Он любовался на свежие, словно эскимо, берега, по которым бегали, гоняя кого-то, эскимосы. Издалека было похоже на игру. Безобидная отставка, сделавшая его экс, приучила матроса к особенному взгляду, которым смотрят на вещи люди пропащие, но смешливые. Корабль тихонечко подгребал к острову, торчавшему из воды надкусанным бубликом. В арке, пробитой равнодушным …
В Эрхирике, освещенном ярко солнцем, две отары. Одна – заброшенная, другая – словно три коробочки – Чондува. Тоненькие жерди опоясывают ее. Чернеют кучи навоза и блестят воздушно аккуратные стожки. Когда-то третье поколение лам Н-ского дацана устроило на горной поляне свою читальню. Вкопали в светло-фиолетовый песок лавки. Сколотили полки для несгораемых …
В километре на запад от вокзала посреди поля остановился состав. Учитель Шебагоров и несколько людей, шедших за ним вдоль насыпи, чтобы поспеть к отходу своего поезда, уже за много шагов от черневших вагонов расслышали какие-то невозможные крики, увидели копошащихся вокруг непонятных куч женщин. Когда подошли поближе, оказалось, что это выгружают …
В соседском дворе жила старушка. Она была сухощава и в свои 70 лет ездила на велосипеде. Голову она задирала вверх, потому через очки видела только, что под носом. Старушка была любопытна и приветлива. Слепота ее настигала, настигала и настигла. Тогда она обзавелась палочкой и стала ходить, постукивая ею по земле …
Комната. Стол. Два стула. Божница. Человек в черном украшает тарелку. Говорит: — Чтобы не было пустот. Вниз кладем нарезанную булку. Сверху печенье, вафли, сладости: конфеты, зефир. Тарелка должна быть богатой. Другой человек в черном собирает на стол. Потом достает спирт в бутыли. Разводит. Говорит: — Пять частей воды и одна …