Козьмы и Фаддея Прутковых за нумерами и с печатною золоченною надписью «СБОРНИК НЕОКОНЧЕННОГО №»
Из № 11:
Жучок и барменша
Попал жучок за ворот барменше иль дале;
Она поймать его велела вышибале.
Как начал тот под юбкой шарить…
— Ой, что ты? – «Ляг, хорош базарить!»
Ах, чтоб не замараться в этаком скандале,
Ищитесь сами, – н е д а в а й т е вышибале!
Ларчик
Если ларчик открывается
Легким способом, простым,
Всякий взломщик сомневается:
Не окажется ль пустым?
О противоречиях
В тепло одежду теплую одев, Архип осип.
Одев холодную одежду в холод, Осип же охрип!
Что посмеешь, то пожмешь
Как рыбки, розовой набитые икрой,
Плывут в округлые коленки икры.
Но выше… Бди! Одежд бесхитростный покрой
Манит в Бермуды, где опасны игры,
Где треугольник… Бди! От выстрела пупка
Дрожат, соскú развертывая, груди
И жарко требуют игривого щипка
И всех немыслимых пред гибелью прелюдий…
Родословие
Петр I, Петр II, Петр III;
Екатерина I, Екатерина II;
Александр I, Александр II, Александр III;
Николай I, Николай II…
Что же то за люди, маму их …?
Досчитать не могут даже до пяти?
Гисторическая фацеция
Царь Николай о Николае Г.
Сказал: «Нос длинноват немножко», –
На что Н. Гоголь, промолчав: «Эге, –
Подумал сам, – а твой картошкой!»
Наши советы
Не в пику советам прочим
Скажу, – говори короче!
Захотелось директором стать?
В добрый час! Покомандуешь нами –
Хлеб сухой не придется жевать,
Будешь кушать его… со слезами!
Работник современного суда!
Учись принципиальности у Бога:
Так лишь хищенье райского плода
Наказывалось высылкою строго!
В начальство высшее не лезь.
Ходи вокруг да около:
Когда разит гроза с небес,
То – самого высокого!
Семь раз отмерь ты сам.
Но пусть отрежет – зам!
Чтоб обойти в чинах соседа,
Блюди закон велосипеда:
Вверху – тянись, чтоб увидали,
Внизу – дави на все педали!
С самим собой игра-разлад:
— Все просадить? Совсем не драться?
Не дай вам Боже впасть в азарт –
Ва-банк в стремленьи отыграться!
Так в человека надо верить,
Так человека надо мерить:
Похерить мелкие просчеты.
Взяв не падения, а взлеты,
Суммировать, на самом деле,
Лишь те, которые – в постели!
Умей смеяться над собой!
Но – со стыдом не вразнобой,
Не подавая виду,
Что чувствуешь обиду!
Думай на работе, индивид… –
Делать дело или делать вид?
Верно Юмору служить
Возраст не помеха.
Если хочешь дольше жить,
Помирай от смеха!
Из № 15:
Мысли естьественные
Как на цветы похожа лесть!
Приятно нюхать. Тошно есть!
Вначале, кто употребляет вина,
Становится похожим на Павлина:
Хвост распушит, забыв свои изъяны.
Вдруг обретает облик Обезьяны –
И ну заигрывать, ко всем цепляться!
Глядь! – начинает Льву уподобляться:
Силен и горд, затронуть – Боже упаси!
И, наконец, окажется Свиньей в грязи!
С нетерпеньем гостя ждешь,
Как озонный запах сада.
С удовольствием вдохнешь…
Но и выдохнуть бы надо!
Сведя концы с концами дуг,
В конце концов замкнешься в круг.
Юмор – теплый душ. Смеясь,
Ты под ним смываешь грязь.
А сатира – жаркий душ.
Извиваясь, будто уж,
И под ним ты смоешь грязь,
Но смеша других и злясь.
Растут быстрей деревьев мусорные кучи –
Узнали… погубив на метлы лес дремучий!
Недостойных всех, ушедших в гроб и в дали,
Если не прощать, – другими б сами стали?
Возьмусь приметы открывать я:
Не ешь у зеркала – проешь все…
Не пей у зеркала – пропьешь все…
Не ставь зеркал перед кроватью!
Воспитывать – кому ума не доставало? –
Воспитывать нельзя, когда души в нас мало.
Падают белые снеги.
Не все равно им, кто овцы,
Кто пастухи: печенеги,
Русские, турки, литовцы?..
Кто под снегами простерт,
Кто не упал – один черт!
«Братство, равенство, свобода» —
Рабство – равенство.
Лишь неравенство – свобода.
Из № 21:
Шуршавые, или тюремные, б-анальности
Демократия – норма нашей жизни; знай свою норму! Поистине великая мысль даровитого сына гениального отца! Но и в иных дошедших до нас аферизмах Фаддея Козьмича мы с изумлением видим, как означенный усваивал себе понятия своего века, постоянно его опережая, потому заметна борьба между старым и новым, на которую обращаем внимание читателя в особых приписках, сделанных, впрочем, не нами, а неизвестною рукою, вероятно, начальника учреждения, в котором сидел и творил в приступе дурной правды сей Прутков.
1
В мире не рождалось человека,
Из которого не вышло б зэка.
2
Зэки – мухи
Без ксивухи!
5
Ловить вне правового поля
Охота пуще ли неволи?
7
Один просвет в конфликтных зонах –
У миротворцев на погонах.
9
Взлет экономики, бывшей в упадке?
Скоро не хватит и мест для посадки.
11
Что после зэковской колонны
Поделают одеколоны?
13
Больше года давал указания –
Время, время давать показания.
14
Я завидую сорокам,
Что сидят с коротким сроком.
16
Кем много дано, с того спросится мало! –
Девиз лихоимца-профессионала.
19
СПИД… Как-то иначе придется…
– Как раз он так передается…
21
Что от законов новых проку,
Когда они, как бантик сбоку?
22
Сидя, все вспоминал:
«Нал, безнал, криминал…»
Хорошо начинал.
24
— Полежать бы. — Полижи.
— И соснуть бы. — Пососи.
26
Уху ели б – организм
Уважал бы онанизм.
27
Маруху на свиданке учит,
Что для нее лежачий лучше.
28
Озабочен весь барак:
Где, когда, кому и как?
30
— Плоховато? Хлопотливо?
— Блоховато. Клопотливо.
32
Не терпит левая нога
Неправового сапога!
36
«Не забуду мать родную» –
Поражает ложью:
Поминаем с каждым словом
Не свою, а Божью!
39
Был и юмор, и сатира…
Был и юмор из сортира!
40
В тюрьме мыслительность не та.
Все, кроме шуток – суета.
Из № 33:
Плоды недоумения
Эпоха новая настала,
А в рассужденье острых тем
Блажен, кто смыслит очень мало
И кто не думает совсем!
Слушал труженик пытливо,
Как пенял на жизнь лентяй:
«Почему живем тоскливо,
Абы как – шаляй-валяй,
Все кого-то догоняя?
Очень много, знать, лентяев!»
И скрывая грустный смех,
Думал труженик брезгливо:
«Он считает только тех,
Кто его еще ленивей!
«Очень много» для него…
Мне-то, мне-то каково?»
И свободой, и тюрьмой
Испытал Ты.
Может статься,
Испытать пришел сумой?
Боже мой, когда ж – богатством?
Извлечь бы из умственной бездны
Такой афоризм, что – ура!
Да лучшие мысли известны,
А все остальные – мура!
