ты же не умеешь говорить мужским голосом?
— Зато я люблю тебя, а это бесчувственная машина.
— Отнюдь! Я говорю с ним, глажу его. И он учится эмоциям.
— Но он, всё равно, не живой.
— Билли, ты любишь меня? – включила она робота в активный режим.
Робот тут же, довольно резво, шагнул к хозяйке, упал на колени и уткнулся ей мордочкой между ног.
— Как собачка! — усмехнулась Синдия, — ты его запрограммировала на это движение?
— Нет, — просто, раньше я первая призналась ему в любви, а он не может быть безответным.
— Нам хорошо вместе! – Билли поднял на Синди свои большие круглые глаза, обнимая, между тем, Кэт чуть ниже поясницы.
— Мать моя! – воскликнула Синдия, — он и, вправду, как живой! Выключи его!
Кэт нажала на кнопку:
— Теперь ты видишь?
— Ты занималась с ним сексом?
— Пока нет. Мы адаптируемся.
— О, Кэт! Зачем тебе робот или мужчина? Давай займёмся любовью друг с другом! Я купила потрясающий аппарат!
С этим, Синдия вытащила из сумочки двучлен последней модификации, один конец, поменьше она вставила в свою вагину и застегнула крепящий пояс на талии, другой призывно топорщился с другой стороны.
— Понимаешь, когда он входит в тебя и достаёт до матки, то в этот же момент выстреливает до матки в меня! Я с ума схожу, так хочу попробовать!
— Нет, Синди! У меня теперь есть Билл. Ты же знаешь, что я до последней клеточки женщина и мне нужно существо мужского рода.
— Но мы же были с тобой вместе! Ты зареклась иметь дело с мужчинами!
— С мужчинами да. Ты же знаешь, они все входят со мной в азарт и перестают себя контролировать.
— Конечно, знаю! Я целый месяц ходила к тебе в госпиталь, когда эта сволочь Томас порвал всю тебя!
— Лучше бы я не родилась такой сексапильной! – вздохнула Кэт.
— Да разве могут они понять твою неземную красоту?! – воскликнула Синдия, — эти мужланы скоты! Такую красоту как у тебя, может оценить только женщина!
— И всё-таки, наверно, я любила Томаса, пока не случилось такое … — слеза из огромного глаза Кэт размазала тушь по её щеке.
— А меня? Ты любишь меня?
— Нет Синдия, я уступила тебе за твою заботу, но я не могу любить женщину!
— Люби тогда свою железку! – в гневе воскликнула Синдия, сорвала с себя пояс с аппаратом и выскочила за дверь.
Дикая страсть Синдии пугала Кэт не меньше, чем взрывные поступки мужчин, когда они дорывались до неё. Она подошла к зеркалу и уставилась в него.
Господи, зачем природа дала так много ей одной! Кэт избегала смотреть на себя в зеркало, так и ловила себя на мысли, что если бы могла сама обнять своё сладострастное отражение в плоском стекле, то измучила бы его до последней клеточки! Нет, она больше никогда не войдёт в сексуальный контакт ни с мужчиной, ни с женщиной, у неё теперь есть всё понимающий Билл!
Руководитель фирмы, в которой она приобрела его, заверил её в бесконечной корректности робота при сексуальной связи, к тому же она всегда может выключить его.
Босс, пожирающий девушку при беседе во все глаза, предложил Кэт скопировать её лицо и тело для новой модели сексробота – женщины, она отказалась, представив множество клонов её тела, которых исступлённо будут трахать обезумевшие от похоти мужчины.
Она задумчиво вернулась к кушетке, перед которой так и стоял на коленях робот, и включила его.
— Билл, что ты чувствуешь при взгляде на меня?
— Мне хочется крепко, крепко прижаться к тебе и обцеловать всю.
Они с ним уже целовались раньше и Кэт оценила натуральность изделия фирмы, всё в роботе – и нейлоновые губки, заполненные тёплым гелем, и влажный язык с сосущими микроприсосками и все обволакивающие движения рта, отражающие и усиливающие её движения, было продумано на высшем уровне, так что она сделала вывод – ни один мужчина не умеет целоваться лучше Билла!
— Слушай, Билл, а тебе всё равно кого целовать – меня или другую хозяйку?
— О, нет Кэт, я хочу только тебя!
— Да тебя запрограммировали, глупыш, на вежливые фразы!
— Нет, Кэт. Здесь всё сложнее. Мои рецепторы – видиконы, тактильность, микрофоны запрограммированы на наслаждение при виде и ощущении прекрасного лица, тела, голоса, кожи, всё это я чувствую с тобой.
— Что значит чувствуешь, и что для тебя наслаждение?
— Матрицы прекрасного заложены в моей памяти и, когда это совпадает с объектом …
— Так я для тебя объект? – перебила Кэт.
— Да, как я для тебя – объект контакта.
— Ладно, отвечай дальше!
— Когда параметры объекта близко совпадают с идеальными, возрастает электрический ток к моей памяти, ну как у тебя, когда ты выпьешь бокал шампанского, и мои чипы включаются по максимуму и благодушествуют от прилива энергии.
— А если твоя хозяйка не будет такой красивой, как я? Ты будешь задыхаться от недостатка энергии?
— Почти так. Тогда мне приходится осуществлять по отношению к ней все действия, чтобы она стала красивой.
— Как так?
— Когда женщина воспламеняется страстью, то любая становится красивой, даже голос у неё меняется. Моя задача – добиться этого всеми способами.
— Вот как!
— Потом у меня происходит перенастройка памяти, и хозяйка становится для меня идеалом красоты и поведения. Но, с тобой мне не надо инициировать эту стадию.
— А что потом?
— Потом сексуальный контакт, с развитием до оргазма, я обучен всем тонкостям стимуляции.
— Я должна просить тебя о сексуальном контакте?
— Не обязательно. Мои рецепторы почувствуют, что тебе надо в данный момент.
— И что ты чувствуешь в данный момент?
— Я люблю и боготворю тебя. Но ты сейчас много размышляешь и спонтанно не готова к сексуальному контакту, но можешь попросить меня об этом, и я тебя настрою.
— Ого! А с тобой не опасно заниматься сексом? Ты не войдёшь в раж, как некоторые мужчины?
— Фирма гарантирует – я буду делать только то, что ты хочешь сама.
— Какой ты умный! А если я потеряю над собой контроль и попрошу тебя делать то, что навредит моему здоровью?
— Нет, Кэт! Все мои усилия ограничиваются автоматически до такой степени, что не могут причинить тебе существенный вред.
— А не существенный?
— Если ты установишь рычажок на крайнюю степень мазохизма, то будешь чувствовать определённую боль, без которой невозможен этот вид наслаждения, но без последствий.
— Ты в этом уверен?
— Кэт, посмотри письменную гарантию фирмы, там есть об этом. Ты хочешь переключить рычажок?
— Может быть, может быть … — рассеянно произнесла Кэт. Она только сейчас осознала, что не такой уж скотина Томас, она сама подтолкнула его к сумасшествию насилия над ней. Как она похотливо стонала и орала от бешеного сладострастия, смешанного с болью, когда партнёр совершал невообразимые пируэты с её телом, пронзая все виды её плоти во всех направлениях!
— Хорошо, Билли. Я хочу секса. Иди ко мне.
— Кэт, первый сеанс лучше делать, чтобы ты не видела моего лица, так рекомендует инструкция.
Кэт взглянула на робота и сказала с ехидцей:
— Да ты и, вправду, умный! Я же не целую вибратор, хотя он доставляет мне удовольствие.
— О, Кэт! То, что сказала ты, на языке людей и моей программы называется стервозностью, которая усиливает желание.
Кэт повернулась к роботу задом, встала на кушетке на коленки, задрала платье и хотела снять трусики.
— Я сам! – сказал Билли.
Движения его нейлоновых конечностей были не только нежны, от пальцев стала исходить приятная вибрация ягодиц, на такой массаж человеческие руки не способны, и Кэт быстро завелась.
Робот, между тем, припал своим язычком к её половым губам и клитору и опять Кэт отметила, что такое сочетание виртуозного то нарастающего, то спадающего темпа сосания её плоти, вместе с проникновением до самой матки щекочущих электрических токов невозможно для партнёра – человека.
Она почувствовала, как импульсивно сжались внутренние кольца вагины, и она задрожала всем своим выпяченным крупом от желания раздвинуть мужским снарядом эти сомкнутые стенки.
Робот без слов проинтуировал её состояние и осторожно, но мощно вставил свой инструмент, который вибрировал с перекатыванием колечек пещерного тела по всей длине туда – сюда. Кэт осознала , что с этим чудом технологии ей не требуются фрикции члена , возбуждение происходило от поверхностных девиаций его оболочки. Тут она почувствовала, как тёплый источник удовольствия начал шарить своим концом по всем закоулкам её пещерки, касаясь и стенок, и матки со всех сторон, а потом раздулся в размерах, как резиновая груша, полностью повторяя очертания внутренней полости женщины и массируя всю её поверхность.
Кэт задохнулась от наслаждения, она теряла сознание от мощного наплывающего оргазма. В этот момент робот резко вытащил свой снаряд из её разогретой плоти. Кэт остервенело закричала:
— Вставь снова! И насилуй меня, насилуй изо всех сил!
Она почувствовала, как робот крепко сжал её бёдра и с размаху всадил огромный, разрывающий половую щель член. Кэт заскрипела зубами от боли , вместе с бешеным восторгом мощного излияния женского секрета .
Тут беспощадный член переместился, вдруг, в её узенькое отверстие ануса и Кэт поняла, что сейчас он непоправимо изуродует её.
Маленький пультик болтался на цепочке на её запястье. Она резко нажала кнопку выключения. Но снаряд, как ни в чём не бывало, протыкал её насквозь, создавая невыносимую боль. Кэт изумилась, и это было последнее её ощущение.
Сердце не выдержало боли и разорвалось …
Синдия дёрнулась задницей вверх с искажённым лицом, потом сорвала пояс, но тоже не могла рукой выдернуть крепко засаженный в тело Кэт двучлен. Вдруг, она почувствовала, как некий энергетический поток вонзается в её затылок. Она обернулась. Билли, резко отброшенный её взбешенной рукой от тела Кэт, лежал на полу, чуть в стороне. Его тоскливые шарообразные глаза излучили последний затухающий импульс любви к поверженной хозяйке.
Синдия вздрогнула:
— А ведь он мог напасть на меня, защищая Кэт!
Но тут же вспомнила про декларацию, категорически запрещающую производителям закладывать в роботов проявление насилия к людям, и удовлетворённо улыбнулась .
25 авуста 2003 г. ЭДУАРД СНЕЖИН (С)