И если призрак здесь когда-то жил, то он покинул этот дом. Покинул. И.Бродский Спустилось небо серым мотыльком и замерло над обнаженной грудью… Они смотрели в гулкое безлюдье, накрытое стеклянным колпаком. Там были только круглые холмы и мертвый лес, снимающий перчатку, что возникал из этой хохломы, со всею силой вдавленной в …
Флоты из щепок отряжая в путь,в веснушках,в брызгах луж щемящей гаммы,и целый мир бурлил под сапогами,и сказка былью делалась чуть-чуть.Мы верили,склоняясь над ручьём,набив в бутылки мокрого карбида,что гулливер не может быть убитым и битых стекол лёд нам нипочем. И раньше зацветали вербы в мае,и герды засыпали с букварями,и королева,распрощавшись с …
Мне прошедшей прозрачной ночью, похоже, снилась Москва. Слякоть, у входа в метро толпа, а над толпой провода. Очень непоэтично, право, да жизнь — она такова, что поэзии в ней немного, ну разве что иногда. Мне приснилось, что с кем-то, кто тихо говорит мне — «смотри!», мы идём по улице, а …
«…Все мои друзья- великие русские поэты….» В. Харченко Поэт второй руки давно уже не мальчик, Нет времени на брань и сил на эпатаж, Его, конечно, жаль, но близких много жальче – Ему важней эскиз, бумага, карандаш… Не главный персонаж, а просто фон картины, Маэстро тихих слов, трибун пустых трибун, Искатель …
Я, должно быть, родился с похмелья, в прошлой жизни всего перебрав, а иначе, ну, как бы посмел я лёгких не выбирать переправ? Я, возможно, был счастлив однажды, в мире замков, принцесс и погонь, а теперь обезумел от жажды и пытаюсь умаслить огонь в подреберье, но он не стихает, изнутри пожирая …
милая кто мы где мы в дыме воде эдеме в демоновы ль пределы перелетели мы это волна лимана это во льне поляна тема из телемана топкая пыль луны явор я твой омела якорь твой каравелла если бы и хотела не убежишь держу ежели и изрежусь глупой душой о нежность радостна …
Вся в одуванчиках, как в веснушках. В смешных косичках – дороги лентами. Здесь очень легко убивают Пушкиных И Лермонтовых. Здесь вера и бунт, хоровод – самосуд. Здесь звезды считают, но чаще – патроны. Здесь счастливы, но настороженно ждут, Когда будет клич занимать оборону. И мы здесь, конечно же, третий Рим. …
**** Слышишь, месяц подходит к концу? Вероятно, февраль. Если выпуклой стала луна и прозрачной, как лупа, за которой огромная грезится жизнь, Оскар Уайльд долго будет открытым на первой странице, и глупо забывать, что играющий в шахматы множит печаль. Лучше выйди во двор, озираясь, с пластмассовым луком на судьбу поохотиться, что …
А всё случится так наверняка (Сценарий немудрён и неизбежен): Господь проснётся, выпьет молока, Вкусит того, что сам послал себе же, Раскрывши пыльный кондуит в раю, Скользнувши взором мимо всяких прочих И ткнувши перст в фамилию мою, В графе о смерти Бог заполнит прочерк. Как из бутыли сказочный колдун, Измученный, помятый …
В теплой баночке моча… В рамке клятвы Гиппократа… Я коленки от врача наблюдаю под халатом (неприметно хохоча)… Золотые койко-дни мерой тянутся за мерой. Лишь микробы-пионэры присмирели без родни. Здесь я чист, пригрет и сыт жизнью прелой и покатой, у меня карман зашит на пижаме полосатой. Заживает паралич… В складках сахарно …