Царевна – лягушка.
Тридцать лет после свадьбы.
Иван-царевич выпустил в даль стрелу и резво помчал за ней по весенней улице…
— Ты в кого целился?! Обалдуй столичный!
Огромная зелёная лягуха вытащила из задницы неизвестно откуда прилетевший «подарок» и сделала из него «бублик». Иван, открывший в испуге рот, быстро залёг в крапиве.
— Пошто стрелы портишь, погань болотная! Чай казённые, — обиженно вякнул он из укрытия.
— Я те покажу – погань болотную! Я те щас, оболтусу, и другие пообломаю! – пообещала, выбираясь на берег, квакуха…
… Царь Иван что-то стряпал в печи, когда в горницу вошла пышнотелая Василиса Премудрая. Он томно сбросила чёрную соболиную шубу и критическим взором окинула мужа.
— Умылся бы что ли, Вань. Ради Сварожича. Воскресенье ведь… – безнадёжно вздохнула супруга, жадно заглядывая в булькающий горшок. Владыка всея Руси испуганно выронил ухват, с интересом глянул на Василису, потом в медный таз, затем поплевал на ладони и вытер у глаз засонюхи.
Царица хлебнула из жбана вчерашнего кваса и с удовольствием отрыгнула.
— Совсем ты, Ваня, опустился. Пфуй! – брезгливо поморщилась Премудрая. – В одной «шапке Мономаха», почитай лет тридцать уже у печи торчишь!
Царь Иван взмахнул руками и выбежал из горницы. Через мгновение он стоял перед женой в новой шёлковой рубахе и бархатной самаркандской тюбетейке.
— Ого! – изумилась царица.
Иван топнул ногами и упёр руки в боки. Мол, знай наших!
— Молодца, Ванюш! Ведь можешь, когда захочешь! – лебедем поплыла к царю Василиса.
— Эх, Ваше Величество! Много ли мужику для полного счастья надо?!
Царёвы ланиты заалели и он робко обнял жену.
Василиса плотоядно прищурилась и ответила ему нежным ударом кулака по костлявой
спине.
— А ты ещё ничего! Аппетитный ты ещё у меня, Ванюша! – сглатывая слюну, томно прошептала супруга. – Прямо волчий аппетит возбуждаешь…
С середины горницы царица метко прыгнула за огромный дубовый стол и оглушительно забарабанила деревянным черпаком.
— Щей подавай!!! Стрелок чёртов!