Навеяно скрипичной сонатой Д.Д. Шостаковича (к 99-летию со дня рождения великого композитора) Эстетика факта, эстетика смысла — Не все ли равно, что эстетика слова? Мы вечно желаем чего-то другого, Мы вечно о чем-то немысленном мыслим. Не можем мы верить в незыблемость чувства, Что чувству идея — слепая прислуга, Не можем …
Вот наступила Настороженная обездвиженность Под монотоно-серым небом осени — Она разбила Мое сердце взглядом рыженьким, Как те листки, что плавают по озеру… Шум сна в делах Окутывает мягко Углы заброшенных домов… В моих руках Зелененькая травка Желтеет, как воспоминанья снов.
Дыры в стене, дыры в стене. Тихая осень – деревья в окне, Листья в огне Чайно-оранжевом, Дыры в стене. Сухость вальяжная. Небо, небо, дымно-лазурное!.. Время, время, радостно-бурное!.. Стена штукатурная, Пыльная, Лучик мягкий Гладит стену, Скачет мячик. Тянется, тянется дело. Мысли входят несмело: «Кипельно белы… Стены… Черны… Черны… Видимо, скоро Смена…» …
По прослушивании баллады для фортепьяно и виолончели С.С.Прокофьева. О чем писать-то? Сумерки синеют Чернеют силуэты Районов спальных… Сумерки не смеют Преодолеть безмерности печальной… Никто не смеет. Дальний гул машин, Наполнивший собою автостраду, Сливается с таинственной прохладой И голосами уличных компаний. Там зазвенит разбитая бутылка — А там — автомобильные ключи, …
Я загнал тебя внутрь себя, Словно уголь свалил в подвале, В темноту, где ужасные твари, Где осколки воспоминаний Ждут всего язычка огня. И когда вдохновение яркое Вдруг зажжется от искр пейзажа, Ты воскреснешь, как в пламени жарком Воскресает феникс из сажи.
Поцелуй, поцелуй на прощанье! Только, только один поцелуй!.. День поник, словно клен печальный, Погружается поле во мглу. Я, наверное, должен быть счастлив Все свершилось и все прошло, Даже месяц, тосклив, ненастлив, Растворился уже за стеклом. День поник, но закат туманный Все ласкает траву по полям… Почему же этот клен печальный …
Ветер дует, шумит листвой, Вдохновение израсходовалось А по улице грязно-пустой Бродит серая обезмолвленность, И фонарь конус света таинственный Погружает в зелень листвы, В темноте только ветер бесчинствует, Странный шорох (смеется!): «Увы!…» Видно, это судьба такая – Повторяться на новый лад… Фонари, словно истуканы Провожают на улицу б…дь Эх, шалава моя, …
Ветер дует, шумит листвой, Вдохновение израсходовалось А по улице грязно-пустой Бродит серая обезмолвленность, И фонарь конус света таинственный Погружает в зелень листвы, В темноте только ветер бесчинствует, Странный шорох (смеется!): «Увы!…» Видно, это судьба такая – Повторяться на новый лад… Фонари, словно истуканы Провожают на улицу б…дь Эх, шалава моя, …
Недавно узнал я, откуда берутся Плаксивые, злые, пустые стихи Откуда бездарные вирши несутся, И где романтизма глухая стихия. Когда я влюбился (впервые с рожденья) Я весь был наполнен ее красотой И счастьем и радостным убежденьем, Что мир, точно, создан идеей святой. Но все же, как только я взялся за ручку …
Недавно узнал я, откуда берутся Плаксивые, злые, пустые стихи Откуда бездарные вирши несутся, И где романтизма глухая стихия. Когда я влюбился (впервые с рожденья) Я весь был наполнен ее красотой И счастьем и радостным убежденьем, Что мир, точно, создан идеей святой. Но все же, как только я взялся за ручку …