Чудны дела твои, Господи.

Олю Асич звали Толя. Вернее не так. Толю Касич звали Олей, так уж повелось со времен, когда слегка картавивший мальчик выговаривал свое имя не иначе, как «`оля».
Прошли годы, Оля вырос и превратился в мужчину средних лет, из которых ни одного дня нигде не работал. Но говорить, что Оля не работал совсем, было бы неправильно – каждый божий день с шести утра Оля стоит в чистом джинсовом костюмчике у продуктового магазина и поджидает своих жертв. Олин быт строго налажен – утро он проводит под магазином, в поисках нескольких гривен на незатейливый крымский портвейн, потом отдыхает на море, а вечером возвращается на рабочее место, где его ожидают закончившие трудовой день пролетарии. Если Олина добыча позволяет, он поит собутыльников, если же нет, работяги поят Олю и все получается незатейливо, но очень пристойно.
Но вы же знаете, что такое южный городок? В нем жители микрорайона не только знают друг друга в лицо, но и помнят имена бродячих котов. И не стоит удивляться, если в короткой неторопливой очереди вы услышите: «А куда это сегодня подевался Барсик?». И уязвленный в самое сердце продавец сосисок, ответит, что помоечный предатель перебрался в соседний колбасный магазин. Конечно, Оля вовсе не Барсик и его сверкающая лысина не идет ни в какое сравнение с ободранным кошачьим хвостом, но известен он не менее болтающегося у того же магазина кота. Из-за этой известности, подают Оле мало, скорее, сохраняя традицию, чем по доброте душевной, а от того и находится его пытливый ум в непрестанном поиске новых путей к заветному прилавку.
Вот и сегодня Оля замер в печали на боевом посту у магазина, созерцая что-то у себя под ногами.
-Толя, что-то случилось? Ты на себя не похож, – удивилась Ленка, к которой Оля впервые за многие годы не бросился с традиционным приветствием «Ленчик, дай рубль».
Оля поднял мутный взгляд от шествующего по ноге муравья, посмотрел сквозь Ленку и, блеснув слезой, сказал:
-Стеха умер.
-Да что ты говоришь! – изумилась Ленка – Коля Стешенко долгое время был преданным партнером Оли в нелегком бизнесе у магазина, но пару лет назад женившись на Ленкиной подружке, уехал с семьей в близлежащий поселок, приняв планиду фермера.
-Девять дней справлять будем… Дай рубль, Ленчик.
Расстроенная Ленка достала из кошелька предпоследние десять гривен и, наказав Оле помянуть за нее Стеху, заспешила на работу.

-Горе то, какое, Леночка, – расстроились на работе подруги, отправляя безотказную Ленку в магазин, – помянуть нужно. А когда отдали дань покойнику и напелись печальных народных песен, сообразили позвонить вдове и предложили ей посильную помощь, которую тут же собрали в пущенную по кругу коробку от поминального торта. От денег Стехина жена отказалась, а вот прополоть в выходные огород пригласила. Тогда-то Ленка и задала мучавший подружек вопрос: «Отчего же муж во цвете лет ее покинул?»
-Что значит «покинул»? – удивилась в телефонную трубку вдова, – вона сидит борщ жрет, его и палкой гада не убьешь. К нему на прошлой неделе Оля приезжал, так я его, алкаша на порог не пустила, хватит, отпили свое.

А вечером Ленка снова повстречалась с Олей возле магазина.
-Так, что, козел, говоришь, помер Стеха?
-Помер, Лена, как пить дать помер, вот девять дней с мужиками справили, – Оля широко взмахнул рукой, обводя столпившихся собутыльников.
-Я Таньке звонила, борщ твой Стеха жрал и не подавился.
-Ой,- всплеснул руками Оля, – мужики, а Стеха то живой оказывается! Счастьем то какое, -глаза Оли источали благолепие и мироточили портвейном: – Чудны дела твои, Господи! Так что же мы стоим? Дай рубль, Ленчик, отметить бы надо.

0 Comments

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Чудны дела твои, Господи.

Олю Асич звали Толя. Вернее не так. Толю Касич звали Олей, так уж повелось со времен, когда слегка картавивший мальчик выговаривал свое имя не иначе, как «`оля».
Прошли годы, Оля вырос и превратился в мужчину средних лет, из которых ни одного дня нигде не работал. Но говорить, что Оля не работал совсем, было бы неправильно – каждый божий день с шести утра Оля стоит в чистом джинсовом костюмчике у продуктового магазина и поджидает своих жертв. Олин быт строго налажен – утро он проводит под магазином, в поисках нескольких гривен на незатейливый крымский портвейн, потом отдыхает на море, а вечером возвращается на рабочее место, где его ожидают закончившие трудовой день пролетарии. Если Олина добыча позволяет, он поит собутыльников, если же нет, работяги поят Олю и все получается незатейливо, но очень пристойно.
Но вы же знаете, что такое южный городок? В нем жители микрорайона не только знают друг друга в лицо, но и помнят имена бродячих котов. И не стоит удивляться, если в короткой неторопливой очереди вы услышите: «А куда это сегодня подевался Барсик?». И уязвленный в самое сердце продавец сосисок, ответит, что помоечный предатель перебрался в соседний колбасный магазин. Конечно, Оля вовсе не Барсик и его сверкающая лысина не идет ни в какое сравнение с ободранным кошачьим хвостом, но известен он не менее болтающегося у того же магазина кота. Из-за этой известности, подают Оле мало, скорее, сохраняя традицию, чем по доброте душевной, а от того и находится его пытливый ум в непрестанном поиске новых путей к заветному прилавку.
Вот и сегодня Оля замер в печали на боевом посту у магазина, созерцая что-то у себя под ногами.
-Толя, что-то случилось? Ты на себя не похож, – удивилась Ленка, к которой Оля впервые за многие годы не бросился с традиционным приветствием «Ленчик, дай рубль».
Оля поднял мутный взгляд от шествующего по ноге муравья, посмотрел сквозь Ленку и, блеснув слезой, сказал:
-Стеха умер.
-Да что ты говоришь! – изумилась Ленка – Коля Стешенко долгое время был преданным партнером Оли в нелегком бизнесе у магазина, но пару лет назад женившись на Ленкиной подружке, уехал с семьей в близлежащий поселок, приняв планиду фермера.
-Девять дней справлять будем… Дай рубль, Ленчик.
Расстроенная Ленка достала из кошелька предпоследние десять гривен и, наказав Оле помянуть за нее Стеху, заспешила на работу.

-Горе то, какое, Леночка, – расстроились на работе подруги, отправляя безотказную Ленку в магазин, – помянуть нужно. А когда отдали дань покойнику и напелись печальных народных песен, сообразили позвонить вдове и предложили ей посильную помощь, которую тут же собрали в пущенную по кругу коробку от поминального торта. От денег Стехина жена отказалась, а вот прополоть в выходные огород пригласила. Тогда-то Ленка и задала мучавший подружек вопрос: «Отчего же муж во цвете лет ее покинул?»
-Что значит «покинул»? – удивилась в телефонную трубку вдова, – вона сидит борщ жрет, его и палкой гада не убьешь. К нему на прошлой неделе Оля приезжал, так я его, алкаша на порог не пустила, хватит, отпили свое.

А вечером Ленка снова повстречалась с Олей возле магазина.
-Так, что, козел, говоришь, помер Стеха?
-Помер, Лена, как пить дать помер, вот девять дней с мужиками справили, – Оля широко взмахнул рукой, обводя столпившихся собутыльников.
-Я Таньке звонила, борщ твой Стеха жрал и не подавился.
-Ой,- всплеснул руками Оля, – мужики, а Стеха то живой оказывается! Счастьем то какое, -глаза Оли источали благолепие и мироточили портвейном: – Чудны дела твои, Господи! Так что же мы стоим? Дай рубль, Ленчик, отметить бы надо.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Чудны дела твои, Господи.

Олю Асич звали Толя. Вернее не так. Толю Касич звали Олей, так уж повелось со времен, когда слегка картавивший мальчик выговаривал свое имя не иначе, как «`оля».
Прошли годы, Оля вырос и превратился в мужчину средних лет, из которых ни одного дня нигде не работал. Но говорить, что Оля не работал совсем, было бы неправильно – каждый божий день с шести утра Оля стоит в чистом джинсовом костюмчике у продуктового магазина и поджидает своих жертв. Олин быт строго налажен – утро он проводит под магазином, в поисках нескольких гривен на незатейливый крымский портвейн, потом отдыхает на море, а вечером возвращается на рабочее место, где его ожидают закончившие трудовой день пролетарии. Если Олина добыча позволяет, он поит собутыльников, если же нет, работяги поят Олю и все получается незатейливо, но очень пристойно.
Но вы же знаете, что такое южный городок? В нем жители микрорайона не только знают друг друга в лицо, но и помнят имена бродячих котов. И не стоит удивляться, если в короткой неторопливой очереди вы услышите: «А куда это сегодня подевался Барсик?». И уязвленный в самое сердце продавец сосисок, ответит, что помоечный предатель перебрался в соседний колбасный магазин. Конечно, Оля вовсе не Барсик и его сверкающая лысина не идет ни в какое сравнение с ободранным кошачьим хвостом, но известен он не менее болтающегося у того же магазина кота. Из-за этой известности, подают Оле мало, скорее, сохраняя традицию, чем по доброте душевной, а от того и находится его пытливый ум в непрестанном поиске новых путей к заветному прилавку.
Вот и сегодня Оля замер в печали на боевом посту у магазина, созерцая что-то у себя под ногами.
-Толя, что-то случилось? Ты на себя не похож, – удивилась Ленка, к которой Оля впервые за многие годы не бросился с традиционным приветствием «Ленчик, дай рубль».
Оля поднял мутный взгляд от шествующего по ноге муравья, посмотрел сквозь Ленку и, блеснув слезой, сказал:
-Стеха умер.
-Да что ты говоришь! – изумилась Ленка – Коля Стешенко долгое время был преданным партнером Оли в нелегком бизнесе у магазина, но пару лет назад женившись на Ленкиной подружке, уехал с семьей в близлежащий поселок, приняв планиду фермера.
-Девять дней справлять будем… Дай рубль, Ленчик.
Расстроенная Ленка достала из кошелька предпоследние десять гривен и, наказав Оле помянуть за нее Стеху, заспешила на работу.

-Горе то, какое, Леночка, – расстроились на работе подруги, – помянуть нужно, – и отправили безотказную Ленку в магазин. А когда отдали дань покойнику и напелись печальных народных песен, сообразили позвонить вдове и предложили ей посильную помощь, которую тут же собрали в пущенную по кругу коробку от поминального торта. От денег Стехина жена отказалась, а вот прополоть в выходные огород пригласила. Тогда-то Ленка и задала мучавший подружек вопрос: «Отчего же муж во цвете лет ее покинул?»
-Что значит «покинул»? – удивилась в телефонную трубку вдова, – вона сидит борщ жрет, его и палкой гада не убьешь. К нему на прошлой неделе Оля приезжал, так я его, алкаша на порог не пустила, хватит, отпили свое.

А вечером Ленка снова повстречалась с Олей возле магазина.
-Так, что, козел, говоришь, помер Стеха?
-Помер, Лена, как пить дать помер, вот девять дней с мужиками справили, – Оля широко взмахнул рукой, обводя столпившихся собутыльников.
-Я Таньке звонила, борщ твой Стеха жрал и не подавился.
-Ой,- всплеснул руками Оля, – мужики, а Стеха то живой оказывается! Счастьем то какое, -глаза Оли источали благолепие и мироточили портвейном: – Чудны дела твои, Господи! Так что же мы стоим? Дай рубль, Ленчик, отметить бы надо.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.