Мы в чужой стране — изгои, парии,
Нл храним извечное свое.
С молодым коллегой из Болгарии
Вспоминаем прошлое житье:
Дом на планине и сад в цветении,
Сырене и кисело мляко,
Трудное на Шипку восхождение…
Но теперь все это далеко.
Вопреки смешной идеологии
В Добрудже и нашей стороне
В те года легко встречались многие
Добрые — болгарину и мне.
Время изменило вкус и качество,
Неудобной стала доброта.
Жадность неуемная и рвачество,
Злобной бездуховности тщета..
Это так печалит нас с болгарином…
Жаль, что не вернуться в те года…
Счастье время разделить с Гагариным
Было выше всех богатств тогда…

Мы в чужой стране — изгои, парии,
Нл храним извечное свое.
С молодым коллегой из Болгарии
Вспоминаем прошлое житье:
Дом на планине и сад в цветении,
Сырене и кисело мляко,
Трудное на Шипку восхождение…
Но теперь все это далеко.
Вопреки смешной идеологии
В Добрудже и нашей стороне
В те года легко встречались многие
Добрые — болгарину и мне.
Время изменило вкус и качество,
Неудобной стала доброта.
Жадность неуемная и рвачество,
Злобной бездуховности тщета..
Это так печалит нас с болгарином…
Жаль, что не вернуться в те года…
Счастье время разделить с Гагариным
Было выше всех богатств тогда…