Подумаешь — стихи! Итак:
Тяп, ляп и всё! Готово!
На самом деле всё не так,
Душу вспарывает слово!

Строка, как лезвие клинка!
Но в чьих руках рапира?
Тут в рифму — слово на века,
Слова звучат, как лира!

На самом деле всё не так,
Читатель вовсе не глухой,
В ушах ужасный кавардак!
А автор что же? Да…, тупой!

Тупой, похоже, как бревно!
Ничто не вечно под луной,
Лишь мысль со мною заодно,
Со мной уйдёт и в мир иной.

21.12.03

Подумаешь — стихи! Итак:
Тяп, ляп и всё! Готово!
На самом деле всё не так,
Душу вспарывает слово!

Строка, как лезвие клинка!
Но в чьих руках рапира?
Тут в рифму — слово на века,
Слова звучат, как лира!

На самом деле всё не так,
Читатель вовсе не глухой,
В ушах ужасный кавардак!
А автор, что же? Да…, тупой!

Тупой, похоже, как бревно!
Ничто не вечно под луной,
Лишь мысль со мною заодно,
Со мной уйдёт и в мир иной.

21.12.03

ПЕРЕДО МНОЮ ЧИСТЫЙ ЛИСТ БУМАГИ

Передо мною — чистый лист бумаги,
ложится ровно первая строка,
а дальше буераки и овраги,
и за оврагом бурная река.

Трясутся на ухабах части речи,
витиеватый, старинный русский ять
гнетёт до долу, горбит мои плечи,
с трудом перебираюсь через гать.

Из лужи с ижицей в реку с обрыва,
ушёл на глубину, как скользкий язь,
на берегу русалка без надрыва
по щиколотку вдавливает в грязь.

Куда уходит безмятежный вечер?
Барахтаюсь в грязи с глаголом мочь,
и чистый лист бумаги — уже сеча,
сражается и побеждает ночь.

Усталость сковывает мозг и тело,
терплю такие муки каждый раз.
Скользит перо, и на бумаге белой —
спасительный, старославянский аз.

И новые ухабы и овраги
ровными кажутся издалека,
передо мною — чистый лист бумаги,
ложится ровно первая строка.

15-17.03.2002

О НЕЙ, несравненной, о ПОЭЗИИ

«Из многих тех, кто ЕЙ владеют»
ЮМОРНАЯ ЛИТЕРАТУРА, изд-во «Поверенный», Эдуард Караш, 2005, «Я К ВАМ ПИШУ…», с.13

«Моя от самого рожденья
интеллигентная жена»
ЮМОРНАЯ ЛИТЕРАТУРА, изд-во «Поверенный», Эдуард Караш, «КИМРСКАЯ РАПСОДИЯ», с.14

«Где те, кто смогут снять грехи
с НЕЁ, ПОЭЗИИ подлунной…»
ЮМОРНАЯ ЛИТЕРАТУРА, изд-во «Поверенный», Эдуард Караш, «Я К ВАМ ПИШУ…», с.13

Рабов немало за границей,
Немного там моих друзей
А.Невишневский
(эпиграф автора, публикуется впервые)

Ты не сиди, объятый думой!
Грехи с НЕЁ я снять не в силах,
так и останется шалавой
(от Бога ты владеешь ЕЮ,
я скрипну лишь петлёю ржавой!),
присядет, обоймёт за шею…
Какой восторг! Какой позор!
И грудь по-девичьи упруга!
Так не томился с давних пор!
Интеллигентная супруга
опять предельно смущена,
она от самого рождения
интеллигентная жена
не чёртом стала Вам перечить,
но время, как известно, лечит…

Ты взялся за перо — ОНА греховна,
настолько порно-эротична,
шалава, дышит так неровно…
Когда бывает симпатична?

Мне шепчет, будто Родина:
— Не пей.
Один из многих тех, кто врежет ЕЙ!

А.Невишневский
14.10.05

ЭДУАРДУ КАРАШУ, О ПОЭЗИИ

Ты взялся за перо — ОНА греховна,
настолько порно-эротична,
шалава, скалится неровно…
Когда бывает симпатична?

14.10.05

УТРОМ СЕЛ ЗА СТОЛ ЖЕВАТЬ

Утром сел за стол жевать.
Пить, жевать – губа не дура,
Ноги некуда девать,
Аня говорит:
— Поэт ты, Шура!

Не Поэт я, чёрт возьми!
Я Ваш гость и пленник.
Аня, ты меня пойми,
Я – Ваш современник.

12.07.2001