Письмо CXXI (О человеке и животных)
Луцилия приветствует Сенека!
Вопрос непрост, ты скажешь: я не прав…
Представлю Архидема – мой коллега,
Он тоже понимал, что значит – «нрав»!
Не все, что к нравам многие относят,
Воспитывает души добротой!
Одно – в одежде, что сегодня носят,
Другое – в соблюдении постов…
Седьмое – что дается обученьем,
Восьмое – в красоте волос и тел…
Там – изучают их происхожденье,
Здесь – исправляют те, кто захотел.
Исследуя природу человека,
И предпочтенье, что ему дано,
От нравов не отходит твой Сенека:
Кто ищет свет – пусть выглянет в окно!
Увидишь там поля и огороды,
Сиянье солнца, колыханье трав…
Не зная, своей роли от природы –
Откуда ты узнаешь верный нрав?
«А я хочу уйти от предрассудков,
Забыть: как мне везло, как не везло!
Мечтой о счастье не терзать рассудка —
К словам легко добавить лишний слог…» —
Исполню, пусть твердят: не зная меры,
Он бичевал злонравие, порок…
Увидит зло – высот добра примеры,
Поймет – бессильно преступить порог!
Готов прервать молитвы – ради Бога!
Не отвлекайте Бога ерундой:
Мы не о том молили слишком много,
Исполнилось – и стало нам бедой…
Завидуем животного движеньям:
В них, от природы — красота начал.
Вот – стрекоза: летит без напряженья —
Ее летать никто не обучал.
Для нас полет – страшнее приключенья…
Пусть плясуны — в движениях легки:
Их легкость — это годы обученья,
А здесь – по мановению руки:
Дано природой им — бежать быстрее,
Лететь, ползти, взбираться вверх и плыть!
Но, я об этом сильно не жалею:
Наш разум – много выше, чем их прыть!
Встает ребенок… падает и, плача,
Опять встает, не замечая боль…
Кто хочет встать – не молит об удаче,
Подняться хочешь — овладей собой!
Положим кверху брюхом черепаху —
Ей непривычно, тяжело дышать:
И тянется, и крутится, и махом
Перевернется, если не мешать.
Раз нет животных, скованных в движеньях,
Едва рожденных, взрослых, все равно —
Им состоянье тела в ощущеньях
Природой от рождения дано.
«Но, состоянье — это отношенье
Души и тела…» — Ну, и что мне в том?
Животные находят здесь решенье
Не на словах – естественным путем.
Ребенка от рожденья обучают…
А кто нам скажет: Как учить его?
Он «состоянья» своего не знает,
Но чувствует: живое существо!
В нас есть душа, но: Что она такое?!
Взялась откуда? Где она живет?
Порой она сильнее беспокоит,
Чем сердце, голова или живот.
Затихла днем, а ночью зазвучала…
То шепчет: Жди! А то, кричит: Спеши!
В нас есть руководящее начало,
Что называем обликом души.
Живое — приспособиться умеет
К тому, что происходит вне его,
А разум – это средство стать сильнее,
И выше, чем природы естество.
Пока живем – меняем состоянья,
Младенец, мальчик, юноша, старик…
А что потом?- Немногим – изваянье…
Но всем, без исключенья – смертный миг.
Меняемся и разумом, и ликом,
Но всякий – остается сам собой.
Приспособленье – также многолико,
В нем ежечасный и незримый бой.
Я жажду наслаждений, а не боли,
Ищу защиты, плачу о судьбе…
Что это? — Все желания, не боле
(В том – наша суть), — заботы о себе.
Забота о себе – важнейший принцип,
Заложенный природою в любом.
Цыпленок – избегает хищной птицы,
Как будто знает – это смерть и боль.
Не спрашивай: Откуда это знают,
Не испытав ни разу на себе?
Собака для цыпленка – как родная,
А кошка – верный признак страшных бед.
Что не грозит – того и не боятся,
От смерти одинаково бегут.
От возраста не может страх меняться –
Он не растет, пока они растут.
Мы от природы любим — безопасность,
Как рыба: слышит шум, и – шмыг на дно…
Нас опыт учит поздно и неясно,
Что от природы – сразу, всем – одно!
Живое — сохранить себя стремится:
Бежит от наносящего ущерб,
А, что на пользу – ищет и томится…
В согласии с природою вещей.
Взгляни на пчел – прекрасные жилища,
Согласье в разделении работ!
Кто с пауком сравнится? Ловит пищу? –
Но, как изящен паутины свод:
Прямые нити, далее – по кругу,
Посередине – чаще, чем с краев,
И все углы, заметь, равны друг другу!
А прочность?! – Кто сумел порвать ее?
Природа учит самосохраненью,
Всем – поровну. Иначе – не прожить!
В науках не найти себе спасенья,
Тем, кто собой не может дорожить!
Скоты, что к примененью бесполезны,
Умеют приспособиться хитро:
Ты не успел – они уже пролезли
На самые вершины.
Будь здоров.
======================================
Письмо CXXII (Об антиподах)
Луцилия приветствует Сенека!
На шаг короче стал сентябрьский день,
И стыдно тем, кто поднимает веко
Лишь в полдень, отгоняя свою лень.
Но, в дне еще достаточно простора
Для тех, кто ловит солнца первый луч:
Им помогают птиц прилежных хоры,
И Бог дает к открытью мира ключ.
Но, есть у нас такие антиподы,
Что «Не смогли увидеть за всю жизнь
Не только дня — заката и восхода»
(Наш Марк Катон: как скажет, так – держись!)
Они зловещи, как ночные птицы:
С полночной чашей, полною вином,
Себя хоронят. Им бы устыдиться:
И мертвецов оплакивают днем.
В заботах дел – день не бывает долог,
Ведь смысл и признак жизни — жизнь менять!
Дня не хватает? — Отодвинем полог
Ночей, хоть на немного – в пользу дня.
Птиц в темноте откармливают к пиру,
Им легче в неподвижности жиреть —
У антиподов тело пухнет жиром:
Днем – сладко спят, а ночь – живут на треть.
Плоть мертвецов, расслаблены и бледны,
Но, это — наименьшее из зол:
Здоровью наших тел потемки вредны,
Потемки душ – злонравия позор!
Порок во всем сражается с природой,
Чтоб сделать ей назло — наоборот:
Иные, от рождения уроды,
Идут из чрева задом — наперед.
Пьют натощак, приняв в пустые жилы
В предбаннике крепленое вино:
Юнцы, что часто ищут в этом силы,
Потом, быстрее всех идут на дно.
С бутылкой, после ужина, сиденье —
Отцы семейства любят в деревнях…
Тем, кто не знает в жизни наслажденья –
Одна мечта: забыть о трудных днях.
Иной — рядится в женские одежды,
И продлевает отрочества срок…
В мужских утехах – все его надежды…
Скорее, это гнусность, чем порок…
Для наслаждений бани строят в море:
Не правда ли, изысканный уют? —
В бассейне лежа… как бы, с бурей спорят,
Когда об стенку бани волны бьют!
В тепле оранжереи — запах розы,
И лилии, хотя давно зима.
В попытках низвержения природы
Мне видится излишеств кутерьма.
Сперва свернув, затем — совсем уходят
С природою им данного пути.
Ложатся спать – как только солнце всходит,
Зато всю ночь – смеяться и кутить!
«Не жить, как все!» — они считают мудрым —
Мы – выше, чем толпа и весь народ!
«У нас – свое, особенное утро,
Свой график жизни, прихотливый рот!»
Атилий Бута ночью обманулся:
Растратил состояние отцов
Сказал Тиберий: «Поздно ж ты проснулся!»,
Увидев его бледное лицо.
Монтан известен неплохим поэтом,
Любил поэмы публике читать…
(Любил слова: «закаты» и «рассветы»
Совать везде – не сможешьсосчитать…)
Гремели его голоса раскаты,
А слушатель — подсчитывал ущерб…
Сказал Пинарий: «Буду до заката
Я слушать, демонстрируя — я щедр!»
Читал Монтан: «Восход едва подъемлет…»
А злоязычный Вар кричит: «Постой!
Прошу потише – Бута сладко дремлет:
Он так устал в пирушке холостой…»
Монтан читал: «Пастух сгоняет стадо,
И тишиной окутана земля…»
Вар говорит: «Прости, уйти мне надо,
У Буты за обедом трюфеля…»
Пороки с общепринятым не ладят,
Раз совесть нечиста – глаз режет свет,
О них молчат? – Они уже внакладе…
А сплетня им – как ласковый привет…
Чтоб имя их могло не затеряться
Среди транжир, распутников, воров,
Они должны: ни в чем не повторяться,
И выходить на свет прожекторов!
В начале ночи – бич ведет расчеты,
В шестом часу – разминка голосов,
Перед рассветом – поварам заботы:
Из бани вышли – ужинать и сон…
У всех людей, кто следует природе,
Покладист и свободен скромный нрав.
Всем счастье одинаково приходит,
К несчастью – каждый ключ свой подобрал.
Кому дурная слава – как награда,
Обычному греху – не смотрят в рот:
Чем больше извращений – больше рады,
У них вся жизнь — идет наоборот.
Закончу на сегодня поученья
О тех, кто свою жизнь ведет, как крот:
Они всю жизнь гребут против теченья,
И, многие – «приплыли».
Будь здоров.
==============================
Письмо CXXIII (О дурных наставлениях)
Луцилия приветствует Сенека!
Что принимаешь – то не тяжело…
Приехал я в усадьбу для ночлега –
Нет ужина… Есть хлеб, но очень плох…
Я подожду – он станет мне хорошим:
Мой голод – это лучший кулинар!
Кто хочет есть — тот соберет и крошки…
Кто хочет спать – доволен скрипу нар…
Желудка скромность — даст свободу телу:
Позавтракал? – Зачем тебе обед?
Имел ли кто-то все, что захотел он?! —
Все властны — не хотеть того, что нет!
Мне, чтоб уснуть, не нужно притираний,
Лекарства, бани… Я – трудом здоров!
Так скромный ужин, после поля брани,
Приятнее пресыщенных пиров.
Тот стоек, кто, без всякой подготовки,
Препятствия спокойно одолел.
В его душе, привычной к тренировке,
Нет места гневу, не прижилась лень.
Взгляни на вещи: нужно их так много?
Зачем ты их хотел приобрести?!
Не разум освещает нам дорогу –
Дурной пример сбивает нас с пути!
Никто б не стал служить рабом корысти,
Попробуй нас один глупец призвать…
Но, заблужденья — выше всяких истин,
Когда за ними — голос большинства!
Когда перекрываются дороги,
Всем ясно: едет важный господин!
Вам стыдно, если вы – один из многих?
А, вам не стыдно то, что вы – один?!
С такими – избегайте разговоров:
Пускай не сразу, их слова — гнетут.
Пороков семена – страшнее вора:
Душевною болезнью прорастут.
Как, после музыкального урока —
Мы слышим звуков громкое туше,
Слова льстецов, хвалителей порока
Надолго поселяются в душе.
Ты не успел закрыть руками уши,
Когда соблазн пытается сказать? —
Он начал говорить – ты склонен слушать,
И он наглеет, прямо на глазах!
В конце концов он убеждает смело:
«Добро и справедливость – ерунда!
Кто хочет жить – тот «вертится» умело!
Нет больше счастья: К бабе! И поддать!
Имущество — наследникам оставить?
Таких врагов приобретешь – держись!
Не думай о душе, о доброй славе –
Подумай, как безбедно можно жить!»
Припомни путешествие Улисса:
Он связанным прослушал песнь сирен.
Нам злато затмевает свет отчизны,
И опрокинет судно слабый крен.
Нас почести, богатство – привлекают…
Отпугивают — голод, боль и труд…
Блаженны, кто о первом не мечтают,
И знают: наши страхи часто врут.
Идущий в гору – клонится к вершине,
Идущий вниз – откинется назад:
В делах у глупых – помощи души нет,
И в наслажденьях – некому сдержать.
Нам пагубны – и те, кто наслажденье
Расхвалит, и пугает, видя боль…
И те, кто под предлогом наставленья,
Твердит: Грешите… властвуя собой!
Что в Греции — обычаем печальным,
В Италии – дай Бог, нам прекратить:
К нам добродетель не придет случайно,
Лишь жаждущим дано ее найти!
Ничтожность наслажденья – тянет в землю!
Непостоянна слава… и пуста!
И бедность – зло для тех, кто не приемлет!
И смерть – не зло, а равенства черта!
Что суеверья? – Глупость заблужденья:
Боимся тех, кого должны любить!
Нет разницы: что вера в привиденья,
Что Бога — отрицать, что оскорбить!
Надежды нет на близость исцеленья
С врачом, готовым оправдать порок.
Философ – будь смелее в наставленьях,
И говори — лишь правду!
Будь здоров.
======================================
Письмо СXXIV (О сути блага)
Луцилия приветствует Сенека!
«Я расскажу преданья старины,
Что предками завещаны от века.
Но, слух и разум вы напрячь должны.»
Твой разум тонок, слухом не обижен,
Ты все привык на пользу примерять…
В письме последнем говорю: нет ближе
Мне никого, чтоб мысли поверять!
Вопрос таков: чем благо постигаем?
Рассудком или чувством? — Дав ответ,
Поймем: в животном – истина другая,
Чем в человеке? – Благо – это Свет!
Кто выше ценит в жизни наслажденье –
Считают благо чувственным. А мы —
Признаем: чувства вводят в заблужденье
К порокам устремленные умы.
Для чувства наслаждения приятны,
А, в некоторых – просто видим рай…
Зачем же убеждаю я в обратном:
Забудь обжорство, боли презирай?!
В них — нет греха, когда решает чувство…
Но, разум свой выносит приговор!
(Тупое, близорукое искусство
Твердит нам: «В чувстве благо!»… До — сих пор)
Кто различает мелочи на ошупь? –
Слепцы, кому Господь закрыл глаза!
Увидев раз, понять намного проще,
Чем не видавшим – пальцем осязать.
«Но, всякое искусство и науки —
Берут начала из конкретных чувств!»
Здесь я согласен: чувства нам – как руки…
Но, не руками благу я учусь.
«Блаженна жизнь, согласная с природой?» —
Ее зовем «началом всяких благ»,
Что мудрым обретается за годы –
Никто не в силах сразу взять в кулак!
Скажи, что плод, скрываемый в утробе —
Причастен благу… Всем понятно: Бред!
Новорожденный – всем ему подобен? –
Понятно: и в младенце блага нет,
И — в дереве, в животном бессловесном…
(Сурова аналогия? – Весьма…)
В чем разница? – В развитии телесном,
Младенец… набирается ума!
Есть — те, что неразумны от рожденья…
Есть — те, что неразумны до поры…
Есть – с разумом, привычным к заблужденьям…
Во всех нет блага… Разные миры…
Нет блага там, где не хозяин разум!
Кто неразумен – блага не постичь!
Кто «до поры», о том — не скажешь сразу…
В ком есть зачатки – пробуй, обрети!
Не всякий возраст, не любое тело
Условия для блага создают…
Вот бабочка-капустница взлетела…
Но птицы – полетать ей не дают.
Ты говоришь: «Есть благо и в посевах!»-
Но, не в ростках, пробившихся на свет,
А в стеблях, что зерном качают спелым!
Есть – в результате, а в процессе – нет!
Оно – в душе возвышенной, свободной,
Не подчиненной в мире никому!
Сама же – подчинит кого угодно,
Благодаря Добру, Любви, Уму!
Младенчеству — такое недоступно,
И юности – надеяться нельзя…
Ценой страданий, доблестных поступков —
Откроется великая стезя!
«Ты сам учил: все благо от природы!
А, значит – и в младенце может быть.»-
В согласии с природой — жизни всходы,
А благо – в том, чтоб разум возлюбить!
Животные, деревья, люди, боги –
Четыре рода всех живых существ:
Последних два – разумны, лишь в немногих
Есть разум, в остальных – обмен веществ.
В разумности природы – совершенство
Высокое и яркое, как свет.
И чувственность являет вид блаженства,
Но, в неразумных чувствах – блага нет.
Животным не известно слово Бога,
Прошедшего им знать не суждено.
Так лошадь — вспомнит верную дорогу,
Но, в стойле – забывает все равно.
Нет блага в том, кто, прошлого не помня,
Не думает о будущем вотще.
У них вся жизнь – лишь кратким мигом полна:
«Из праха – в прах» — цикл жизни овощей.
И у животных — может быть влеченье
К согласному с природой, но… порыв
Их сносит беспорядочным теченьем
Реки, что ударяется в обрыв.
Я – не судья, но, истины свидетель,
Вас заявляю с твердостью стиха:
Порок – где вытесняют добродетель,
Где ей нет места – места нет грехам.
Ослаблю повод… Можно, и к животным,
Понятье совершенства применять…
Но тем, кому дарован разум: «Вот вам!»…
Безумие – на чувства ум менять!
«К чему ведут все эти рассужденья?
Что здесь полезно для моей души?» —
Держись — за благородство побужденья!
В обитель зла – хотя бы, не спеши!
Твоя природа – выше бессловесных:
Ты можешь благо в жизни обрести!
Будь благодарен Богу беззаветно:
Он нас – с Собою рядом поместил!
Зачем ты в упражненьях копишь силы? —
Бог дал нам сил – не больше, чем скотам!
Пред зеркалом лелеешь облик милый? —
Животного — не хуже красота!
На голове разглаживаешь локон? —
Взгляни на гривы львов и лошадей!
Мы от природы бегаем так плохо –
Зачем нам тренировки каждый день?
Теперь вопрос: Не хочешь все оставить…
В чем непременно будешь побежден?!
И, к собственному благу путь направить,
Припомнив: Для чего ты был рожден?!
В чем благо? – Исправляй, очисти душу!
Преодолей порок своим умом!
Скажи: Господь, узрев Тебя – не трушу!
Любовь к Тебе – храню в себе самом!
Твой высший дар – душа моя и разум!
И, для меня, превыше цели нет –
Их совершенство! Знаю, что не сразу
Они придут, но, мне не жалко лет…
Блажен, кто обретет в себе источник
Всех радостей! Что все готовы красть –
Тебе не нужно даром! Вот что точно
Дает понять, что «разум – наша власть»:
Ищи в душе причину веселиться:
Что ей во благо – выше всех даров!
Несчастней всех – кого зовут «счастливцы»…
Пора идти…
Кто Благ — Всегда Здоров!
============================
Послесловие
Благое дело — нрав исправить!
Сенеки мудрость возлюбя,
\»Хотел бы я тебе представить
Залог достойнее тебя\».
Не жду похвал… а, поношенье —
Не повлияет на решенье:
Увидев в зеркале свой нрав,
Пусть всякий знает, в чем неправ.
Даст Бог — воскреснет добродетель! —
Распятье честности, любви.
Прошу: мой стих благослови,
Сенека, подлинный свидетель!
Кто, прочитав, принять не смог:
Я не сужу — суди вас Бог…
================================
16.11.03