Ох, тяжелая, ты, службишка, да мерзкая,
Во чужом краю, где по казармам храп, да стон,
Быть заведующим банями армейскими
В званьи маленьком, в званьи прапорщицком!
Полон дом кальсон, мыла, простыней,
Уваженья — нет, как нет, пошто? Ума не приложу!
Денщики мои мне плюются вслед,
Хоть и моются весь день и тушенку жрут.
А, случилось так: ревизор пришел,
Протоколы составлял и меня пугал,
«Не хватает, — говорит, — мыла и кальсон,
собирайтесь-ка, товарищ, быстро в трибунал!»
Я ему — балык, я ему — икру,
Пару ящиков одеколона «Тройняка»,
Денщики ему в бане спину трут,
Жмурит наглый глаз, но молчит пока…
Вот помылся он, отхлебнул пивко
И напялил свою форму капитанскую,
«Ладно, — говорит, — Пару сотенок
кинь на лапу — разойдемся мирно-ласково!»
Не снести в душе мне обиду ту,
Ведь ограбили защитника Отечества!
Скоро дембель, я уволюсь и в милицию пойду:
Сеять Доброе, Разумное и Вечное!
