Слепящий свет уличных фонарей заставляет жмуриться – слишком яркими кажутся эти клубки света среди ночной пустоты. Я бреду по тёмному городу, желая вжаться в стену, стать частью мостовой, начать жить жизнью этих фонарей. Мне больно и одиноко, и никого не хочется видеть, хочется даже выколоть себе глаза, чтобы никого не …
Глаза всматриваются в тёмную неясную даль. Под ногами зыбко покачивается палуба корабля, не давая расслабиться. Приближается шторм, волны бьют о борт флагмана всё сильнее и сильнее, давая понять, что шторм будет ещё тот. Капитан поворачивается ко мне, галантно (насколько позволяет ужасающая качка) кланяется и предлагает спуститься в каюту. Но я …
Я спал… Я спал тем сладким сном, которым спят уставшие люди, проработавшие целую ночь. Я спал бредовым непонятным, и от этого всё более и более привлекательным сном. Во сне меня убивали, во сне меня калечили и предавали, а я только усмехался в лицо своим врагам, восставал из пепла, дабы продолжить …
Они сидели на краю земли и болтали ногами… Бедный художник сидел на чердаке, который вот уже несколько лет был вынужден называть своим домом. Он попивал горячий чай без сахара – на сахар у него не было денег. И смотрел в окно. За окном шёл дождь, такой простой и бесхитростный парижский …
Ти летиш у безодню, яка розкриває перед Тобою свою пащу з гострими-прегострими зубами і роздвоєним язиком, як у справжнісінької змії. Ти страждаєш невиразно, ні одна краплинка не з’явиться на Твоєму обличчі, і від цього страждання стає сильнішим. Ти любив – Тебе зрадили, Ти довіряв – Тобі збрехали, Ти був поряд …
Будь всё это трижды про… Э, нет, так не пойдёт… Хватит. Возьми себя в руки. Хватит ныть и хвататься за обрывки прошлого, как тонущий хватается за обрывки паруса, понимая, что они его не спасут, и тем не менее – вечно живая надежда, это глупое чувство, подаренное нам в комплекте с …
Когда Ты танцуешь с дьяволом, слушай только музыку… Тускло лился свет от свечей на лакированный пол старой кафешки, скрытой от глаз праздной публики в не менее старом подъезде. Сама кафешка навевала приятные воспоминания и фантазии. За столиком, укрытым тёмным материалом, сидела девушка, обнимая ладонями глиняную чашку, полную ароматного травяного чая, …
Они кружились в танце на татами, и призрачный огонь свечей играл на мечах. Они были молоды и бесстрашны. В их глазах пылал тот же огонь желания, но, присмотревшись повнимательнее, можно было найти отличия в этом огне. Его огонь был силой, сжигающей всё на своём пути, существом без жалости и правил. …
Тихий закат очертил контуры домов, которые стали теперь казаться чёрными на фоне ярко-красного неба. Солнце садится не за горизонт. Солнце садится за дома, цепляясь за шпили, путаясь в обрывках проводов, скатываясь по водосточным трубам. Мы не видим горизонта. Наш горизонт – это неясные очертания домов, за которые садится солнце. Наше …
Вітер гуляв нічними львівськими вулицями, заглядаючи у подвір’я, вже спустілі після полум’яного багаття осені. Вітер нічого не шукав, просто гуляв, як йому, до правди, і належало. Він трошки пустував, граючи з волоссям перехожих, які тільки сильніше ховалися у свої теплі куртки і пальта, запихаючи холодні долоні у такі ж холодні, …