* * * Месяц февраль сердце нам рвал на два – поменьше – сердца. Ты целовал словно грааль губы в мои их месяц снежный. Голов смежных тепло, верхний этаж дома. С янем во рту, кто-то ж – ту-ту в ту страрану грома, donner’а, да. Я, как вода, – снова не …
* * * Сплю, потому что – что ещё в такие феврали с собою придумать? Ты бы, верно, счёл меня лентяйкой, дал расчёт, сказал: «увольте!!!» и – уволил. Будь я твоею… А не будь, пожал бы плечами бы и вспомнил, как в водосточную трубу упало тарарах и бух от шашек …
* * * Дёготь года в исконечьи острия и единицы – тёмен, вкрадываясь в лица человечьи. Кто так лечит зубы? – спрашивает кто-то, эхом отдаваясь в челюсть здания, его расщелин, сквозняков, подагр, икоты… Плиты шахматно и чинно ждут так следующего хода, словно то не дёготь года в исконечьи, а – …
* * * Дождь идёт (сущий дьявол), стоит, что стена, кирпичом подбородок, ломит кости и город городит огородами баб степанид, семенящих куда-то с кошёлкой, – долу взгляд, без сюрпризов подол – пузырями шепча под водой, языком и губами – защёлкой их двери (заходи и садись, ставь на пол свою точку …
* * * Лениво посверкивая из тьмы зрачками капель в моё пустое сердце (лицо и ещё окно), ты тишине надрываешь уши, голос её надорвав уже. Белые всполохи отражений рушатся в горло трубы из жести и раздаются где-то внизу. Я нахожу тебя глупым мокрым мокрым и скучным дождём, но всё же …
* * * 1. В падлу вставать. Шесть. Я не в себе вещь. Вишню поел клещ. Яблоки в парше. Дождь. На реке муть. Плот распластал плоть. – Плеть по плоту ходь – Id под плотом, грудь в ряби. Плотом плыть в дождевике – на берег другой сна, где вам не …
*** Над заводью июля — дождь. Склоняйся, пей, в ладонях жми текучесть времени. Сожмёшь — и вот откуда суть дожди текутъ. И тикают свое. В окно печалей и невзгод (штамп расклешая, ё моё) погода льётся и плывет. Лицо подставь — пусть по щекам секунды бьют, приди в себя, ты просто …
* * * Бог, неумолимый как младенец, хочет есть. Гроза сегодня ночью колотилась (град летел небесный – на земной), и в судорогах света изменялись хитрые предметы. Мир восход нашёл приображённым, потерявшим молодость и старость, вечным. Я стою на дне потопа, весело смотря на дно ковчега снизу. На него уже налипли …
* * * Поймана в слова, как слоны в хобот и размеры слонов. У меня вот маленький нос, но большое чувство вины перед словом, logos’ом, сном коматозным в яростный свет. Боже, почему Тебя нет? Или – отчего Ты не слон?
* * * Заспеленгованная словами, сорваными с уст (ср. куст) в море искусств – енности лежу на спине (а по мне – (так пущай так и будет) ползают буквы. Оне, как люди, только маленькие) Оне едят меня всюду, скоро останется груда откормленных их, жирным курсивом пляшущих в пустоте листа, а …