Петр всегда быстро двигается, быстро ходит. Идет он по улице, видит впереди себя человека — догоняет и обгоняет. Каждый человек мелькающий впереди — сильный раздражитель нервишек Иванова. Ему кажется, что все идут медленно, семенят шажками, плетутся хуже черепахи. Почему так? Может у Иванова сердце стучит сильней и чаще чем у других?
Раза два-три в неделю Петр бегает по парку 5-6 километровые кроссы. От пластмассовой трубы пешеходного моста по дорожке к пруду, потом вокруг пруда, потом в горку к «дворцу» Нарышкиных, и опять вниз, вокруг пруда, и опять в горку. Иногда он спускается от «дворца» по ушедшим наполовину в землю, зеленым от времени мраморным ступеням, к Москва-реке и попадает на древнее языческое капище. Именно здесь оно находилось, Иванов это вычитал в интернете. Эту местность раньше называли «гиблым», «проклятым местом». И в самом деле, стоишь на овальной лужайке, смотришь на черные корявые деревья которые тебя обступают с четырех сторон и становится вдруг страшно. Кажется, что кто-то смотрит на тебя из-за черных липовых стволов, кто-то наблюдает оттуда… К сожалению, тут не сохранилось никаких культовых сооружений типа алтарей, Стоунхенджа или столбов Перуна, но еще в конце девятнадцатого века здесь возвышался над липами очень старый дуб-великан и царапал пространство вокруг себя мертвыми ветвями. В его стволе, метрах в десяти над землей, зияло черное дупло. Никто не решался залезть туда, но, однажды, в конце мая, в дуб ударила молния, он упал, и из дупла вывалилась «каменная баба». Господский слуга пережидавший грозу под соседним деревом убежал оттуда в священном ужасе и потом его нашли в глубокой чаще парка. Рассудок слуги помутился и он, кажется через неделю утопился в реке. А «бабу» отправили в музей.. а может она просто исчезла.
Иванов особенно любит наворачивать кроссы зимой. Морозный воздух благотворно действует на горячую голову. Мозги остужаются и шипят. Хаотическое движение мыслей замедляется, приобретает стройность, и вдалеке начинает проясняться цель жизни. Зимой Иванов тоже спускается к Москва-реке и внимательно наблюдает за тем как в прорубях бултыхаются здоровые мужики. Петр и сам не прочь поморжевать но никак не решится. Там еще постоянно гуляет дама с собачками. Шесть левреток одетых в вязаные свитерки и шапочки натягивают поводки, тявкают, рвутся к штанинам беспечных гуляк и спортсменов-бегунов. Какие отворатительные собаки! Язык даже не поворачивается назвать их собаками. Так.. худющие, злостные псинки. Маленькие, а злости и лая больше чем у волков. Иванов всегда испытывает желание наподдать самой злющей моське ногой так, чтобы она полетела на тот берег, сдохла в полете и грохнулась трупиком в сугроб.
И если Петр олицеттворяет собой физкультуру, а точнее легкую атлетику, то его друг Сергей Кумачов самая яркая эмблема нездорового образа жизни.
Они раньше бегали вместе. Иванов бегал правильно и дышал правильно-носом. А Сергей бегал с сигаретой в зубах и с бутылкой пива в руке. Надо ли говорить, что Петр всегда приходил к финишу первым? Но однажды произошло вот что…
Иванов бежал впереди и посмеивался в душе над похмельным и пыхтящим Кумачовым. И когда до «замка» Нарышкиных оставалось совсем чуть-чуть, Петра вдруг обогнало дымное облако. Завоняло серой и жженой резиной. Иванов закашлялся и закрыл рот рукой. А дымное облако вдруг подпрыгнуло и полетело. Сделав прощальный круг над парком оно взмыло вверх и сразу растворилось в бездонной синеве. Петр с тоской и болью поглядел в небо. Сергей его все-таки обогнал. Первый и последний раз.