такая любовь(мини)


такая любовь(мини)

Моя мамочка всегда была истова и справедлива. И была у нее подруга. Они общались на одной частоте, они понимали друг друга. Одни и те же вещи вызывали их недоумение («Как?!»), осуждение («Я лично считаю…») и одобрение («И правильно сделала, что…»).
А у мамочкиной подруги была мама. Старенькая уже. Все звали ее баба Маня.
Румяное белое личико, чистенькие морщины, широкая щербинка между передними старенькими зубами. Короткий носик, круглые светлые глаза в незаметных ресницах. Мне было тогда лет восемь. И я буду помнить ее всю жизнь.
Баба Маня ходила на базар и подкармливала пьяненьких бомжей. Говорила: «Кушай, голубчик. Вот я тебе сварила картопли, вот сала кусочек, огурчик малосольный». Коротенькие грязные мужички хватали черно-красными руками ее за сухонькую ладошку и целовали ее руку. Смотрели пропитыми несчастными глазами в ее светлое, как пасхальное яичко, личико, и плакали, как умели. «Помогай Господь, тебе, милый», — бормотала успокаивающе баба Маня, гладя каждого несчастного по плечу.
Им не особо была нужна ее еда. Они все подрабатывали грузчиками на базаре, были сыты и пьяны. Она была для них – вестник, несущий приязнь самым отверженным. Ангел? Может и так.
Мама возмущалась: «Как она может так, испытывать к этим алкашам какую-то жалость?! Они же могут быть убийцами, ворами, да мало ли?! Я понимаю, что Господь повелел ближнего любить, но как можно любить их?»
А для меня тогда в образе бабы Мани воплотилась вся сущность христианства.
Умирала она от рака. Умирала тяжело, с болями и криками.
Я по-прежнему тупо задаю Богу вопросы, которые задавала тогда, сжимая кулачки : «Почему Ты не облегчил ее страдания? Она же была праведница…» А как можно не задавать такие вопросы, даже если ответа на них нет? Кто из нас не упрекал Небеса? Да вы и сами всё понимаете. (Кулачки я больше не сжимаю, так, вздохну горестно, и всё…)
Прошли годы. Уже и дети мои выросли. Для меня по-прежнему остается единственной именно такая модель «практического христианства».
Когда не судишь никого, и любишь ни за что.
Просто потому, что такая любовь остро кому-то нужна…

0 комментариев

  1. daleksandrovich

    Хороший у вас язык, точный: «общались на одной частоте», «светлые глаза в незаметных ресницах» и т.п.
    И мысли созвучны. Сколько раз и я задавался вопросом, почему Господь слеп при своем всевидении и не хочет облегчить страдания даже праведникам. Непонятно все же, по каким критериям он посылает испытания… А ведь не последний вопрос для агностика, мятущегося между верой и атеизмом…

  2. lara_gall

    По странному совпадения я с трех до полпятого ночи читала Ваше с рулинета — на прозаре не стала — так Вы им отставку дали! Читала взахлеб, с тоской осознавая, что читаю настоящее, и мен так не смочь никогда. Однополая любовь никогда не вызывала во мне ужаса, брезгливости при всей моей тривиальной ориентации (семья, дети, люблю мужчин, недолюбливаю баб-с)Мне всегда казалось что Любовь — абсолютна, а гендерность -случайна. Спасибо за Вашу честность — требует мужества. Да. И писано — что не придраться. Ни к чему.

  3. daleksandrovich

    Ну что вы, Лара. Придраться есть к чему. На рулинете у меня свалка. Порой хочется поудалять половину, да лень. А здесь, может, и выложил бы, да уж больно чопорная позиция по отношению к обсценной лексике. Ну да на вашем примере вижу, что мой читатель везде меня найдет:) Спасибо за комментарии.
    С уважением, Дмитрий

Добавить комментарий

такая любовь(мини)

Моя мамочка всегда была истова и справедлива. И была у нее подруга. Они общались на одной частоте, они понимали друг друга. Одни и те же вещи вызывали их недоумение («Как?!»), осуждение («Я лично считаю…») и одобрение («И правильно сделала, что…»).
А у мамочкиной подруги была мама. Старенькая уже. Все звали ее баба Маня.
Румяное белое личико, чистенькие морщины, широкая щербинка между передними старенькими зубами. Короткий носик, круглые светлые глаза в незаметных ресницах. Мне было тогда лет восемь. И я буду помнить ее всю жизнь.
Баба Маня ходила на базар и подкармливала пьяненьких бомжей. Говорила: «Кушай, голубчик. Вот я тебе сварила картопли, вот сала кусочек, огурчик малосольный». Коротенькие грязные мужички хватали черно-красными руками ее за сухонькую ладошку и целовали ее руку. Смотрели пропитыми несчастными глазами в ее светлое, как пасхальное яичко, личико, и плакали, как умели. «Помогай Господь, тебе, милый», — бормотала успокаивающе баба Маня, гладя каждого несчастного по плечу.
Им не особо была нужна ее еда. Они все подрабатывали грузчиками на базаре, были сыты и пьяны. Она была для них – вестник, несущий приязнь самым отверженным. Ангел? Может и так.
Мама возмущалась: «Как она может так, испытывать к этим алкашам какую-то жалость?! Они же могут быть убийцами, ворами, да мало ли?! Я понимаю, что Господь повелел ближнего любить, но как можно любить их?»
А для меня тогда в образе бабы Мани воплотилась вся сущность христианства.
Умирала она от рака. Умирала тяжело, с болями и криками.
Я по-прежнему тупо задаю Богу вопросы, которые задавала тогда, сжимая кулачки : «Почему Ты не облегчил ее страдания? Она же была праведница…» А как можно не задавать такие вопросы, даже если ответа на них нет? Кто из нас не упрекал Небеса? Да вы и сами всё понимаете. (Кулачки я больше не сжимаю, так, вздохну горестно, и всё…)
Прошли годы. Уже и дети мои выросли. Для меня по-прежнему остается единственной именно такая модель «практического христианства».
Когда не судишь никого, и любишь ни за что.
Просто потому, что такая любовь остро кому-то нужна…

0 комментариев

  1. natalya_cheremina

    Таких людей, как баба Маня, раньше называли блаженными. Ищешь иногда такую абсолютную доброту в себе и уже не находишь. Когда-то давно, в детстве, она была. Теперь же масса условий: алкаши-не алкаши, работают-не работают. Грустно. Грусть светлая, не безысходная. Который раз ловлю себя на этом чувстве, читая тебя. Спасибо.

  2. sinelnikov_aleksey_pavlovich_takoytosyakoy

    Во-первых, здрасти!
    Во-вторых, такое ощущение, что вы сканируете мысли. Сам мучуюсь этими и подобными вопросами, постоянно упираясь в сакроментально-философское: «И чего я маленьким не умер?»

    Всё! А то гадостей напишу, оскорбив религиозные чувства всех от язычников, до сектантов «одиннадцатой заповеди христовой»!
    Спасибо, удачи

Добавить комментарий

такая любовь(мини)

Моя мамочка всегда была истова и справедлива. И была у нее подруга. Они общались на одной частоте, они понимали друг друга. Одни и те же вещи вызывали их недоумение («Как?!»), осуждение («Я лично считаю…») и одобрение («И правильно сделала, что…»).
А у мамочкиной подруги была мама. Старенькая уже. Все звали ее баба Маня.
Румяное белое личико, чистенькие морщины, широкая щербинка между передними старенькими зубами. Короткий носик, круглые светлые глаза в незаметных ресницах. Мне было тогда лет восемь. И я буду помнить ее всю жизнь.
Баба Маня ходила на базар и подкармливала пьяненьких бомжей. Говорила: «Кушай, голубчик. Вот я тебе сварила картопли, вот сала кусочек, огурчик малосольный». Коротенькие грязные мужички хватали черно-красными руками ее за сухонькую ладошку и целовали ее руку. Смотрели пропитыми несчастными глазами в ее светлое, как пасхальное яичко, личико, и плакали, как умели. «Помогай Господь, тебе, милый», — бормотала успокаивающе баба Маня, гладя каждого несчастного по плечу.
Им не особо была нужна ее еда. Они все подрабатывали грузчиками на базаре, были сыты и пьяны. Она была для них – вестник, несущий приязнь самым отверженным. Ангел? Может и так.
Мама возмущалась: «Как она может так, испытывать к этим алкашам какую-то жалость?! Они же могут быть убийцами, ворами, да мало ли?! Я понимаю, что Господь повелел ближнего любить, но как можно любить их?»
А для меня тогда в образе бабы Мани воплотилась вся сущность христианства.
Умирала она от рака. Умирала тяжело, с болями и криками.
Я по-прежнему тупо задаю Богу вопросы, которые задавала тогда, сжимая кулачки : «Почему Ты не облегчил ее страдания? Она же была праведница…» А как можно не задавать такие вопросы, даже если ответа на него нет? Кто из нас не упрекал Небеса? Да вы и сами всё понимаете. (Кулачки я больше не сжимаю, так, вздохну горестно, и всё…)
Прошли годы. Уже и дети мои выросли. Для меня по-прежнему остается единственной именно такая модель «практического христианства».
Когда не судишь никого, и любишь ни за что.
Просто потому, что такая любовь остро кому-то нужна…

Добавить комментарий