№179. БЕЗ НАЗВАНИЯ. Номинатор М.Бейлина.

***
На пару мгновений теснее ночь и на пару нот
сдержанней птичье пенье, новое слово
короче на пару звуков. Чудной переход
от бело-розовой пены к сине-лиловой,
сиренево –синей сини…То просто сирень —
сокрестья, соцветья, влага, которой напиться
немыслимо. Утро, предлетье и, кажется, день —
так неосмотрительно длинен, и длится, и длится….

***
Чуть коснись тишины лепестка,
словно таинства жизни отдельной.
Видишь пестик, что крестик нательный
под холщовой рубашкой цветка.
а на донце не сок, не вода —
потаённая терпкая горечь
уходящего… Но не о том речь.
Не о том…Так, о чём же тогда?

***
Порою приходит дождь, чтобы смыть золу
горького лета с листов, лепестков, тычинок
душных соцветий, время скользит по стеклу
сотней косых капель, тысячей влажных песчинок
шуршит, шелестит, шепчет, бормочет на странный лад,
на вечных наречьях лепечет, дороги-тропы-
ручьи-потоки слагает, и дремлет омытый сад
в ладонях у Ноя на самой кромке потопа.

***
Искать причинно-следственную связь
что сломанную прялку в пряных водах
реки… желтеют вязы, льётся вязь
живых минут из горлышка исхода,
шуршит песок, стекаются лучи
в ладони золотистые августьи,
и для поспешных следствий нет причин,
как нет причин для беспричинной грусти.

***
Стать гладкою галькой, стать тонкою галькой, одной
из прочих других, безъязыкой, безликой, любою,
частицей земною, забытой на кромке прибоя,
за кромкой прибоя, где горькою гулкой волной
ломается небо, и, мнится, что нет ничего,
лишь вечные птицы, лишь мерная эта дорога,
лишь дней власяница, лишь соль, да бессонного бога
картавая речь и гортанная песня его.

***
Бывает так — споткнёшься, отведёшь
привычный взгляд от жизни пустяковой,
а тут сентябрь и ветер мотыльковый,
и мотыльковый, торопливый дождь
шуршит и дышит, шепчет и дрожит,
безгрешно пахнет тмином и распадом,
теплом и прахом, и дорожкой сада
блик осторожной ящеркой бежит.

***
Снова дождь и скамейки по краешку голых аллей,
как усталые птицы, дощатые крылья сложили,
мокнут тонкие ветви, но ты не жалей, не жалей,
мы ещё не отбыли, ещё мы с тобой не отжили
тихой доли своей, не бросай затуманенный взгляд
в край прошедшей листвы, прошлых бабочек, просто поверь и…
пробудившись, скамейки почистят промокшие перья
и опять полетят, полетят…

***
Мазурка отдалённая, вальсок,
гуляющий в оконном переплёте,
и улочка, и дворик, и лесок
по кромке, и сметённый лист в полёте,
на счёт, на вдох протяжный- раз-два-три —
уже внутри – безвестны, бестелесны,
не говори, замри, умри, воскресни
и вновь замри.