Гроза взорвалась неожиданно, вдруг, и люди бросились в магазины, подъезды домов, в телефонные будки, под навесы. Гром, как верный слуга, следовал за молнией, и тяжелые капли дождя лопались, пузырясь и ударяясь о крыши автомобилей и почерневший сразу асфальт. Улицу опустели, и такое было впечатление, что сразу наступил вечер.
Под навесом Кукольного театра на улице Руссо собралась внушительная толпа спасшихся от грозы. Ряды “выброшенных на берег” все время пополнялись. Когда мужчина добежал до Кукольного театра, женщина уже стояла там, под навесом… Мужчина отдышался, вытер платком лицо, руки, закурил.
Рядом стояли две старушки.
-…моя дочка родила ему двух сыновей, а он бросил их и уехал в другой город,- сказала одна из них.
-Сволочи мужчины, что и говорить,- сказала другая.
-Да, все теперь поменялось!
-А мой сын поехал в Америку, учиться. Скажите мне, зачем ему Америка?
-Сейчас многие уезжают. А разве раньше было такое?
-Нет, конечно!
-Раньше все хорошо было. А теперь все – сплошная торговля. Вот моя дочка окончила Консерваторию, и что? Осталась с двумя детьми на руках. И денег все время не хватает.
-А вы слышали? Атомную станцию снова закроют!
-Нет, не слышала. Я только знаю, что цены опять поднимутся…
-Ужас! А вам сын разве не посылает доллары?
-Нет, что вы! Он сам там еле пробивается. Пишет, что хочет жениться на американке.
-Ужас! Отговорите, отговорите!
-Говорят, для гражданства это нужно. Сын говорит, вот женюсь и тебя, мама, заберу к себе в Америку. А я и думаю, зачем мне нужна Америка? Что я там не видела?
-Да… Раньше жили, и все было, и все было хорошо. А теперь? Косой же наш, президент, все по Парижам ездит…
Мужчина улыбнулся, и заметил, что молодая женщина рядом тоже улыбнулась.
-О времена, о нравы!- тихо сказал мужчина.
Женщина опять улыбнулась.
-А молодежь!- продолжала одна из старушек.- Какая молодежь пошла!
-И правда,- согласилась другая старушка.- Одеваются, как испорченные какие-то. Стыдно смотреть! Юбки до пупка! Трусики видны! А эти брюки! Ужас! Кто раньше одевал брюки? Какая порядочная девушка? Стыд! Что же мужчинам одевать, юбки что ли?
-А по-вашему, женщины должны одевать исключительно чадру?
Это сказала молодая женщина. Старушки сверкнули глазами.
-Нет! Задницу показывать мужчинам!- парировала одна из них.
Мужчина шепнул молодой женщине:
-Молчите, не спорьте. Все равно победят они.
Женщина сказала:
-Вы првы. Спорить бессмысленно.
Но старушки не успокаивались, и вскоре толпа под навесом Кукольного театра разделилась на два враждующих лагеря.
Мужчина сказал женщине:
-Знаете, дождь, кажется, поутих. За перекрестком стоит моя машина. Давайте добежим до машины и спасемся.
-Побежали!- сказала женщина.
Когда они сели в машину, женщина рассмеялась.
-Чему вы смеетесь?- спросил мужчина.
-Да так… Впервые в жизни сажусь в машину к незнакомому мужчине.
-Бывает,- сказал мужчина.- Куда поедем?
-Домой.
-Что?
И женщина назвала улицу, на которой она жила. Они поехали.
-Как вас зовут?
-Вот так сразу?
-Почему бы нет?
-Не знаю.
-Вы думаете подобно тем старушкам, что все мужчины – сволочи?
-Ну, не сволочи, но что-то сволочное в них все-таки есть.
Мужчина рассмеялся. Потом сказал:
-А знаете, я не плохой…
-Вы просто очень скромный!- улыбнулась женщина.
-И вы все также не хотите сказать, как вас зовут?
-Не хочу. Я ханжа.
-Не похоже.
-Вы так думаете?
-Да.
-В таком случае, меня зовут Кара.
-А вы говорите, что ханжа! Женщина с таким именем не может быть ханжой.
Женщина сказала:
-На мне всего лишь нету чадры.
-А меня зовут…- И мужчина сказал, как его зовут, а потом включил магнитофон.
-Мне очень нравится эта песня,- сказала женщина.
-Мне тоже. Странно, правда?
-Да. Странно.
Помолчали. Мужчина подумал: какой-то сегодня сумасшедший день: ссора утром, неудачи на работе, потом эта гроза, эта молодая женщина…
-Вы замужем?
-Вам не видно?
-Имеете ввиду кольцо?
-Именно.
-Вижу.
-Еще вопросы будут?
-Нет. Вопросов больше нет.
-И правильно.
Они помолчали. Женщина смотрела прямо перед собой, а мужчина время от времени смотрел на нее (господи, какой у нее профиль!), и думал, что сегодня он пойдет и напьется. И пусть пропадет все пропадом!
Он высадил женщину на углу Сан-Доменик и илицы Моцарта (гроза к тому времени уже кончилась), и поехал в бар “Барон”. Было решено, что он завтра подаст дела на развод. Это был уже второй развод в его жизни.
Июль 2000 года.