Кряхтя, сопя, ракетку в руки взял
Пенсионер под номером один —
«Ох, мне без тенниса никак нельзя ,
И как умру , я не расстанусь с ним.
А вы чего проспекты топчите?
На пенсии сознательнее будь,
Пешком ходить уже не можете,
Что так кричишь, вина принял на грудь.
Сам утром рано я иду трусцой,
Часов так в десять по аллеи парка,
И этот как всегда со мной,
Охранник за спиной, ему аж жарко.
Совет: вино и водочку забудь,
И помни масло с мясом — просто смерть.
Ты экономь — к здоровью этот путь,
И заблестят глаза как выдры шерсть.»
Растёр трусы сопливую рукой,
Вспотел слегка наш «гений от поддачи»,
Кряхтя , обнялся с «лапочкой» женой
На льготной пост советской даче.
«Когда я занят был и «вёл борьбу»
С проклятой этой «привилегией»,
Тут «демократы» расхапали страну,
Склероз — «семья», мои коллеги.
Памфилова во — «женщина борьба»,
Такая сильная, «громила всех».
Ампилов ей с трибун кричал «ура»,
Или какой-то хлюпик- псих.
А вы всю жизнь работали чего?
А … коммунизм научный строили,
Так дед и баба, где он — покажи его.
Остался на бумаге он в истории !
Да вам и пенсии нельзя давать !
Подумай-ка «Чу…фас» — пора отнять.
В бюджете дыры явятся опять ,
Так вот начнём мы с вас латать.»
Прошлёпал, что-то он ещё, зевая,
И завалился в кресло спать.
Спи , «дедушка», тебе мы знаем,
Оставят привилегии опять.