Демон мороженного

Я ходила по супермаркету и выбирала что-нибудь вкусненькое. Я уже догадывалась, на что обращу свое пристальное желудочное внимание; знала, но ничего не могла с собой сделать. Бесполезно бороться со страстью, как со снежной лавиной.

Я нагнулась над \»хрустальным гробом\» — на меня смотрели целые кучи мороженного. Разного цвета, в разных формочках. Мороженное — не слон, его можно втиснуть куда угодно. В ведерки, пластмассовые прямоугольные гробики. Милые, вкусные трупики.

Мои руки сами собой жадно отворили дверцу, схватили целлофановый кулек с килограммом пломбира. А ноги быстро понесли к кассе, пока мозги не передумали.

Купила. Теперь надо съесть. Не на улице же.

Вернулась домой. Села, включила настольную лампочку, разоряющую полутьму, развязала пулек, ложкой поковырялась в пока еще железобетонном мороженном, отодрала кусок и положила в глубокую тарелку. Кайф! Сейчас подожду, пока чуть-чуть растает… и…

Из кулька высунулась обаятельная голова маленького беленького дракончика. А потом и еще две.

\»Ну вот, опять\», — обречено подумала я. \»Опять начинается! А ведь я даже еще не пила — теперь топать к непочатой бутылке коньяка вроде бы незачем. Белочка уже приперлась. Налить и ей, что ли?\»

— Привет! — дракоша весело помахал лапкой, улыбаясь во все три головы. — Я не помешаю?

— Может, слезешь с мороженного? А то я его скушать хочу… не начинать же с тебя. Вот, слезай сюда, я газетку подстелила.

— Ага, — дракоша неловко приземлился на газетку, поджав когтистые лапки и свернув колечком хвостик.

Милый, вежливый дракошка, вполне безобидный глюк… Но как же он меня достал! Появляется каждый раз, когда я открою мороженное, и не исчезнет, пока я все не съем. Однажды три дня мороженное ела — так это же ужас какой был! Розовый дракончик сидел у меня на плече, как попугай Сильвера, болтал без умолку, а ночью устраивался рядом на подушке. И болтал, болтал!

Теперь я стала умнее, и съедаю мороженное в один присест, — а потом лечу больное горло.

Я укусила мороженное прямо с тарелки, зверски поглядывая на дракошу. Он тоже уставился на меня, нахохолился.

— Ты хочешь, чтобы я у тебя в желудке разговаривал? И не думай меня скушать!

— Ладно, ладно, не искушай, тварь ты подлая! Есть хочешь?

— Я же не ем…

— А коньячку?

— Коньячку… можно…

Я принесла бутылку, разлила в две рюмки, выбрав зверенышу самую маленькую рюмочку. И все равно он из нее лакал, как собачка. Одна голова лакала, а две другие глядели с завистью.

— Не ревнуйте, желудок же все равно общий! — нервно засмеялась я. — Случай, а если я сопьюсь, ты в зеленого змия превратишься? Или просто позеленеешь?

— Нет, зеленым я стану, когда ты купишь зеленое мороженное… из киви, например, — терпеливо пояснил он. — Слушай, каждый раз ты задаешь мне одни и те же вопросы. Хоть на листике ответы запиши, а потом — читай, если снова забудешь. Провалы в памяти — это серьезно. Лечиться тебе пора… электричеством.

— Кто бы говорил! Нет, дожилась: паршивая трехголовая галлюцинация учить меня жить!

— Как там у тебя дела? Снова одинока? Работа все та же: скучная, нервная, плохо оплачиваемая? Чего ты постоянно злая, как пещерный медведь? Я ведь чувствую, что убить меня хочешь.

— Я бы убила, если б знала, что раз и навсегда. Слушай, ты кто? Откуда ты взялся? Ты инопланетянин? Барабашка? Гномик? Ну, кто? — взмолилась я.

— Кто… кто… Откуда ж я знаю? На мне не написано, — дракон на всякий случай осмотрел себя со всех сторон, — Нет, ничего нет… никакой надписи, типа: сделано в Корее. Значит, я — настоящий! А вот настоящая ли ты?

— Но, но! Ты мне тут на святое не замахивайся! — я неловко машу пальцем перед тремя драконьими мордами — тоже мне, подвыпивший Иван-дурак.

— Кстати, хочешь, тайну открою? Я — твой единственный настоящий друг!

— Мой бред?!

— Нет, твое создание… Ладно, доедай мороженное, а я — сваливаю. Сейчас с тобой разговаривать — бесполезно. Спокойной ночи. В следующий раз купи зеленое мороженное, ладно? Мне этот цвет очень идет.