В заповедной полночной глуши,
Где Синильга ущельями бродит,
Где симурги над лесом летят
И несут на закрылках людей,
Где гранитный нетронут лежит
Мшелый камень-вещун у дороги,
Где стремительных белок-летяг
Нет существ среди леса лютей
Там неслышно, бесплотно скользят
По нехоженным сумрачным тропам
Чьи-то смутные рваные сны,
Чьи-то древние тени — вослед.
Разглядеть их, пожалуй, нельзя,
Только вздох, только сдержанный ропот,
Только морок обманной блесны
И слеза на прозрачном весле.
Потаенной таежной реки
Неподвижны заросшие воды
Длинновласая хмурая тинь
В кроны тянется, смысл тая.
Чьей-то темной, но ловкой руки
Тень закрыла тропу перехода
Снов из сонма тягучих рутин
К запустению небытия.
Сквозь лесной вековой бесприют
Смотрит желтое око Селены
Стелет в дремлющих кронах обман,
И стенают ночные певцы.
Но веками упорно бредут
По тропинкам чужих сновидений
Через мрак и холодный туман
Снов усталых седые ловцы.
Хорошо, Вик. Хорошо. Рад встрече.
Спасибо.
Рад и я!
Странно. Все как-то не удается нам переброситься парой непринужденных слов…
Длинновато. Но плотно, зримо, фактурно. Вы — своеобразны и интересны.