Бьёт прицельно и уксусом щиплет висок свежевырубленный апельсиновый сок, из-за туч продлевая презрительно луч надежды — симпатий приз зрительских. Это кто загибается в здешней тоске — жизнь повисла на тонком его голоске? Прорастай сквозь случайные ласки истуканом на острове Пасхи! Чтоб, играя со временем шахматный блиц, обойтись без молитв и …
Не балует снежок купюрным хрустом… репей апреля в холке у дворняги… Пенсионер Петров приводит в чувство оттаявшее тело колымаги – облить бы эту дрянь сырым бензином, а то не загорается соляра… Стоял бы Банионис, рот разинув, в тефлоновых доспехах от «Солярис»! Постись, до Пасхи, с русскими, Донатас, монтажную обугливая грустно. …
Люблю канал московских телевышек за бабий дух и вышивку подмышек, за дискомфорт рекламы и понты, когда худые мальчики от мамки самцов изображая, лезут в дамки, в шварцнегеры, в мазурики, менты… Их пёрышек люблю великолепье у основанья плющить рёвом вепря. Всё – вопреки, натужно, через круп… Два пальца в домино вставляет …
Кипящим азотом в глубокой крови водолаза сквозняк запускает конвейер асфальтовой базы, откуда на солнце каток выползает дымящий по хриплому снегу — и давит за хрящиком хрящик… Вернувшись, толпятся грачи кривоногие следом, за ними пацан в телогрейке – послали за хлебом. Запахло картоном размокшим, бензином и ваксой, чуть позже — разбитым …
Подшофе, в компании с красоткой, ты не обнаружен в этом списке – хорошо закусывает тот, кто яростней фехтует зубочисткой! Только, на него наткнувшись как-то, под столом у новогодней пихты, будь секретней Молотова пакта с Рибентроппом, сдержанней, чем Рихтер. Если до обеда ходишь в кедах, каска натирает обод скальпа, онемели губы …
Патриархат-лукум. «Икар» — орут вороны. С перрона, в Каракумы, состав – неподвижной. А я простыл в тылу, и не понёс урона не вылез на рожон под ветер ножевой – квадратногнездовой, не свежеиспечённый, что твой гипсокартон на профиле небес. Гудит на образа и кашляет о чём-то мобильная моя, больная позарез. Жестоких …
Январский кашель замшевый до лампочки донашивай… Гуляй, как атом меченный, средь звёзд, облитых кетчупом. Ведь ты уже не тот, который чуть чего — цитирует из Фета или Тютчева… Грызи один, с усмешкой, ментальные орешки: невыносима смена вех, у постмодерна вены – смех! Не повредит травмай на стыках рельсам — накапал …
Кемаришь, под знаком вопроса, с тобой — зимний сад, снегири… Терпи — пересчитывай просо и жёлтую кашу вари. Бросаешь сквозь облако пара тяжёлую соль из горсти. Зима не обло укатала — за это и ляжешь костьми! Собою всех мелей замеры незамерзших рек поперёк провёл, вот и выжил без веры, что …
«В Лонжюмо теперь лесопилка» А. Вознесенский Ворота, с год, как ветром своротило: заходь любой, смотри из-под руки — схватив под жабры рыбы-бензопилы буксуют в грязных брёвнах мужики. В котле, на кухне, булькает картошка, запить бы чем — вопрос! У этих «лбов» всех на подбор — загубные гармошки раз через двое …
Когда ещё мы строили каналы и улыбался русскому казах, мне вышивала мать инициалы на майках пионерских и трусах. Июньский мир вокруг глаза таращил — нас повезли клубнику собирать… Да знаю я: своё стирай почаще, сынок, и постарайся не терять! Пугающее: Осторожно, дети! – табличка у шофёра за стеклом. Наверное, учился …