Наша упса — лучшая в мире. А аспирин — он и в Африке аспирин

По пути на работу догнал знакомую женщину, пошёл рядом. Погружённая в мысли, она не замечала попутчика. Я коснулся её локтем. Женщина лишь слегка отодвинулась.
— Тебя сейчас украдёт кто – не заметишь, — решил я пробудить от раздумий знакомую.
— Ой, здравствуй, — увидела, наконец, меня женщина. – Задумалась, вот, о проблемах. Дочь у меня… Ездили на консультацию в областную больницу. С рекомендациями вернулись к нашему доктору. Тот назначил дополнительные снимки, посмотрел: «О, — говорит, — Серьёзный случай. Что же вы здоровье своего ребёнка так запустили? Вам надо сильно лечиться!». Расписал лечение: «Это, — говорит, — под стопы, это – от поясницы, это – для спины, это – на шею…» Упаковал, одним словом, ребёнка с ног до головы. Выписал направление в местный филиал областной фирмы. «Последние разработки, — говорит. – Приобрести можно только по моему направлению! Если кто захочет, пусть обращается ко мне». Пришла в фирму. Приняли меня, как родную и горячо любимую. После наших поликлиник непривычно даже, что здесь так сильно тебя любят. По предъявленному направлению местные фирмачи областного масштаба насчитали: восемь тысяч с меня, по минимальным расценкам. «Ой, — говорю, — сегодня у меня немножко не хватает, я завтра приду…» А сама к доктору: «Нет у меня, говорю, таких денег…» А доктор: «Ну, ничего… Случай у вас не такой уж и тяжёлый… Вот у меня есть препарат плаценты, последние разработки фирмы… Другой фирмы. Очень помогает от всего! Достать в аптеках невозможно, потому что препарат в стадии апробации, только через меня можно приобрести. Если кто захочет полечиться, пусть ко мне обращается… Семьсот девяносто девять рублей всего стоит упаковочка на один курс. А курсов надо для полного лечения…» «Так вы что, на моей дочери решили препарат апробировать?» – прерываю я доктора, не дослушав, сколько надо упаковок по неполных восемьсот рублей для полного лечения. «Ну что вы!» – замахал на меня доктор руками и хотел рассказать, почему препарат в стадии апробации распространяется для лечения детей. Но я его опять прервала: «У меня, — говорю, — и на сторублёвый препарат деньги надо с получки выкраивать…». «Ничего страшного, — оптимистично успокаивает меня доктор, — заболевание у вашей дочери банальное. Электрофорез назначим, прогревания — помогут»…
Я улыбнулся.
— Тебе смешно… — обиделась на меня знакомая. — Как же это получается? Первый раз доктор дочь увидел: «О, как запустили! Вам надо серьёзно лечиться!» А через день: «У вас ничего страшного, прогревания-притирания помогут…»
— Понимаешь, сейчас многие фирмы распространители медицинских товаров и препаратов предлагают медработникам сотрудничество, выплачивают им комиссионные с продажи. Если бы ты купила у фирмы товаров на те восемь тысяч, «направитель» получил бы от фирмы гонорар рублей в пятьсот-шестьсот.
— А препарат плаценты? Я слышала по телевизору, что плацентомаск применяется для лечения кожи лица? А у ребёнка совсем другое!
— Мне тоже рассказывали, что распространители усиленно рекомендовали покупать пищевые добавки для лечения плоскостопия.
— Что же это за врачи! – возмутилась женщина. – На страданиях пациентов наживаются!
— Если разобраться, врачи не от хорошей жизни этим занимаются. Мой знакомый работает врачом больше двадцати лет. Оклад – тысяча двести рублей. Плюс надбавка за стаж, за совместительство, минус подоходные. Итого – тысяча шестьсот рублей в месяц на руки. При прожиточном минимуме в две тысячи. Один раз в год медицинское руководство премией осчастливливает. Ко дню медика. В этом году дали ему двести шестьдесят рублей. Можно ли требовать высокоморальных поступков от наших докторов, если зарплата у них ниже прожиточного минимума? Про зарплату медсестёр я вообще молчу. Можно ли, получая такую зарплату, не брать взяток, не намекать, что дополнительные медицинские услуги требуют дополнительной оплаты, не распространять чудо-таблетки, помогающие при плоскостопии, и чудо-пояса, улучшающие пищеварение и сексуальную потенцию… Можно, слов нет. И жить на зарплату, вдвое меньшую, чем зарплата уборщицы на самом захудалом предприятии нашего города. К сожалению, та медицина, о которой нам рассказывают из телевизора руководители города и здравоохранения, сильно отличается от медицины, с которой встречаются пациенты в больницах и поликлиниках города.