/…Лишь солнце их нашло…
Инок. Анненский /
Мы все – с другими,
Мыслим о других,
А друг до друга
Не хватает шага…
Шакалы – тени дня
Съедают шпагу
На волоске
Окраин городских.
Наш кран закрыт.
В подлунной – тишина,
Жующая стенания паркета, –
Стена кидает звуки рикошетом
До самого желудочного дна…
Я вас люблю
любил
еще быть может –
Еще плечом не вывернута кость
Наружу мира,
Где ее разгложут
Ветра трамваев, мостовая ось,
Копыта статуй,
Копоть вожделений,
Трубы завитой в небо – жадный рот…
Стучат коньки
В асфальтовых броженьях
Упругих трещин,
Где железный крот
В корыто экскаватора зарылся
И мордой влажной
нюхает века…
Уже не важно –
Кто еще разбился
И кто парит
в границах потолка,
И кто – не видя никакого толка –
Поводья дряблой рамы оттолкнув, –
Запорет мир
до смерти
втихомолку,
Напарив всех – что, мол, и там живут,
И там жуют отстоенные сплетни
В напористых до драк очередях, –
И пыльный прах
И мыльный вздох последний
Скрипит песком
на скомканных зубах…
Усталых кошек
Вялые усы
Снуют по нервам,
По рукам, по лицам,
И каркают беременные птицы,
Шарахаясь рогатки стрекозы…
Нам непонятны ближние АЗЫ –
Все эти узы тяжелы и бесполезны –
Столетье заклеймили злым железом,
Стянув с него последние трусы,
Разбив на атомы мельчайших голосов –
Так, что друг друга – ни хрена не слышно
И распознать – что кто-то рядом дышит
Возможно, если вовсе – без трусов.
Порожний бак фрустраций оголив –
Рожать не надо – онемеют ноги –
Мы знаем сами – все ж, немного боги –
Готовьте сани, да июльских слив,
Да горьких яблок наслезенных глаз
Под смесью убежавшего метана…
Нам порки мало. Эх, еще бы раз! –
Тогда бы осознали – где сметана.
И вечно малолетняя НИРВАНА … —
Урчит лажевый толстострунный бас –
И все – по новой –
Златорунных фраз
До рвоты наглоталась обезьяна.
Но пальцы – без малейшего изъяна
Работают по ублаженью масс,
Три тыщи нервов приводя в экстаз…-
И как всегда – наутро сыщут нас
В капкане всенощного нашего кан-кана…