Затаись, вероломное сердце! Вот оно, помрачение рая. На подмостках у иноверцев мы античные роли играем. С нами шепчется тёмный ветер. Я — кочевник, ты — рыцарь странствий. Репетируя сцену смерти, мы уже покидаем пространство. Так сжигают личные письма, так богов пластилиновых лепят. Имена как сухие листья — вечность их обращает …
Костров осенних медленный кальян — душ окаянных неумелый знахарь. Мгновенных снов обманчивые знаки коварны как улыбки мусульман. По небу не имея ни гроша, гуляют сумасшедшие поэты. Метлой своей с достоинством шурша, с лица геометрических дорог сметает дворник мёртвые кометы. Почтовый ящик пуст. Молчит звонок. Сквозь город побледневший от салюта шагают …
Фонари умирают под утро. В пустых коробках у продрогшей Пандоры — ноябрьская сырость и ветер. В этом городе столько бездомных людей и собак! В этом городе столько трамваев, поэтов и сплетен! Здесь линчуют любовь под уханье чёрной совы. Здесь от страха теряется нить между словом и смыслом. Здесь дыханье крадут …
П. Солодкому … и будет тёплый поздний снегопад. Всему свой срок — так обозначит время давно уже начавшийся разлад. Но варваров горланящее племя, наш хрупкий дом почти опустошив, не сможет зла над нами совершить. Когда глотком внезапной немоты окаменеет ломкий сгусток речи, наступит чистый и прозрачный вечер, и станет просто …
1. Лунные перебираю камни. Гаснут звуки электронных цитр… Вы напрасно пожелали зла мне, люди состоящие из цифр. Вздрогнет и мурлыкнет на коленях кошка чёрным ласковым клубком, слов моих танцующие тени на листок опустятся легко, вытянутся, в тоненькие строчки облекая мыслей ассорти… И поставив крохотную точку, Ангел слова в небо улетит. …
Нам знать не положено, думать — нельзя. Такими как мы прикрывают ферзя. На шахматном поле вселенской тюрьмы размен совершают такими как мы. А сколько нас тихо лежащих в пыли — об этом молчанье хранят короли.
1. Лунные перебираю камни. Гаснут звуки электронных цитр… Вы напрасно пожелали зла мне, люди состоящие из цифр. Вздрогнет и мурлыкнет на коленях кошка чёрным ласковым клубком, слов моих танцующие тени на листок опустятся легко, вытянутся, в тоненькие строчки облекая мыслей ассорти… И поставив крохотную точку, Ангел слова в небо улетит. …
Нам знать не положено, думать — нельзя. Такими как мы прикрывают ферзя. На шахматном поле вселенской тюрьмы размен совершают такими как мы. А сколько нас тихо лежащих в пыли — об этом молчанье хранят короли.
1. Я зову тебя именем, ждущим во мне так давно и светло, что не помню рождения света. Мотыльком тишины твоё имя летит в темноту. Нимфа Эхо играет изменчивым всплеском пока до меня не доносится только дыханье которое было моим. Злую вечность я имя роняю в поющую горечь стихов — пересмешник …
…Даже нежные улитки очень крепкие напитки выпивают по рюмашке, прогоняя прочь тоску. Даже слон под бой курантов кружит, словно на пуантах, с шоколадкою в кармашке, и с «мерзавцем» коньяку!