В городе моей мечты есть главная ее диковина – белая башня. Она гораздо выше всех окрестных сооружений, а потому видна из всякой части его. Стоит она среди бетона стали и камня, среди подвесных мостов, в струях машин и выхлопногогаза, возвышаясь над грохотом и пылью и отражаясь в каждом оконном стекле. …
История, которую я собираюсь изложить, ни в коем случае не исповедь. Как из черепков кувшина, я постараюсь сложить из происшествий и событий, на первый взгляд не имеющих между собой ничего общего и произошедших со мной в самых различных местах и в самое разное время, некое общее целое. Это попытка объяснить, …
История, которую я собираюсь изложить, ни в коем случае не исповедь. Как из черепков кувшина, я постараюсь сложить из происшествий и событий, на первый взгляд не имеющих между собой ничего общего и произошедших со мной в самых различных местах и в самое разное время, некое общее целое. Это попытка объяснить, …
В городе моей мечты есть главная ее диковина – белая башня. Она гораздо выше всех окрестных сооружений, а потому видна из всякой части его. Стоит она среди бетона стали и камня, среди подвесных мостов, в струях машин и выхлопногогаза, возвышаясь над грохотом и пылью и отражаясь в каждом оконном стекле. …
Когда брат мой заболел, мы переехали в деревню. Доктора советовали покой, уединение и чистый воздух. С короткой деревенской улицы дом наш казался небольшим и аккуратным. На стенах его лежали безмятежные и светлые тени тополей. Белые ставни, белые занавеси за чистым стеклом, видные сквозь отраженное летнее небо и неяркую зелень листвы, …
Когда брат мой заболел, мы переехали в деревню. Доктора советовали покой, уединение и чистый воздух. С короткой деревенской улицы дом наш казался небольшим и аккуратным. На стенах его лежали безмятежные и светлые тени тополей. Белые ставни, белые занавеси за чистым стеклом, видные сквозь отраженное летнее небо и неяркую зелень листвы, …
Когда брат мой заболел, мы переехали в деревню. Доктора советовали покой, уединение и чистый воздух. С короткой деревенской улицы дом наш казался небольшим и аккуратным. На стенах его лежали безмятежные и светлые тени тополей. Белые ставни, белые занавеси за чистым стеклом, видные сквозь отраженное летнее небо и неяркую зелень листвы, …
В городе моей мечты есть главная ее диковина – белая башня. Она гораздо выше всех окрестных сооружений, а потому видна из всякой части его. Стоит она среди бетона стали и камня, среди подвесных мостов, в струях машин и выхлопногогаза, возвышаясь над грохотом и пылью и отражаясь в каждом оконном стекле. …
В городе моей мечты есть главная ее диковина – белая башня. Она гораздо выше всех окрестных сооружений, а потому видна из всякой части его. Стоит она среди бетона стали и камня, среди подвесных мостов, в струях машин и выхлопногогаза, возвышаясь над грохотом и пылью и отражаясь в каждом оконном стекле. …
Я почувствовал, как глухое отчаяние проступило скорбной и злой гримасой на моем лице. Я понимал, что женщина эта моей стать не могла. Было удивительно уже одно то, что жизнь за стеклом вообще хоть на миг, но все же втянула меня в круговерть своих обжигающих страстей. И хотя теперь жизнь за …