Новогодняя милицейская…
Случилось это во граде-герое Минске в те стародавние времена, когда водились в тех землях политруки и замполиты. И не только водились, но и активно вмешивались в жизни и простых граждан, и облеченных той или иной властью служителей закона…
Был канун Нового Года, это самого веселого праздника, который утвердил когда-то русский царь Петр, и даже политруки и замполиты, ярые противники всего, связанного с царизмом, не могли препятствовать народному веселию.
В Н-ском РОВД города Минска руководство решило организовать для детишек работников надомное поздравление с Дедом Морозом и Снегурочкой.
Для этого дела был выделен транспорт — классический милицейский «козел», огромный мешок, полный подарков, и нераспоследние прикиды для непосредственно Деда Мороза и Снегурочки. На специальном совещании у начальника РОВД были выбраны и одобрены открытым голосованием кандидатуры Деда Мороза и его внучки. Главным новогодним персонажем выпала честь быть оперу по звучной фамилии Дяк. Он отличался внушительными габаритами, напоминая трехстворчатый шкаф с антресолями, и многие следователи приглашали его присутствовать на допросах подозреваемых, потому как у злодеев отпадала всякая охота играть в «несознанку» при одном взгляде на Дяковы ручищи. В своей жмене он вполне мог уместить человеческую голову, если бы понадобилось, и никто бы ее там не заметил.
Кроме Деда Мороза, Снегурки и водителя «козла» был еще отряжен с «новогодним поездом» политрук Н-ского РОВД, званием — майор, круглый упитанный мужичок, солидного вида, румяный и со звучным, проникающим в душу, голосом.
Само собой, что, выбирая Дяка, еще делалась ставка на его возможность в неограниченном количестве и без особых последствий для организма употреблять «усё, што гарыць» (фраза того же Дяка). Потому что каждый родитель ребенка, осчастливленного приездом на дом Деда Мороза-Дяка, считал своим долгом угостить новогодний персонаж (и сослуживца, который неоднократно помогал в работе) стопочкой и бутером с икоркой или шпротинкой.
В некоторых особо гостеприимных домах стопочка и бутик перерастали в получасовые посиделки на кухне с задушевными беседами «а помнишь… — ага… — а как мы тогда…» с возлиянием и закусками.
Само собой, количество милицейских детей было большим, а возможности Дяка потреблять «усё, што гарыць» — не такими уж безграничными. К тому же он порядком прел и размякал в дедморозовской униформе под счастливые детские стишки и песенки про веселый Новый Год.
Водитель «козла» и Снегурка прекрасно понимали состояние Дяка и поддерживали его, как могли, а вот майор-политрук повел себя, мягко говоря, бесчеловечно. После каждого поздравления и возлияния он проводил среди Деда Мороза разъяснительные беседы о вреде алкоголя, пока «козел» ехал к месту обитания следующего по списку работника Н-ского РОВД Минска.
Терпение у Дяка тоже не было безграничным. И оно кончилось раньше, чем возможность пить и есть…
Тот вечер навсегда остался в памяти тех минчан, что мерзли в ожидании автобуса на остановке возле одного крупного универмага белорусской столицы. Напротив их остановки внезапно тормознул милицейский «козел». Из салона выбрался огромных размеров Дед Мороз в шапке и бороде набекрень, лихо распахнул переднюю дверцу, выволок за шиворот упирающегося и верещащего цельного майора милиции, распахнул полы красной шубы, чтоб высвободить ногу в ботинке, который по размеру подошел бы Годзилле, и пнул майора этим ужасающим произведением сапожного искусства, со словами «пешкадралом вали!». После Дед Мороз забрался обратно в машину, и «козел» укатил, оставив политрука среди счастливых, согретых таким неожиданным появлением новогоднего героя минчан…
