«Она читала мир, как роман,
А он оказался повестью…»
Я стояла перед зеркалом и уже в который раз проигрывала в памяти эту историю.
Начиналось всё до ужаса банально. Адресок в местном «газетном чате», письмецо в ехидно-вежливом тоне (чтобы наверняка зацепило), не менее ядовитый ответ, последовавший за этим маленький бодрый междусобойчик, вылившийся в итоге в подобие родства душ, несколько ничему не обязывающих, но очень интересных и насыщенных встреч и – оба-на! – привет, Купидон, предвестник того, чего в нашей стране отродясь не было и по утверждению нет и по сей день.
Дальше стало ещё интереснее. А потом всё пошло прахом, трахом и тибидохом. Его это устроило, меня – нет.
Вру. На самом деле, всё было вообще не так. Не так просто. Просто – это в американских фильмах, для интеллектуальных инвалидов и лентяев. Хотя… какая разница? Итог-то всё равно один…
— Ну ты там заснула, что ли? – Дина своим возмущённым голосом запросто могла бы сверлить дыры в бетонных блоках. А не в моих барабанных перепонках.
— Да! – радостно согласилась я.
— Я уже обуваюсь! – продолжила Динка.
В прихожей что-то жизнерадостно громыхнуло и свалилось на пол. Надеюсь, это не моя дорогая подруга?
— Ничего себе не сломала? – поинтересовалась я, спешно застёгивая массивный пояс.
В ответ из недр коридора донеслось презрительное фырканье. Жива – это главное… Да, она права: надо торопиться. До «времени икс» всего-то полчаса. А до «Молота» ещё добраться надо.
Финальный взгляд в зеркало – ну как? Вид очень злой девушки в чёрном с клепаным поясом (моя гордость и оружие против особо досужих субъектов) в районе «чуть-ниже-талии», полным авралом на голове и хищным макияжем вполне вписывался в категорию «съедобно». Динка уже на пороге – немой укор мне, черепахе.
— Иду, иду…
В маршрутнике, с презрением поглядывая на люд, испуганно жмущийся в глубину салона (подальше от нас, красивых), Рыжая читала мне мораль. У неё это называлось «давать ценные указания».
— Повторяю последний раз: мы едем развлекаться и оттягиваться, поэтому прекращай париться по своему засранцу и просто расслабься.
Я немного подумала, выбирая между последствиями сказанного: «Хорошо, я буду умницей» или «Иди в задницу, это моё личное дело», и решила промолчать. Всё равно Динкины уговоры не подействуют.
Хотя она почти всегда оказывается права, я никогда её не слушаю. Потому что я – упрямая сволочь и романтичная барышня.
* * *
— Алло, Аня?
— Олежка, ты? Что у тебя с голосом?
— Извини, я пьяный… Аня, горе у нас… Ань, ты знаешь, Даша умерла.
И провал. Глубокий, холодный и глухой, словно омут.
С пальцев тяжело шлёпались на пол красными каплями короткие телефонные гудки, образуя на полу расплывающуюся лужу. Лужа щерилась, всё шире разевая бездонную пасть, и беззвучно выла где-то в лабиринтах обрывочных мыслей внутри черепной коробки. Реальность плавилась и плыла, выставив на поверхность белёсое рыбье брюхо.
Мне не хотелось сойти с ума, потому что меня вообще не было. Не стало в один момент где-то на одном из предыдущих поворотов.
А потом меня вернули. Истошно заорал телефон, перепуганный возможной перспективой остаться в одиночестве пустой квартиры. Я сняла трубку.
— Да.
— Привет, это я. Ты там как?
Всё постепенно вставало на свои места, привнося в происходящее дыхание чего-то неотвратимого и ужасного.
— Ты слышишь меня? Почему ты молчишь? Эй…
Накрыло волной, свело судорогой онемевшие пальцы.
— Лисёнок, мне плохо…
— Нюта, что случилось? Ты с кем? Хочешь, я приеду?
Словно рухнула плотина, придавив, оглушив, сдавив болью. Я не могла плакать, и это не было криком – я захлёбывалась болью, роняя в трубку телефона бессвязные, лишённые смысла слова. Держало одно – его голос:
— Слушай меня! Слушай! Не смей бросать трубку! Слушай же…
* * *
— Я быстренько.
Феномен. Девушка, исчезающая быстрее, чем отзвучат сказанные ею слова. Кому в диковину, а я уже привыкла.
— Угу, — промычала я вслед своей сверхзвуковой подруге.
Где бы и с кем Динка не находилась, всюду у неё была своя тусовка. Вот и сейчас она опять растворилась в толпе, без зазрений совести оставив меня. Ну и ладно, не больно-то и хотелось…
Я открыла очередную банку пива и уселась на излюбленное место – ступеньки у входа (а кому и выхода) в зал «Молота». Это был мой личный «островок безопасности» в суматохе и месиловке данного заведения. Здесь можно было спокойно покурить, попить пивка и погрузиться в только тебя волнующие проблемы. Единственное за чем приходилось следить – как бы н%