Он плеснул себе в стакан еще добрую порцию бренди и уже мутными глазами уставился на бронзовую жидкость. Наконец-то он забылся! Боль как будто притупилась. Словно сердцу удалось-таки спрятаться за стальными латами, которые он на него надел.
Он вздрогнул, тряхнул головой и залпом выпив, налил еще. Потом протянул руку к пачке сигарет. Открыл ее неумелым жестом. Долго смотрел на сигарету. Потом взял зажигалку и сделал первую затяжку в своей жизни. Латы с грохотом разлетелись на куски, обнажив его сердце. И мысли снова вихрем закрутились в его голове. Так вот почему она так любила курить. ОНА… Он вскочил и яростно заметался по комнате, сжимая виски руками. Хотелось вопить, бить стекла и не смиряться.
Он знал, что в детской спит его сын, живой и невредимый. Он знал, что в спальне плачет жена, он знал, что должен пойти и утешить ее. Но к черту все! ЕЕ НЕТ!..
Жена и сын должны были вот-вот вернуться из деревни, куда ездили на рейсовом автобусе. Он ждал их через дорогу от автовокзала. Вот и они. Маленькая хрупкая жена и крошечный двухлетний сынок. Вот они подошли к дороге. Сын помахал ему ручкой. Он улыбнулся. Посредине дороги жена наконец заметила его и бросилась к нему в объятья. Дальше все произошло мгновенно.
Сын застывший посреди ближней дорожной полосы. Грузовик, несущийся под гору. И эта девушка, тонкая и гибкая, птицей кинувшаяся к его сыну. Подхватила, бросила на тротуар. Удар и тихий удивленный вскрик.
Наконец он обрел способность двигаться. Грубо оттолкнул жену и побежал к сыну. Тот плакал и икал, но был цел и невредим. Жена забилась в истерике. Он поднялся с колен и пошел к девушке. Народ стал толпиться вокруг. Он стоял в стороне, когда она вдруг позвала его тихо по имени. И он узнал ее. Это ведь ОНА, ОНА! О БОЖЕ! Он растолкал всех и склонился над ней. Она нашла и судорожно сжала его руку, прошептав:
— Мне страшно…
Слезы отчаяния наполнили его глаза:
— Все будет хорошо, ты не умрешь, прости меня, прости, пожалуйста. Спасибо тебе.
Она простонала:
— Мне больно…
Он огляделся по сторонам, издалека доносился вой сирен:
— Потерпи, скоро все пройдет!
Она глянула ему в глаза. Он увидел в них холод неизбежности и еще крепче сжал ее руку, будто стараясь передать ей всю свою силу. Она заметалась, зашептала:
— Спаси меня! Я так хочу жить…
И вдруг вздрогнула и судорожно вытянулась. Он с ужасом смотрел в ее широко распахнутые глаза и на струйку крови, вытекающую из чуть приоткрытого рта. Все вокруг закружилось, завертелось, и он вдруг услышал крик. Несколько секунд удивленно прислушивался к нему, и вдруг понял, что это кричит он сам. Подхватил ее на руки, прижал к себе и кричит, как сумасшедший. Ее кровь пропитала одежду. Плевать! Она умерла! ЕЕ БОЛЬШЕ НЕТ!!!
По дороге домой жена сказала:
— Надо постирать твою рубашку.
Он рявкнул:
— Не смей! – а она заплакала.
Горячий пепел упал ему на руку. Он вздрогнул. Налил еще и взял еще сигарету. Он знал, что в детской спит его сын, живой и невредимый. Он знал, что в спальне плачет жена. А еще он знал, что теперь бесконечно одинок в этом мире…
Здраствуйте, Софья.
Будем говорить честно, рассказ не поражает и мало что оставляет читателю после прочтения. Типичный шаблон экспрессивного стиля написания — у героев нет имён, они заменяются словами, указывающими лишь на половую пренадлежность героя, — Он, Она, его сын, его жена. Это, в значительной мере, делает рассказ несколько скудным с точки зрения приёмов написания.
Ещё рассказам подобного типа присуща, как и в вашем случае, не совсем внятная сюжетная линия. Страдания, мгновения из жизни — всё мешается между собой, заплетая паутиной сюжет.
Судя по всему, пишете вы не так давно и это накладывает свой отпечаток. Развивайтесь. Попробуйте придумать хороший сюжет, обдумайте его хорошенько и уже потом садитесь писать. Да, и после написания, на трезвую голову, садитесь за исправления ошибок. У вас их немало.
Простите, Софья, если показался слишком придирчивым, но всем нам необходимо работать над ошибками. До свидания.
Спасибо за рецензию. Мы с Вами не понимаем друг друга. Вы не разумеете моего творчества, я не могу понять Ваше недовольство. То что герои без имен — это мой стиль, я не хочу заострять внимание на конкретных личностях, мне интересен момент, вырванный из жизни. Трагедия не какого-нибудь Саши и какой-нибудь Оксаны, а просто жизненная трагедия. Любит одну, женат на другой… Я снова предвижу Ваши рассуждения об штампах, ну а Вы можете предвидеть мой ответ — это жизнь. И Вы не правы. Пишу я давно. Печатаюсь в журналах тоже давольно давно. К тому же я филолог по образованию и о каких ошибках Вы говорите, если честно, не понимаю. Вам хочется героев с именами и закрученного сюжета? Прочитайте «Наперекор судьбе», немного не в моем стиле, писала по заказу, но многим нравится. С уважением.
Доброго времени суток, Уважаемая Софья!
Начну с того, что меня обуяли смешанные чувства по прочтении данного творения. Вернее сказать, не чувства, а впечатления, так как в общем-то ярковыраженных чувств я не испытал. Ещё сразу оговорюсь, что анализ я буду проводить без положительных и отрицательных оценок, но лишь приведу факты, открывавшиеся мне в процессе анализа.
Итак, как я уже сказал, эмоций данная картина у меня не вызвала. Попробую найти причину такой реакции (или отсутствию оной). Приведённый Вами отрывок из жизни не является источником каких бы то ни было моральных нормативов, всвязи с чем отпадает необходимость в сильной эмоциональной нагрузке. Это картина, предыстория которой, равно как и конец, неизвестны. Ценен лишь представленный момент. Какие же струны в душе читателя призван он задеть, в чём его предназначение? Мне видится, что он являет собой чудесную лабораторию, в рамках которой возможны явления, которые трудно встретить в реальной жизни, но которые в общем-то навеянны именно её (реальностью). Редко кому за свою жизнь удаётся стать очевидцем такого рода трагедий. И уж точно никому неизвестна вся «подноготная» таких происшествий. Однако Вы даёте читателю уникальную возможность стать свидетелем всего «трагедийного комплекса» с его видимой стороной (авария) и с его тёмной стороной (отношения людей, связанных с этой аварией). Подводя итог данного абзаца, предположу, что отсутствие у читателя (в данном случае — у меня) сильной эмоциональной реакции на прочтённое входило в ваши задумки и, стало быть, это нормально.
Итак, я высказал мысль о том, что данный отрывок из жизни незнакомых нам людей призван стать иллюстрацией неординарного, но возможного в реальности случая и судеб, в сплетение коих он вклинился. В чём же следует искать уникальность/ценность/ увлекательность этой иллюстрации? Тут мне придётся частично продублировать предыдущего рецензента, заговорив о шаблонах. Уж не знаю, экспрессивного ли или какого-либо ещё стиля написания это шаблоны. Просто скажу, что мне приходилось встречать некоторые конструкции, являющиеся, судя по всему, штампами, необходимыми для идентификации текста с форматом, в рамках которого он (текст) создаётся. К таким «штампам» можно отнести бренди (у Вас) и прочие спиртные напитки как ключ к психологической среде, в которой находится герой и которая формируется как внешними обстоятельствами (сцена с бренди и сигаретой наводит нас на мысль о том, что далее что-то страшное/необычное должно произойти), так и, разумеется, внутренним состоянием героя. Мне почему-то в качестве примера применения схожих приёмов приходит в голову Стивен Кинг, хотя тут я могу ошибаться, так как читал его достаточно давно. Во всяком случае, думаю, Вы не будете отрицать, что подобные приёмы встречаются в популярной литературе, в романах не так уж редко. Также к «штамповым» конструкциям я бы отнёс момент, когда молодой человек разделяет с девушкой, к которой, по всей видимости, он питал нежные чувства:
«И он узнал ее. Это ведь ОНА, ОНА! О БОЖЕ! Он растолкал всех и склонился над ней. Она нашла и судорожно сжала его руку, прошептав:…»
Подобные «предсмертные» моменты с поиском руки, шёпотом и т.д., на мой взгляд, сильно отдают глянцем, что опять же наводит на мысли о наличии определённых приёмов, причём, такие приёмы идут во вред реалистичности изображаемой картины. И вот почему. Дело в том, что в нашей прозаичной жизни вряд ли возможно такое, что после столкновения с грузовиком человек сумеет не то, чтобы пошевелить конечностью или прошептать осознанные слова, но вообще подать хотябы какой-то признак жизни. Иными словами, при прочтении сцены аварии напрашивается картина с окровавленным телом, мозгами на асфальте, переломанными костями. По логике девушка, спасшая мальчика, должна была скорее либо умереть сразу, либо остаться без сознания. Вы же жертвуете реалистичностью, внешними обстоятельствами с целью описания чувств героев, то есть, тут можно говорить о «сглаживании», преукрашении момента аварии. И вот такой приём также нередко находит применение как в кинофильмах (в этом, опять же, думаю, не возникнет сомнений), так и в произведениях схожего формата. И обратная связь (прямо как проверка правильности решения в математике): говорить о формате можно лишь после идентификации текста с тем или иным форматом, чему способствуют различные конструкции/штампы и прочие приёмы. Прошу обратить внимание на то, что штамп — это не плохо. Не плохо и не хорошо. Это просто есть в том или ином виде. Тут уже вопрос реализации.
Кстати, о реализации. Написано, как мне показалось, очень уверенно, складно. В этом смысле текст нареканий у меня не вызывает. Также не могу сказать, что обнаружил в данном бросающиеся в глаза ошибки. Всё гладко и чётко, все слова занимают своё место.
Медленно буду приближаться к концу анализа, подводя итоги. Я написал в самом начале, что меня обуяли смешанные чувства: с одной стороны текст весьма добротный, ничего лишнего, повествование выстроенно осознанно, со знанием дела, с определённой задумкой, которая была вполне успешно реализованна. С другой стороны, по содержанию текст мне показался несколько неоригинальным, я бы сказал, формульным, если Вы понимаете, о чём я. Не мне судить, плохо это или хорошо, так как тут главную скрипку играет фактор, который мы привыкли обозначать ввиде поговрки «На вкус и цвет…»
Под конец позволю себе немного пофантазировать. Если расширять границы представленной Вами истории в рамках заданного формата, можно было бы написать немного и о судьбе водителя грузовика, который оказался бы связан с женой молодого человека, пившего бренди. Ведь жизнь полна неожиданностей и никто не знает, каков полный подтекст тех или иных ситуаций.
Желаю Вам дальнейших успехов в творчестве!
Потрясающе! Мне никогда еще не писали такой большой и глубокомысленной рецензии! Спасибо огромное! Со многими вещами я согласна. История эта имела подоплеку — это у меня была любовь с парнем, который потом женился по «залету». Это я прототип той девушки. А даже в воображении погибнуть с разбрызганными мозгами по асфальту мне не хочется :-))). Поэтому получилось, может неправдободобно, зато красиво. Прошу вас, прочитайте другие мои рассказы! Я с ОГРОМНЫМ удовольствием прочту ваше мнение. С глубочайшим уважением.
Постараюсь по мере возможности выполнять вашу просьбу. Перечитав свою рецензию, я углядел в ней кучу технических ошибок: неверные падежи, не хватает слова в некоторых предложениях. Обязуюсь в следующий раз избежать подобных оплошностей посредством концентрации и обещаю постепенно рецензировать ваши рассказы, насколько мне будет позволять время.
Спасибочки! Прочитала и Ваши произведения, правда не было времени написать что-то (читала на работе), но я обязательно напишу! С уважением, Софья.