Когда окажется земля
в тенИ небесного светила,
и ветры зашумят, пыля,
и ночь, что нас с ума сводила
сияньем белокрылых лун,
уйдёт за вымокшие шторы,
и перебор сердечных струн
внезапно превратится в шорох,
тогда поймём лишь мы, тогда,
что осень нами завладела,
что отзвенело всё, отпело…
О, дай нам, бог, не навсегда.
