Вокруг нового \»Нового мира\»

— \»Новый мир\»? Это марка шампанского, что ли?
— Да нет, какое-то акционерное общество…
(Из современного разговора)

Среди старшего поколения такой разговор был бы невозможен. Еще и по сей день \»Новый мир\» числится в ряду национальных святынь, символом образованности и интеллигентности. Как читался \»Новый мир\» во дни нашей молодости? Он читался с трепетом. Его выписывали даже те, кто вообще ничего не читал и не выписывал, кро-ме кроссвордов и \»Спортсмена-рыболова\». Инженер и учитель, москвич и провинциал, западник и почвенник, гордый внук славян и друг степей калмык — всяк находил для себя в этом журнале пищу уму и сердцу. Писатель мог обладать собственным собрани-ем сочинений и звездой Героя Социалистического труда, но грош этому всему была це-на в глазах у просвещенных соотечественников, если он не значился автором \»Нового мира\». Его великие главные редакторы, начиная с В. Полонского и кончая Твардов-ским, устанавливали литературные векторы 20 столетия. Василь Быков и Фазиль Ис-кандер, В. Белов и Ю. Трифонов, В. Шукшин, В. Войнович, В. Астафьев, Ч. Айтматов, Г. Владимов, С. Залыгин, К. Кулиев, И. Друце, А. Солженицын — все они обязаны евро-пейской славой \»Новому миру\» времен Твардовского. Именно в \»Новом мире\», пред-почитал печататься генсек Брежнев, прекрасно понимая гамбургскую цену этого оппо-зиционного издания. Разночинная интеллигенция сверяла по нему свои умонастроения, ему посвящал свои заседания ЦК, а западные советологи защищали по нему диссерта-ции,. Будучи своего рода русскими Афинами, он творил прекрасный литературный миф 20 века.
Но шли годы. И постепенно \»Новый мир\» начал куда-то пропадать c читатель-ского горизонта. Миллионные тиражи упали до тысячных, он перестал появляться на библиотечных полках и прилавках книжных магазинов, исчез из списков \»Союзпеча-ти\», которая, впрочем, тоже исчезла куда-то. Но ведь тогда исчезала и уходила под воду целая цивилизация — где уж было растерявшимся согражданам беспокоиться о судьбе пусть и любимого, но всего лишь литературного журнала. Он так и остался в их созна-нии залогом высокой духовности и благородного просветительства.
Между тем \»Новый мир\» продолжал существовать. И, увы, поддаваться полити-зации умов, охватившей просвещенный слой нации. На переломе 80 — 90-х годов в жур-нале возобладали комунноборческие настроения. Образовалась внутренняя оппозиция, начались распри и выяснение отношений. Второй редакционный эшелон, становясь первым, желал непременного участия в \»процессах\». Наследники Твардовского себя таковыми не считали и пытались развернуть махину \»Нового мира\» в \»солженицын-ско-сахаровском\» направлении. Журнал заполонили многодумные диссертации о \»Ве-хах\», неохристианстве, красно-коричневой опасности и т. д. Редеющий читатель недо-умевал — реформаторы были готовы обходиться вообще без такого старорежимного чи-тателя. Ну его, соцреалиста стоеросового, от него только помеха говорению и писанию либеральных слов. На четвертом этаже заседал штабной актив, изготавливающий ма-нифесты и меморандумы. \»Антисемитизм не пройдет!\» — раздавалось оттуда. \»Соцреа-лист, покайся! Егору Гайдару и о. Кочеткову слава!\» — звучало с публицистических страниц. Время от времени престарелый главный редактор появлялся в редакции, изумленно созерцал происходящее и вновь надолго исчезал в своем подмосковном дач-ном укрывище. Про художественную литературу было забыто. Печатали что угодно, лишь бы не советское.
В 1995 году \»Новый мир\» опубликовал роман А. Мелихова \»Роман с простати-том\». Первая строка гласила:

\»Я был зачат через два презерватива\». \»Возьми в рот, — дружески прошу я на ушко\» — гласила одна из следующих строк романа. — Молодец, умница. Чувствуется только, что языч-ком как следует работать не привыкла\».

На этом характеристику художественных вкусов нового \»Нового мира\» можно было бы закончить. Спохватившаяся редакция прекратила в дальнейшем печатание подобных \»текстов\», но отнюдь не сменила их на шедевры; так, беллетристика типа \»чего изволите\»: немного цинизма, толика антисоветской риторики, семейная сцена, постельная сцена и почему-то множество женской прозы. Главным критерием публи-кации становились личные симпатии и деление авторов на \»наших\» и \»не наших\».
Зато в реальной редакционной жизни начали происходить события почти неве-роятные. Сделаем паузу и переменим интонацию нашего очерка, потому что дальней-шее потребует только что не свифтовского пера.
Дело в том, что новомировцы решили стать бизнесменами! Ведь они так много, так задушевно писали о спасительности рыночной экономики и частного предприни-мательства, что грех было не продемонстрировать этого на личном примере.
Для начала был заключен договор с посреднической фирмой \»Kubon & Sanger\» о распространении журнала за рубежом. Фирма быстро смекнула, что имеет дело с ди-летантами и элементарно присвоила деньги заграничных подписчиков. Договор ока-зался филькиной грамотой, первый блин вышел комом.
Второй коммерческой инициативой новомировцев стала сдача редакционных этажей в аренду. Собственно, к этому времени уже половина московских журналов ютилась на задворках собственных помещений. Но \»Новый мир\» выбрал контраген-том близлежащее казино, для которого десятка-другая тысяч долларов составляла еже-суточную выручку. Расчет совершался без ненужных формальностей, живым налом. Изредка появляющийся в редакции главный редактор изумленно рассматривал у себя на столе пачки заморской валюты, поручал бухгалтеру распеределить их \»по совести\», после чего исчезал в своем подмосковном дачном укрывище. В редакции вновь насту-пила пора собраний и совещаний, но уже не по поводу красно-коричневой опасности, а в связи с вполне конкретным распределением долларового тельца. Ревнители демокра-тии и равных прав оказались как-то не готовыми к тому, что основную сумму аренд-ных денег бухгалтер стал раздавать техперсоналу. Тяжба между редакционными \»вер-хами\» и \»низами\» приобретала детективный характер. В глубокой тайне, обмениваясь условными паролями и знаками, литсотрудники собирались за закрытыми дверями — а ушлая техобслуга налаживала микрофонные жучки и потешалась над \»этими интелли-гентными дураками\».
Дальше — больше. Чрезмерно интересовавшийся арендными поступлениями зам. главного редактора получил кирпичом по голове на пороге собственного издательства. Через некоторое время был избит в том же редакционном дворике другой замред, о чем благодаря телевидению стало известно всей стране. В редакции замаячил какой-то Чи-чиков, предлагавший преобразовать \»Новый мир\» в ЗАО \»Novyj mir\». Поскольку идейное звено журнала сплошь состояло из пламенных поборников Ларисы Пияшевой и Егора Гайдара, за предложение ухватились с готовностью. Энтузиазм новоиспечен-ных акционеров равнялся их легкомыслию, потому что никто не удосужился разо-браться в финансовой сути начинания Золотой дождь полагался само собою разумею-щимся. Сама Пияшева сказала! Дождь пролился, но лишь на бухгалтерское окружение. Остальное оказалось, разумеется, \»Рогами и копытами\». О, santa simplicimus, вечный удел прекраснодушной интеллигенции! (По сей день многие в редакции не могут взять в толк, во что именно они вступили). Изумленный главный редактор стал получать анонимки прямо к себе на дом. \»Мы требуем, чтобы вы в двухнедельный срок ушли в отставку. — говорилось в одной из них. — Вы настолько стары, что еле передвигаете но-ги\». И подпись: \»трудовой коллектив\». Обескураженные идеологи частного предпри-нимательства вновь скрывались за дверями. Рождались петиции, неизвестно кому предназначенные: \»Выходки анонимов, позволяющих себе выступать от имени \»кол-лектива\», наносят вред репутации журнала \»Новый мир\» и лично оскорбляют каждого из нас. Мы не хотим иметь ничего общего с этими лицами\». В журнал зачастила нало-говая полиция. Но стоило главному редактору подать в отставку, и ее как ветром сду-ло. Бухгалтер торжествовал. Новоизбранный главный редактор хранил загадочное молчание О том, как в \»Новом мире\» переизбирали главного редактора, а затем изби-рали его в Генеральные директоры, можно написать отдельный детективный сюжет. См., впрочем, \»Независимую газету\» от 02.10.2000.
Начались сокращения штатов. Побитый, а затем уволенный замред подал на редакцию в суд. От побитого откупились деньгами и уволили еще парочку самих себя. Среди идеологов вдруг обнаружились прагматики. Пока первые разоблачали и призы-вали — вторые устанавливали себе оклады и обрастали редакционной оргтехникой и компьютерами. Впрочем, и идеологи не отказывали себе прокатиться в Израиль в об-мен на публикацию эмигрировавших туда воительниц. Все окончательно запуталось и смешалось в головах у поборников демократии: комуннофашизм, платежные ведомо-сти, Егор Гайдар, \»Новая Россия\», арендные у. е. — типичное состояние либерального интеллигента времен буржуазно-демократических революций.
Другие толстые журналы сумели избежать чего-нибудь подобного. Например, \»Знамя\» также пережило искушение либеральной фразой, но оно никогда не посягало на идейно-политическое руководство народами. Его можно упрекнуть во всевозмож-ных постмодернистских уклонениях, но, в отличие от \»Нового мира\», это уклонения литературного, а не политического характера. То же и в отношении \»Октября\», \»Дружбы народов\», \»Звезды\», \»Невы\», \»Посткриптума\». У них также достало эстети-ческого такта и чутья не стать литературным придатком к какой-нибудь политической злобе дня. На фоне беспрерывных идейных, финансовых и физических разборок, тво-рящихся в \»Новом мире\», они смотрятся прямо-таки литературными Касталиями.
Но так бывает всегда. Перефразируя Л. Толстого, \»идеология — последнее убе-жище негодяев\». Эти петрашевцы всегда начинают с лозунгов о переделке отечества и человечества по новому штату, а кончают коммунальными сварами и дележом не ими накопленного имущества. Обещавшие поджечь море и прославить край \»блеском кро-вопролитиев\», они толкаются сегодня по районным судам, пишут друг другу друг на друга доносы и развлекают литературную Москву открытыми письмами. Прежние ре-дакции \»Нового мира\» создавали литературные цивилизации. Нынешние создают ли-тературные скандалы. Новый редактор пробирается на страницы \»Русской мысли\» и \»Независимой газеты\», чтобы давать интервью типа \»Надо каждый день бить лапка-ми\» (\»НГ\», 07.09.2000.). Ехидный собеседник выносит этот словесный перл в заглавие.
Между прочим, в упомянутом интервью содержалось поразительное по неоспо-римости откровение: \»разрушить традицию \»Нового мира\» можно только вместе с журналом\». Это мимоходом выговорилось, в шуме и гаме рекламных фраз, но именно здесь истина и судьба \»Нового мира\». Вот этой бы и никакой другой истины и дер-жаться обновленной журнальной редакции. Плохо это или хорошо — \»Новый мир\» дол-жен либо оставаться \»твардовским\», либо прекратиться. Перед другими журналами не стоит такой драматической дилеммы. \»Знамя\» демонстрирует чудеса приспособляемо-сти к эпохе, экспериментируя с авторами, рубриками, стилями, но над ним не довлеет традиция. Оно на деле, а не на словах избрало путь открытого демократического изда-ния и предоставляет страницы любому литературному проекту, только бы не занудно-му. Новомировцы же не хотят, не умеют, не могут ни традицию соблюсти, ни новый капитал приобрести. Никто не владеет ситуацией. Масонские собрания по углам про-должаются. Сердобольная журналистка, желая нынешнему руководству добра, так описывает сегодняшнюю атмосферу в журнале:

\»Это — эти\», — многозначительно произносит редактор, едва поводя бровью куда-то вбок. Там, по-вдимому, находится очаг опасности для тех, кто в данный момент находится здесь. \»Не только эти. Еще второй этаж\», — веско уточняет прозаик и драматург. \»Их просто так не обой-дешь, а вот если бы…\» — сокрушается редактор, поднимая очи горе. \»Дьявол играет, дьявол.., а креститься-то без толку зачем? Его не обманешь, — пифийствует прозаик. — Уж будьте уверены, пойдут, как миленькие, комары-комарики. Ни рожек, ни ножек не останется\». Чьим ножкам-рожкам уготована жестокая судьба — собеседников, дьяволов, кого-то третьего, — понять невоз-можно\» (\»НГ\», 16.10.2000)

Ты что-нибудь понял, дорогой читатель? Вот именно, \»понять невозможно\». Ка-кое-то радение коломенских попов. Статья называется \»Об одном скандале\». Уж луч-ше бы вообще никакого, чем такое заступничество. Эти ребята даже газетной компании организовать как следует не в состоянии. Легкомыслие, дилетантизм, смесь надменно-сти с наивностью, борьба самолюбий, абсолютное непонимание финансовой стороны издания, — таковы фирменные признаки этих \»новых литературных русских\». \»Когда дом покинули великаны, в него, крадучись, пробрались карлики…\» Это из \»Записных книжек\» И. Ильфа и это, увы, про нынешних новомировцев. Ведь то, что описала жур-налистка \»Независимой назеты\» — никакая не пародия и не зубоскальство. Именно в таких шизоидных формах протекают сегодня труды и дни некогда знаменитого, всена-родно любимого журнала. \»Комары-комарики\»…
В № 10/99 журнала была напечатана повесть \»После инфаркта\». Она автобио-графична. Бывший главный редактор выдал в ней своим многолетним мучителям по полной программе. Появление разоблачительной повести на страницах разоблачаемого издания — нонсенс, одна из загадок нынешнего \»Нового мира\». Подозреваем, что в ос-нове этого qui pro quo лежит элементарное разгильяйство и накопившееся равнодушие ко всему, что не есть клич \»зарплату дают!\». Кроме того, досталось ведь и обитателям враждебых кабинетов и этажей…
Так что же мы имеем в осадке? В осадке мы имеем команду престарелых отцов и дедов Арбата с вечным химическим составом в голове; молодых реформаторов, рас-тринькавших перепавший им от советских времен капитал; бабушку русского либера-лизма, неожиданно для себя оказавшуюся надомницей со сдельной оплатой; акционер-ную контору \»Редакция журнала \»Новый мир\», где техперсонал во главе бухгалтером распределяет, сколько и кому дать из литперсонала во главе с редактором; уволенных или полууволенных лишенцев, дышащих укоризнами в адрес главного редактора, ко-торый сам оказался заложником \»бухгалтерского списка\» и которого единственно жалко во всей этой компании звездочетов, деловаров и прочих претендентов на пре-красное здание в центре Москвы.
Держись, Андрей! \»Новые миры\» погибают, но не сдаются. Ведь правда?

P. S. Фамилии в этом очерке не названы, ибо зачем? Дело не в именах, а в принци-пах. Литературная Москва и так прекрасно знает, о чем и о ком идет речь, а рядовой поклонник \»Нового мира\» во всех русскоязычных уголках земного шара должен знать лишь это: в храме российской словесности поселились карлики…

В. Сердюченко

\»Завтра\»
\»Чайка\» (США)
\»Русский Переплет\»
Компромат. Ру.