Вчерашний день, отжитый и забытый, меня достал остывшею рукой. Неужто проиграл? Похоже, карты биты. Я будто сам избит мозолистой клюкой. ПРИПЕВ Ну, сдавайте, шулеры, по одной — да в масть, а иначе — пуля вам, покуражусь всласть. Покуражусь, расплачусь с каждым — и сполна. Я выкладываю туз — и моя …
Когда мы собираемся, друзья, нас настигает истины мгновенье, и жизней наших нити теребя, мы в судьи время призываем, время. Но не за что нас времени судить, ну, разве что за верность и отвагу, за то, что мы стоим — назад ни шагу! За что же нас судить, за что судить… …
Горы — горькие… Горе — горками по равнинам… В недобрый час окрестованными пригорками ошарашит оно и вас. Что — \»не каркай\»? А я не каркаю — сам утрат я таких боюсь. Только что уж там… Смертной картою выпадает нам наша Русь. Картой смертною — командирскою: горы — фронт, а равнины …
Разметаю туман на косынки, косы ив расплету невзначай, на полянах приглажу травинки, закружу хоровод птичьих стай. Пробегу я по улочкам пыльным небольшого степного села, а затем над простором ковыльным понесусь, закусив удила. Надышусь горьким духом полыни и напьюсь вдоволь сладкой росы. И в небесной растаю я сини, распушив облаками усы.
Вы не тратьте чернил на клеймо для моей поистрепанной шкуры. Не сгодится она, все равно, на какие-то там абажуры, на обложки блокнотов и книг, на обивку диванов и кресел, будет шубе плохой воротник, а мундир — несановен и тесен. В общем, так себе шкура, пустяк: без искры, без отлива, без …
Я научился оскорблять. Не то, чтоб через слово — \»@лядь\», \»итти ё мать\» и прочий матерок… Но жизнь могу воспринимать не так, как давшие мне срок для муки в суетящемся кагале. Они б взбесились, если бы узнали, как я легко смогу их пережить. Они — всего лишь повод для печали. …
Старый шлях у тихой речки завивается петлей, выдыхает печь в колечки дым над старою избой. Старый пень у поворота — долговязый рухнул вяз — и дубовые ворота, что срубил нам дед Тарас. И блестит изба навстречу свежевымытым окном… Где ты, детство? Ох, далече… В мире сказочном, ином. В мире вишен …
Пуля — дура, штык — мудак. Все не так здесь, все не так… На неправильной войне все неправильней вдвойне. Нет — неправильней стократ… Даже русский автомат — распрославленный \»калаш\» — так и тот уже не наш, раз огонь ведет по мне на неправильной войне. Даже враг — и тот не …
Разметаю туман на косынки, косы ив расплету невзначай, на полянах приглажу травинки, закружу хоровод птичьих стай. Пробегу я по улочкам пыльным небольшого степного села, а затем над простором ковыльным понесусь, закусив удила. Надышусь горьким духом полыни и напьюсь вдоволь сладкой росы. И в небесной растаю я сини, распушив облаками усы.
Старый шлях у тихой речки завивается петлей, выдыхает печь в колечки дым над старою избой. Старый пень у поворота — долговязый рухнул вяз — и дубовые ворота, что срубил нам дед Тарас. И блестит изба навстречу свежевымытым окном… Где ты, детство? Ох, далече… В мире сказочном, ином. В мире вишен …