Черно пространство между звезд. Что движет их? — Вопрос не прост. Что космос? Ледяной погост — С личинками — мирами. Кругом покой и тишина, И льда безжизненность одна — Пространства мертвая стена Чернеет между нами. Ты видишь золотые сны? Иль думы вечной тьмы полны — Когда меж черных дыр войны …
Я вышел в тумане, Со мною мой нож. В тумане никто на себя не похож. Под этим покровом, С другой стороны, Естественней как-то становимся мы. Весь Лондон не дремлет, В Уайтчеппле не спят, Бродяга иль герцог, как могут, бузят. На лицах кокоток Густой макияж, Во чревах — болезни, во взглядах …
Пыль веков, пески иллюзий, Тонны свежих миражей, Времена, легенды, люди В вихрях звездных виражей — Виражей песчаной бури, И галактик кренделей, Где со всей несутся дури Миги жизней и смертей, Черным пеплом сыплет небо, Все по лысинам пустынь, По тонзурам жара, гнева, И заброшенных святынь… В жаркой линзе светит солнце, …
Мы были лучшими. Мы были братьями. Не по рождению пусть — по крови. Нашим общим отцом был Марс. Посвятив ему свою кровь, мы сотни раз выходили на залитую солнечным жаром арену, чтобы залить ее холодеющей, прохладной кровью, и пряный ее запах дразнил, обнимал нас как сама жизнь. Нас звали сынами …
Пронзая черный бархат сверкающей иглой, Мы мчались и считали войну своей игрой, Мы верили, быть может, что дарит смерть покой — Мы все под богом ходим, и под своей звездой… Там впереди планета — зеленый изумруд… Народа там немного, да и без нас помрут… Печалиться не стоит, о том, что …
— Эй, Джордж, как там с корректурой? — крикнул я. — Полный порядок, сэр, — отозвался мой главный помощник довольным голосом Еще бы не довольным. Ведь именно наша газета, а точнее, мы с Джорджем на пару расследовали одно из гнуснейших преступлений века! Ну, по крайней мере, так мы его называли …