Я забываю про дурманящую радость,
и обрываю длинные колосья боли,
их ости острые, их зёрна твёрже града
пусть до крови мои ладони колют,
но я держусь за горькую солому,
вцепился, задыхаясь, руки режу,
я не могу подумать, что другому
отдам я этой боли жгучий скрежет.
Мои истерики стирают все утраты,
я в сумраке прорвусь к тебе сквозь поле,
пусть по лицу хлестает злак косматый,
я горд, я благодарен этой боли.
