где только наша не пропадала и там пропадала, и там тоже, и даже один раз пропала там, где никто не думал, что может кто-то пропасть. И в этом прОпасть, такую не перемахнешь длиной всей жизни. Только со скукой, как в детстве пропись захлопнув, от которой ни каприз, ни усердие не …
Кремлевский старец! Впереди цинга, изъеденные мошкою болота, и ссохшегося тополя нога обветрена, как в октябре погода, и чудь, и мерь, и черти-кто еще в бойницы глаз горизонтально смотрит, и небо, словно прорванный мешок, крупицы сеет с цветом желтым воска. Ни волоска Москвы, что лезвиями кровель изрезав воздух, тихо изошел заката …
«…Улиссу нужно было пережить событие и выжить после него, чтобы стать Гомером, о нем рассказывающим.» М.Б. Нихт ни ферштейн, ни капитулирен, ни бог, ни царь, ни герой, и то, что мы называем миром, не больше похоже на труп накрашенной проститутки, чем Кузьмин, пишущий «Ловлю форели в Америке». Больше того не …
…И просто ждал. А пена ливнем текла и черной тиной полна была, канализация захлебываясь выла, в дожде, произносимом будто слово, цепляясь лезла по мокрым проводам сокурсница Оккама, сотрапезница Ньютона, ночь, слышимая, как пролет фотона, невидимая, как труженица тыла, и всем сестрАм давала по мозгам. Ржавеет в пазухе стиха неброшенная бомба. …