«Утешительница»

Утешительница.

— Можно я задам тебе один вопрос? Извини, что прерываю ход твоих гуманных мыслей. Где ты находишь этих ущербных придурков с проблемами, которым некому излить свою душу?
Моя подруга Сонька начала читать мне свою любимую лекцию. Ее всегда раздражают парни, с которыми я общаюсь и знакомлюсь. А я не понимаю, что здесь такого, помочь кому – то морально, выслушать, посоветовать?!
— Вчера в Интернете познакомилась. Он такой милый. Умеет делать комплименты, вежливый. Мне очень понравился, — пыталась защитить я Олега, нового знакомого.
— И его, конечно, бросили, подставили или обманули? – продолжает язвить Соня.
— Его не подставляли, нет. Его девушка, с которой он встречался пять лет, решила сделать перерыв в отношениях, чтобы подумать, нужны ли они вообще. Вот он и переживает. Искал совета, естественно, не мужского, а женского, — кратко изложила ситуацию.
Подруга тяжело вздохнула, махнула рукой и подошла к зеркалу. Подкрасила губы жуткой алой помадой, встряхнула свои кудри и уже спокойно поинтересовалась:
— Ну, и где?
— Что где? – не поняла я.
— Где будешь слушать историю его любви?
— В пиццерии на Звездной.
Сонька посмотрела на часы, на меня, захотела что – то сказать, но передумала и стала собираться.
— Заходи завтра. Расскажу о встрече, — беззаботно предложила я.
Подруга молчала, о чем – то напряженно думая. Складывала в сумку помаду, очки, не переставая размышлять. Поправила складки юбки и скорбным голосом произнесла:
— Ну, ты хоть, как обычно, если не понравится, не встречайся больше. Душу то ему не тереби. Посоветуй чего – нибудь, пиццу закажи и все. Ладно?
Я кивнула. Свой принцип я никогда не нарушала. Если я встречалась с молодым человеком, и он меня не привлекал, второй раз я с ним не виделась. Обычно придумывала какую – нибудь вескую причину, да еще на длительный промежуток времени. Парни попадались не глупые, и мой отказ от второго свидания понимали правильно. Не обижались. Но вот первой встречи я никак не могла избежать. У меня язык не поворачивался сказать «нет». В особенности потому, что молодые люди часто от чего – то страдали, и им нужно было выговориться. А я не могу человека отшить сразу, лишь потому, что он не мой тип. Сижу, киваю, слушаю. Очень часто они сами не заговаривают о том, что было бы не плохо еще раз увидеться. Наверное, в этот тяжелый момент им нужен просто собеседник, а не завязывание неопределенных отношений. Когда мы беседовали, я чувствовала себя кем – то вроде сестры милосердия. Участливая, понимающая… И мне это было по душе! Но Соньке я об этом не говорила. Я даже знаю ее реакцию: «Ты что, с ума сошла? Что за идиотское хобби? Это в институте тебе посоветовали?».
Я учусь в педагогическом институте, на третьем курсе вечернего отделения психологического факультета. Специальность моя мне очень нравится. Но пока я работаю совсем в другой области.
Соне, если что – то кажется странным и подозрительным в моей речи, то она обязательно начинает говорить о моей «глупой» будущей профессии. Она не может понять, зачем я выбрала такую бессмысленную и непонятную сферу, которая также, по ее словам, пагубно действует на мой мозг.
Олег на встречу немножко опоздал. Я уже сидела в кафе, сделав заказ. Мы договорились узнать друг друга по месту расположения — крайний столик около окна. В это время здесь почти никого не бывает, поэтому шансы, что столик будет занят, малы. В его руке я увидела розочку, правда, чуть вялого вида. Это меня порадовало – галантный…Мило ему улыбнулась, став узнанной, пригласила присесть.
Наша беседа с ним была всецело посвящена его бывшей, «бессердечной» и «эгоистичной» девушке по имени Оксана. Я его внимательно выслушала и серьезным тоном знатока женщин изрекла: «Она не права. Отпуск в любви подозрителен… Скорее всего, она просто не решается сказать об окончательном разрыве, боясь взять всю ответственность на себя».
Он согласился. Погрустнел. Мы еще какое – то время говорили ни о чем, а потом он проводил меня до метро.
Дорогой я думала об Олеге. Приятное, добродушное лицо, искренний взгляд и мужественная внешность. Что не устроило Оксану? И мне впервые стало жалко, что не зашла речь о повторном свидании. Олег меня вполне устраивал. Да, я люблю утешать. Но, в данном случае захотелось большего. Обидно, что ничего не вышло. Мой главный критик, Сонька, завтра обязательно все прокомментирует по своему.
Около своего дома я в задумчивости столкнулась с каким – то мужчиной. Подняла глаза и поразилась, прямо на меня смотрел сильно изменившийся и повзрослевший Мишка Ступин, мой одноклассник.
— Привет! Ты как здесь очутился?
Мишка также взаимно ойкнул от удивления и принялся как раньше что – то непонятное бубнить:
— Понимаешь, документы оформляю. Продаю квартиру. Тут в пятиэтажке. Бабкина была, но она умерла. Мне завещала. Водил покупателей смотреть.
— Сочувствую. Как сам?
— Да, никак. Одни проблемы. Сплошная черная полоса. Отец недавно погиб.
— Да ты что! Ужас, какой!
— Не сплю целыми ночами. Думаю, куда бы еще работать устроиться. Деньги нужны. Мама ведь у меня не работала, отец содержал. А сейчас слегла от горя. На таблетки совсем не хватает. Кручусь, как могу. Завтра еще одним квартиру показывать.
— Правда? Ой, Мишк, заходи! Я на первом этаже вон в том подъезде живу, направо. Чай попьем…
— Спасибо, заскочу, в обед где – то.
И Мишка поковылял в сторону остановки. Мое сердце сжалось от его рассказа. Надо его будет как – то поддержать…
— Бог ты мой! Опять свидание из жалости! Не мучай меня, скажи, что это не твоя идея, это такое задание в институте, эксперимент психологический, — причитала Сонька.
Но порадовать ее было нечем. Я искренне не понимала, зачем так расстраиваться и нервничать. Подруга начала в пример ставить и сравнивать всех своих ухажеров, бывших и нынешних. Они как один оказывались Робин Гудами, храбрыми и независимыми с сильным плечом, на котором всхлипывала она, а не наоборот. Мои «хлюпики», по ее мнению, ни на что не годились. Не права. Сто раз не права. Добро вернется. Но вслух ничего ей не сказала.
— Понятно, что Мишку жалко. Горе в семье. Но проблемы у многих! Всем не поможешь! Пора остановиться и начать нормальные отношения с нормальным мужиком, — продолжала она.
Я ее не слушала. Мы с ней в этом плане разные. Но подруги и должны хоть в чем – то отличаться?! Я совсем не считаю, что меня используют как подушку для слез. Все, с кем я встречалась, по настоящему переживали, и им нужна была моя помощь. Одно слово утешения и человек поднимает голову, забывает о невзгодах.
Во вторник на свидание меня пригласил Денис, мой коллега по работе. Предложил сходить в кино на премьеру какого – то нашумевшего блокбастера.
Сонька сразу спросила:
— Что с ним?
— Ничего. Жалоб не было, — ответила я улыбаясь.
— Ну – ну, посмотрим! Неужели исключение из правил?! – подруге не верилось, что я, вдруг, иду не на «жалостливую» встречу.
Вечер прошел прекрасно. Фильм был захватывающий и яркий. Денис все время шутил и озвучивал комично некоторые сцены. Скучно с ним не было. Домой он провожал меня пешком. Прогуляться, было решением обоих, тем более что погода стояла прекрасная. По дороге перешли на рабочие темы. Каждый из нас говорил о своих трудовых нюансах и сложностях. Я спрашивала Дениса о некоторых служебных вещах, а он совета у меня. Разговор был непринужденный и легкий. Дениса я знаю недавно. Он только две недели назад устроился в нашу организацию. Но у него уже куча проектов! Правда, шеф пока никакие из них не одобрил. «Все получится», — говорила я ему оптимистично.
На следующий день Сонька налетела на меня коршуном, пытаясь выведать детали. Мое последнее свидание ее устроило. Угодила!
— Наконец, ты живешь, а не сочувствуешь! – заявила она довольная.
А я и раньше жила. Может быть, сожалеть и сочувствовать – это некая моя миссия на земле, при чем приятная. Теплотой и отзывчивостью я укрепляю свою совесть и тренирую нравственность. Мир, в котором нет жалости, жесток! И каждый порядочный человек должен это осознавать. Я помогала многим и не только советом: по просьбе Олега поговорила с Оксаной, Мишке дала денег взаймы, Денису предложила свой рабочий проект. В чем я ошиблась?