Странный город

Из забывших меня можно составить город
И. Бродский

В этот город приходишь где-то около сорока.
Раньше свежие сплетни несла на хвосте сорока,
А сейчас ни открытки, ни рифмы, ни ветерка.
Что уж там наяву – и во сне, как на полюсе, одиноко.

В раннем детстве забавно жить в царстве кривых зеркал,
А потом приедается так, что хоть лезь на стену.
Время необратимо. Школяр, ты об этом знал!
Потеряв полжизни, вдруг ей понимаешь цену

И тогда есть выбор: зарыться в речной песок,
Как премудрый пескарь, боясь, что возьмут за жабры
Иль проверить, дура ли пуля и крепок ли твой висок,
Чтоб осколки, морщась, сметали облезлой шваброй.

Этот город ближе, чем локоть. Дальше, чем Владивосток.
Как иероглиф, заумен и проще пареной репы.
Ходишь в нем, как муха: что пол тебе, что потолок,
Зная наперед: все попытки сбежать нелепы.

В купорос окунусь, в ядовитую синеву.
Странно жить у моря и умирать от жажды.
Сесть бы в желтый трамвайчик – да к старым друзьям, в Москву!
Пронестись бы, как встарь, улыбась снежинке каждой.

0 Comments

  1. nadejda_kogan

    Странный город. Город наставшего одиночества. Ведь чтобы забыть, прежде надо знать. А если тебя знал целый город, то это было весело и ярко – целый город друзей! Это был большой и веселый город, из которые забывшие уходили тихо. Только вот вчера звонил, сорока вести на хвосте приносила, а сегодня он уже там, по другую сторону…
    И на этой другой стороне, если смотреть из дома того, кого забывают, и правда, одиноко, как на полюсе.

    Вот такие мысли и ассоциации пробудили во мне эпиграф и первая строфа этого стихотворения. Первая строфа – еще печальное эхо слов Поэта.
    А вот дальше, к опыту изгнанника Светлана Зайцева прибавляет свое горькое знание. Из детского королевства кривых зеркал, из иллюзий бессмертия есть два пути – судорожно беречь утекающую жизнь или тратить ее направо и налево.
    А кривые зеркала – рядом. И ты вдруг оказываешься внутри странного города, как внутри заумного иероглифа, который проще пареной репы. И не выбраться, потому что ты не только тот, о ком забыли, но и тот, кто забыл. И чудится тебе голос человека, живущего в провинции у моря, и уже тебе вместе с ним странно умирать от жажды, и ты вместе с ним хочешь уехать к старым друзьям, которые вовсе тебя не забыли…

    Эти стихи открыты, словно двери в странный город. Что это? Постмодернизм? Робкая попытка построения многомерного поэтического мира? Если да, то она, на мой взгляд, удалась…

  2. piituh

    Само собой всплывает вийоновское: “От жажды умираю над ручьём”. М.б. – вторым эпиграфом?
    Мне не хватает заключительной строфы – хрошее стихотворение остановилось на полуслове.

  3. svetlana_zaytseva

    Наденька, милая, ты понимаешь меня лучше, чем я сама себя понимаю.
    Спасибо тебе за это, дорогая. Этот стих – попытка осмысления своей жизни, прожитой, как ты знаешь, очень неровно… Хорошо, что настоящие друзья остаются с нами рядом всегда. Их и не должно быть много…
    До настоящего момента не понимала Бродского, а вот сейчас что-то начинает проклевываться. Наверное, каждый поэт приходит к нам в определенном возрасте. Многое еще хочется сказать, но не буду. С друзьями можно не только говорить, но и молчать…

  4. gromov_igor

    В жёлтый,в жёлтый трамвайчик,Светлана! А он уж вас пронесёт как-нибудь мимо этого странного города.Шучу,конечно,но вообще-то рановато вам туда в свои то “около сорока”.
    А стихотворение понравилось.
    С уважением,Игорь.

  5. piituh

    Я не за то, Светлана, чтобы всё до крошки разжевать. Но мне кажется, что Вы остановилисьЮ малость (2-4 строки) не дойдя до той точки, от которой читатель может оттолкнуться и пойти дальше.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.