-Тань, налей ещё! — крикнул из-за стола Василий своей жене. С этими словами он сильно саданул кулаком по столу, а второй рукой протер свой потный нос. -Вась, ну может хватит? Смотри, ты уже пузырь осушил, нельзя же тебе, печень больная же, помрёшь же. Ну перестань… Василий снова потряс стол своим …
-Тань, налей ещё! — крикнул из-за стола Василий своей жене. С этими словами он сильно саданул кулаком по столу, а второй рукой протер свой потный нос. -Вась, ну может хватит? Смотри, ты уже пузырь осушил, нельзя же тебе, печень больная же, помрёшь же. Ну перестань… Василий снова потряс стол своим …
Я стоял на тротуаре перед своими окнами на третьем этаже обычного девятиэтажного дома. На газоне перед домом лежали вещи: целый чемодан шмоток, плюс маленький телевизор, рассыпавшийся на кусочки, видимо при падении; мои фотографии, бритвенные принадлежности, новенький CD-плеер, кот Васька. Все эти вещи объединяло лишь то, что они были моими. Кот …
Шпилькин Василий Петрович, укутанный в грязные тряпки, сидел у входа в подземный переход на пересечении двух главных улиц города. В этот тридцатиградусный мороз ему негде было согреться. Сначала его выгнали из продуктового магазина №7, находящегося в квартале от этого места, затем его выгнали из подъезда дома №14/2. Василий Петрович после …
Я стоял на тротуаре перед своими окнами на третьем этаже обычного девятиэтажного дома. На газоне перед домом лежали вещи: целый чемодан шмоток, плюс маленький телевизор, рассыпавшийся на кусочки, видимо при падении; мои фотографии, бритвенные принадлежности, новенький CD-плеер, кот Васька. Все эти вещи объединяло лишь то, что они были моими. Кот …
Я стоял на тротуаре перед своими окнами на третьем этаже обычного девятиэтажного дома. На газоне перед домом лежали вещи: целый чемодан шмоток, плюс маленький телевизор, рассыпавшийся на кусочки, видимо при падении; мои фотографии, бритвенные принадлежности, новенький CD-плеер, кот Васька. Все эти вещи объединяло лишь то, что они были моими. Кот …
Ледяной ветер поднимал в воздух серый песок, который кружился над головами, заставляя прищуриваться. Из земли торчали острые чёрные скалы, небо заволокло тучами. Холодные пустыни Кориниса источали страх и ужас. Балко шёл впереди. Его довольное лицо казалось абсурдным в таком мрачном месте. Одна рука его постоянно находилась на рукояти огромного меча, …
Шпилькин Василий Петрович, укутанный в грязные тряпки, сидел у входа в подземный переход на пересечении двух главных улиц города. В этот тридцатиградусный мороз ему негде было согреться. Сначала его выгнали из продуктового магазина №7, находящегося в квартале от этого места, затем его выгнали из подъезда дома №14/2. Василий Петрович после …
Шпилькин Василий Петрович, укутанный в грязные тряпки, сидел у входа в подземный переход на пересечении двух главных улиц города. В этот тридцатиградусный мороз ему негде было согреться. Сначала его выгнали из продуктового магазина №7, находящегося в квартале от этого места, затем его выгнали из подъезда дома №14/2. Василий Петрович после …
Ветер гнал по ночной улице свежесть. Дождь хоть и кончился, но оставил после себя приятную прохладу и лёгкую сырость. Приятно побродить по городу в такие моменты. После дневного солнца и этой несносной пыли наслаждаешься от каждого вздоха. Некоторые слишком занятые люди не понимают этого, зато те люди,которые никуда не торопятся, …