Sagrada Familia

Cедьмого июня 1926 года в Барселоне был торжественно пущен первый трамвай. Играл оркестр, «отцы города» произносили речи, толпа теснилась, завороженно созерцая движение ярко-красного вагона. Лишь одно событие слегка омрачило солнечный день: через несколько часов после пуска трамвай нашел свою первую жертву!

Ею оказался нищий, плохо одетый старик без документов — по-нашему, по-сегодняшнему, типичный «бомж». Пострадавшего отправили в больницу Святого Креста, предназначенную для бедных и бездомных, неподалеку от собора Саграда Фамилиа. Там старик и умер. Тело его уже собирались отправить в общую могилу, — когда одна женщина случайно узнала покойника…
И ужаснулась Барселона! Только что она чуть было не совершила величайшее в своей истории кощунство. «Бомжем» оказался гениальный основатель всемирного стиля «модерн», создатель архитектурного лица каталонской столицы, гордость испанской земли, зодчий и скульптор Антонио Гауди!..

Барселона.
Луна, словно лилия,
в ряске дремлет на Млечном пути.
Колдовская Саграда Фамилиа,
воплощение грёз Гауди,
к звёздам вздыбилась острыми пиками,
как на старте Христов астролёт.
Не к галактикам ли сталагмитами
странный храм постепенно растёт?

А строительство всё не кончается.
Ведь почти вековой недострой.
Может, «отроку вечному»* нравится
век следить за любимой игрой?
Что за прихоти буйной фантазии!
Что за бурный ребячий модерн
в этой смеси Европы и Азии,
в этом братстве религий и вер!

Ненавистны пропорции зодчему.
Колдовство новизны — в кривизне!
Здесь не место наукам отточенным.
Видно, были виденья во сне.
Нет, увы, чертежей вместе с планами.
Что-то было… Сгорело в огне.
Языками Господнего пламени
воздымаются башни к луне.

Не от храма ль Василия Блаженного,
из глубинных российских веков
озаренье пришло оглашенное
в душу Мастера, словно в альков.
Удивляет восточная готика
и воистину русский размах.
Так безумна святая экзотика,
что творил архитектор-монах!

Внемлет дюжина башен-апостолов
колокольне Иисуса Христа.
Словно странным таинственным островом
храм во мраке безверия встал.
Островерхие пики колоссами
охраняют священный трансепт,
а колонны цветистою россыпью
отражают витражный рассвет.

На глазок храм…
Вот это — по-нашему!
Зодчий, зодчий…
Потёртый сюртук.
Не во снах ли к навершиям башенным
возносило ветрами мечту?
И летала мечта птицей радужной…
Но порою смертелен пустяк…

Видно, масло испанская Аннушка
пролила на трамвайных путях.

______________
* Одним из многочисленных прозвищ Антонио Гауди было «вечный ребёнок»

Москва
25-26 декабря 2003 г.