В клетке Пробыв в Москве два дня, Константин Тимофеевич уехал в Углич к бабушкиной сестре Марии Михайловне. В Угличе с его паспортом прописывали, была возможность устроиться с работой и жильём. Марусин муж, Геннадий Константинович Лавров, был крупным хозяйственным работником в Ярославской области, членом партии, имел орден Ленина за заслуги перед …
Колымские письма В самом конце войны с Колымы пришло в семью первое письмо от отца. Константин Тимофеевич жил в посёлке Сусуман Хабаровского края, работал химиком-аналитиком в лаборатории лагерной больницы, где использовался исключительно труд учёных рабов. Впрочем, он не жаловался, ведь давным-давно мог бы погибнуть на лесоповале или в урановом руднике. …
Отверженные В 1935 году Константин Тимофеевич блестяще защитил кандидатскую диссертацию в Институте общей и неорганической химии Академии наук СССР, публиковался в ведущих академических изданиях. Однако Москву ему пришлось покинуть — он был направлен для продолжения научной работы во Владивосток. Подчинившись решению руководства Академии, дед совершил роковую ошибку, в итоге стоившую …
Родословная Они встретились в 1928 году — очаровательная, чуть лукавая Катя и высокий, кареглазый, серьёзный Константин. За плечами у обоих было полуголодное и унизительное сиротство, в настоящем — хоть и бедное, но весёлое студенчество в Московском университете, впереди — созидательный труд на благо Отечества, к которому оба они, будущие химики, …
Уважаемые читатели! Документальная повесть «БАБУШКА» будет публиковаться отдельными главами в течение ближайшего месяца. Это очень дорогая для меня, тяжкая история моих близких, пострадавших во время сталинских репрессий. Печатников переулок Моё самое первое, острое, физическое ощущение счастья: я лежу рядом с бабушкой в тёплой постели и смотрю, уже почти засыпая, как …
Дураки остались в дураках, поспешив охаять вдохновенье. Сам поэт, терзаемый сомненьем, разобрался в собственных стихах. Изменил неловкое названье, утончил метафорами смысл, и осталось доброе признанье уловивших спрятанную мысль. Не спешили б с критикой суровой, не писали б злобных эпиграмм, обнаживших лексикой дворовой свой под маской съёжившийся срам! Дали б слову-птице …
Всегда и всюду — ворона белая, веку не в масть и пугливо-смелая. Некто премудрый, птиц сотворивший, мне на подкорку наговоривший: «Ты не как все. Не добрее, не краше. Как и другим, тебе обморок страшен. Но будешь биться грудью о стёкла глаз равнодушных, матово-блёклых.» Кто-то приметит, корочку бросит, кто-то на плечи …
Саше Кондратьевой Памяти твоей горькой, ленинградка из никому не нужных, переводами моими редкими кое-как выживавшая, не державшая апельсиновой дольки в пальцах своих натруженных, из прабабкиных платьев обновки перешивавшая, рождённая в прОклятом городе, в нём же кремированная, многократно премированная за доблестный труд на благо Отечества, плевавшего на всё человечество, а на …
С подстрочника весну переводя на русский, словарь её примет листаю торопясь: Каштановых аллей свечной орнамент. Блузка. В веснушках кожа. Молодость. Не сглазь…
Как живётся вам, внуки Сталина, Кагановича или Берии? Не в ответе, что вам от дьявола в добры дедушки влезли звери и на проклятие вековечное обрекли ваш род, может, праведный за глумленья бесчеловечные над империей скорбно-памятной. Как вам спится ночами долгими? Снятся ль родичи-изуверы, реки крови Обями-Волгами да могильников полусферы? Или …