Кинотеатр

Взявшись за руки, они заходят в большие стеклянные двери. Двое подростков. Слишком рано повзрослевших школьников. Милая девочка в шелковой клетчатой юбке и высокий веснушчатый парень. Посетителей сегодня мало. Кроме пожилой билетерши в ее неизменной коричневой кофте в фойе никого больше нет.
Билетерша узнала их. Улыбается. Говорит, что пора делать скидки постоянным посетителям. В ее мыслях проносится холодное: и как они только смотрят весь этот бред?
В зале полумрак. Некоторые зрители уже сидят на своих местах. Жуют чипсы, шелестят фольгой от шоколада. Группа молодых ребят смачно потягивают пиво, развалившись в красных вельветовых креслах. Сразу видно – им просто негде больше выпить. На улице сыро и холодно.
Он ведет ее за руку в самый конец зала. Она почти бежит за ним по широким деревянным ступенькам. Усаживаются на заднем ряду почти под самыми окошками кинопроектора. Их любимое место. Ждут начала сеанса. Справа, всего в нескольких метрах от них усаживается такая же парочка.
Он кладет руку ей на плечо, не обращая внимания на ее смущенное недовольство. Краем глаза он наблюдает за парочкой справа: не смотрят, заняты друг другом.
Разъезжается тяжелый бордовый занавес, обнажая белое полотно экрана. Медленно гаснут светильники. Зал погружается во тьму.
Его вторая рука, та, что не лежит на ее плече, сразу же ложится к ней на колено. Она пытается спихнуть с себя эту руку, но ничего не получается. У нее никогда это не получается. Проходят титры. На экране мелькают лица. Шикарные платья. Красивые дорогие машины. Вилла. Сад. Бассейн. Разворачивается сюжет. Наконец появляется лицо ее любимого артиста. Как же она желала его сегодня увидеть! Как ждала этого сеанса!
Настойчивые горячие пальцы скользят вверх по ее ноге, отодвигая легкий шелк клетчатой юбки. Любимый артист на экране что-то говорит. Она смотрит, как движутся его губы. Жадно ловит каждое из этих движений. Каждое мимолетное появление линий его языка во время произнесения слов.
Теплая рука не плече крепче прижимает ее к груди сидящего рядом. А упрямые пальцы уже отодвигают тонкую полоску трусиков. Они находят то, что искали, и на мгновение останавливаются. Она пытается избавиться от присутствия этих пальцев в святая святых. Двигает бедрами, но боится привлечь внимание сидящей рядом парочки. Теперь уже она краем глаза наблюдает за ними. Соседи смотрят фильм. Обнимаются. А его пальцы тем временем начинают медленно двигаться.
На экране снова любимый артист. Улыбается. У него потрясающая улыбка! Белоснежные ровные зубы! Смотрит с экрана прямо на нее. Перехватив этот взгляд, она понимает – ее соскам невыносимо тесно в их кружевном плену. В волнении сжимает бедра. Его пальцы утопают немного глубже. Она слышит порывистое дыхание у себя над плечом. Он делает вид, что смотрит фильм.
Осторожно проникнув под блузку, ее рука освобождает, наконец, напряженные соски из тесного плена. Сжимает один из них. Становится жарко.
Светлые полосы пляшут над головой, разрезая собой кромешную тьму. Она почти ничего не видит. Взгляд на экран. Лицо любимого артиста. Тот снова что-то говорит. Влажные алые губы заполняют собой весь экран. Весь зал. Все ее сознание. Живот сводит. Она в экстазе сжимает бедра. Сильнее. Еще сильнее. Будь его пальцы тоньше, она сломала бы их сейчас. Но он не против. Дышит над ее головой. Прижимает к себе. Она сдавливает сильнее грудь и – вот оно! Вот оно то, ради чего она снова позволила ему ласкать себя! Лицо любимого артиста расплывается. Она закрывает глаза и, резко повернувшись к спутнику, впивается в его губы, еле сдерживая стон.
Они целуются. Долго. До тех пор, пока она не обмякает окончательно в его руках.
Она продолжает слышать его тяжелое дыхание над своей головой. Но руки его уже нет на прежнем месте. Между ног становится пусто. Все ноет в приятной усталости.
Ее ладонь все еще на груди. Теребит сосок, ловя остатки кайфа. Можно немного расслабиться. Отдохнуть. Она косится на парочку справа. Они целуются. С другой стороны – он. Смотрит кино, ее плеча не отпускает. Она замечает, как его рука, та самая, что была в ее трусиках пару минут назад, теперь лежит поверх плотно стянутой ширинки его брюк. Он крепко сжимает свою затвердевшую под брюками плоть. Отпускает. Сжимает снова. Отпускает…Она кладет свою ладонь сверху. Он нервно вздыхает. Убирает руку, предоставляя ей право действовать. Предоставляя. Умоляя. Принуждая.
Очень хочется лечь к нему на колени. Ощутить его вкус. Но парочка справа ничего не должна заподозрить. Приходится орудовать рукой. Она проворно расстегивает молнию и пробирается внутрь. Там тепло. Даже жарко. Там все просто ходит ходуном от напряжения. Она начинает незаметно ласкать все это тонкими, но сильными пальцами. Его вновь освободившаяся вторая рука проникает к ней под блузку. Он почти перестает дышать, нащупав вожделенный упругий бугорок соска и сжав ее напряженную полную грудь всей своей дрожащей вспотевшей ладонью. Хрипло втягивает прохладный пыльный воздух, задерживает дыхание. Потом обдает жаром ее волосы.
Они смотрят фильм.
Они смотрят фильм.
Они сморят… на экран…
Любимый артист раздевает главную героиню. Кульминация. Не для сюжета. Для него. Она знает – на этом месте он обычно достигает финала. Вот и на этот раз. Он уже близок. Скоро покажут героиню обнаженную сзади. Ягодицы крупным планом. И крепкую мужскую руку, скользящую по розовой коже одной из них. Она ускоряет ласки. Тот самый момент на экране. Сильная рука под тонкой блузкой до боли сжимает ее грудь. В его брюках становится мокро. Какое-то время она еще продолжает движения, ощущая, как уменьшается и обмякает его плоть у нее в руке.
Он часто дышит. Потом успокаивается. Дыхание становится ровным. Он извлекает руку из-под блузки. Достает из кармана брюк носовой платок. Целует ее в губы. Она чувствует, как он облегченно смеется. Прямо ей в рот. Она улыбается. Отвечает на его поцелуй. Вытирает платком свою мокрую руку.
Она хочет еще. Хочет продолжения. Желание становится просто невыносимым. Она всегда хочет еще, когда все уже закончилось. Но он уже никакой. Даже та рука, что лежит на ее плече, ослабила свою хватку. Просто смирно покоится там. Просто лежит. Бесполезной, пассивной вещью. Теперь до конца фильма он будет вот так сидеть и пялиться на экран. Надо сказать ему. Она тянется к его уху и просит снова взять ее за грудь. Он выполняет эту просьбу, но уже без особого энтузиазма. Она быстро проникает в свое огнем горящее логово теми самыми пальцами, которые только что вытирала. Во второй раз все происходит быстро. Лишь несколько легких движений.
Он, ощутив дрожь ее тела, наклоняется к ее лицу и снова позволяет ей впиться в свои губы, предотвращая надвигающийся стон.
До конца фильма они сидят молча.
Финальная сцена.
Она поправляет бюстгальтер. Торопится, пока не включили свет. Заправляет блузку под пояс шелковой юбки.
Парочка справа, похоже, занята тем же. Смешно. Она улыбается.
По дороге домой он приглашает ее снова посмотреть этот фильм завтра. Она соглашается. Сколько раз они смотрели уже эту картину? Ни разу.
Она не любит его. Но любит ходить с ним в кино.
Он провожает ее до самого дома по мокрой от дождя улице. Холодно.
Он нежно целует ее у подъезда.
До завтра.
Угу.
Она бежит домой, перепрыгивая через две ступеньки. Поздно. Наверное, мама уже волнуется.