Автор: <span>Виктор Левашов</span>


На улице мелодия играла…

На улице мелодия играла, напомнив, что сегодня выходной. Лучи от солнца, крепкие, как тралы, тащили город с рвением аврала в апрель, дышащий жженою травой. И город пер в апрель баржой груженой, оттаяв под небесным капюшоном. Ни облачка, ни перышка паров не плавало. Автобус отрешенно томился на обочине миров. Томился, ждал, …

По плану, по валу, по лому…

По плану, по валу, по лому соломку постелим, солому. Возьмем за основу, за базис систему, сломавшую сразу все то, что стояло к ней ближе, с излишне поехавшей крышей, и лыжи булыжник считали на ноль и на раз, но едва ли след пыльный отыщут ребята, где шли следопыты отрядом, где два …

Солнце хлестало по мордам…

Солнце хлестало по мордам до сочного покраснения. Месили подошвы гордо лужи весенние. От радости скаты кипели у оттаявшего троллейбуса. Шубы лисьи? Шапки беличьи? Нет, не требуются. У толпы выросли ножки стройные, женские. Мог бы – запел в грязи придорожной арию Ленского. 30.03.1999

Поздним вечером, что с тобой…

Поздним вечером, что с тобой, волчий песенник – лунный вой? Что зашелся так с горяча? И бела земля и ничья. Без хозяина звездный блеск. Без тропиночки снежный лес. Что волнуешься, душу рвешь? Что никто в твой мир так не вхож, как голодный страх, страх отверженных? Что пойдет во след с …

Я был жесток. Я был не прав…

Я был жесток. Я был не прав. Я не назначил ей свиданье. И наблюдаю увяданье Любви от обоюдных травм. Любви взрывной, на слово скорой, На выводы поспешной так, Уже пошедшей на чердак Истории — задета гордость. А жаль. Возможно это шанс Был у меня. У нас, точнее. На остановке коченея, …

Гранитный куб с пятерку этажей…

Гранитный куб с пятерку этажей. Горбы ларьков вдоль площади вокзальной, Где бомжики копилками для вшей Шатаются с похма в опорках сальных. Где в центр услуг вливается клиент, Извозчиками схваченный под локоть. И постовой расцветкой под цемент Сливается с платформою высокой. Где лязгают клыками буфера И тепловозов слышно перебранку. И кассы …

Огни чужого города…

Огни чужого города. Метели снежный вальс. Идет студентка гордая. Фонарный свет в анфас. Идет студентка с пластиком Пакета у бедра. На сон и чтенье классиков Уходят вечера. Одна в огромных улицах. И в комнате одна. Одна зубрит, сутулится С тетрадкой у окна. Подруги есть сердечные На случай праздных тем Для …

Я подогрею чайник на плите…

Я подогрею чайник на плите, Послушаю, как дождь стучит по крыше, И ветер дышит с шорохом в листве, На стуле кот мурлычет томно рыжий. Я заварю душистый крепкий чай, Возьму варенья в банке клей бордовый. Задумаюсь, за что же невзначай На этот раз мне счастья приступ снова. Оно бродило где-то …

Огонек за окном. Одинокий фонарь откровенно…

Огонек за окном. Одинокий фонарь откровенно безутешной вдовой, под ветрами согнувшись, стоит. Проводами распят. Электричество хлещет по венам. Свет струит из лица, обучая не помнить обид. Обучает терпеть, не сливаться с темнеющей массой. Не гордиться собой, помнить бремя частицы в цепи. И награды не ждать, не бороться за место у …

Повторяюсь ли я?..

Повторяюсь ли я? Да, конечно, предмета для спора я не вижу сейчас. И ущерба достоинству нет, что не первым перо взял в ладонь, да и цель разговора о начале начал актуальна до нынешних лет. Не на Мальте живу, и не в Каннах заканчивал школу. Да и дом – не дворец, …