Безответность.
Напряжение нарастало. Казалось, что доска накалилась до предела и ничто не в силах ослабить давление. Фигуры из слоновой кости двигались молча, ничем не выдавая свое волнение. Так бывало каждый раз, когда происходила Игра. Разлетаясь на мелкие кусочки, отдавая свои жизни, они знали, что возродятся к новой жизни, и она будет интереснее прежней. Но все же, каждый раз смерть их была нежелательной и болезненной. Страдали тела, обремененные душами, в которых снова и снова разыгрывались все новые страсти. Черные и белые клетки скользили под их ногами и копытами. На сей раз ненависть овладела Королевой. Это чувство охватило ее холодную душу, вмиг воспламенило и сожгло дотла ее благоразумие. Это был третий безумный ход. Словно завороженная, слушала она, как сердце, люто ненавидевшее всех Черных, диктует ей свои ходы. Она подбиралась к Королеве Черных. Складки ее белого слоновой кости платья шелестели, подобно осеннему ветру, поигрывающему с опавшей листвой. Шаг за шагом, приближалась она к намеченной цели, не обращая внимания на то, что творилось вокруг, на то, как Черные раскинули свои сети и ждали. Акулы, злобно притаившиеся в глубине собственных клеток. Настоящие хищники, но и они, если разобраться, тоже имели причины вести себя подобным образом и не жалеть о свершенных убийствах. Черные живут умом, не вмешивая свои чувства в процесс Игры. Холодный расчет – вот все, что им нужно для победы. Они никогда не имели личных счетов и обид, в отличие от Белых, которые боролись за выживание своей любовью, ненавистью, страхом, завистью и прочими полезными чувствами. Искусством ведения боя владели обе стороны, но использовали его каждый по-своему. Белые убивали напрямик, Черные предпочитали удалять соперников изощренными способами.
Они сужали кольцо, вокруг Королевы, видящей только ненавистную мишень, и, наконец, неосторожный ход был сделан. Первой отреагировала Ладья, неспешно направилась в сторону жертвы, возомнившей себя убийцей. Клетка. И еще. Ближе. Когда несчастная Королева заметила приближающуюся смерть, было уже слишком поздно. Ненависть не осталась безнаказанной, и волна удушья накрыла ее с головой. В глаза пришла темнота, а вместе с ней и сознание того, что Король достанется на растерзание сопернице. Невидимые руки подняли бездыханное тело и положили на стол, рядом с доской. Королева умерла.
Фигуры проводили ее взглядом. На их лицах читалось недоразумение по поводу легкомыслия Королевы, досада, а на лицах Черных – торжество и радость. Сильный соперник вне Игры. Вряд ли кто-то заметил одинокую слезу на щеке Белой Пешки. Соленая капля застыла на его реснице и с тихим звоном упала на прохладную щеку. Никто никогда не замечал его, не пытался убить или, наоборот, спасти от смерти. И Черные, и Белые считали нормальным потерю такого ничтожного существа, как он. Всего лишь Пешка. К чему грустить о потере? Безликость – вот его имя. Эту Пешку можно было спутать с сотней других, попади он в компанию с ними. Белые одеяния придавали ему не рыцарский, а монашеский облик и скрывали истинную сущность его души. Полный беспорядок в голове, смешение образов и воспоминаний. Королева мертва, как слон, из костей которого был сделан он сам. Нет, это необходимо осознать: КОРОЛЕВА МЕРТВА!!! Весь смысл жизни в том, чтобы любить Ее, снова и снова отдавая себя во имя Любви. Наблюдать за ней, Игра за Игрой, видеть ее смех, обнажающий белоснежные зубы, чувствовать ее великолепный запах, к которому не примешивался ни один земной аромат… Чувствовать и переживать вместе с Возлюбленной злость, радость, страх, но ни разу не открыть себя, не дать ни малейшего повода заподозрить себя в запретном чувстве к ней. От этого даже можно было получать удовольствие. Есть что-то настолько сладковато-пронзительное и болезненное в этом чувстве, что хочется погружаться в него все глубже, оставляя мир на поверхности, забывая о привычных условностях. Отдать свою душу на растерзание ее правды, не думать о последствиях. Сколько раз мечтал он о том, как признается прекрасной Королеве в любви, как она забудет обо всех чувствах, кроме любви, бросит Короля, и они будут счастливы. Но реальность опередила мечты Пешки и, словно холодный зимний ветер, ворвалась в его спокойную, продуманную жизнь. Странно, но Пешка еще не сдвинулся с места за всю Игру, в то время как его собратья погибали под оружием Черных, защищая Короля, который совершенно потерял веру в себя после смерти подруги. Впрочем, результаты были относительно неплохими, не учитывая потерю Королевы. Победа вполне возможна. «Но какой в ней смысл, если Ты мертва? Нет, существовать без тебя не представляется возможным. Выход? Смерть», — размышлял Пешка, окидывая взглядом доску – ход Белых.
— Вознесусь ли я к небесам, где мы сможем насладиться нашим (или моим?) чувством или же навсегда останусь в аду, вдалеке от любимых глаз?..
— Не узнаешь, пока не попробуешь. Ты ведь осознал эту простую истину достаточно давно, — Ответил голос в его голове, – Но уверен ли ты, что твоя любовь и Королева совместимы? Может быть, реальна только одна из них?
— Ты задаешь слишком много вопросов!
— Я лишь хочу быть уверенным, что ты не совершаешь ошибку…
— Уж не сомневаешься ли ты в истинности моего чувства?
— Никогда нельзя быть уверенным до конца… Ход Белых…
— Я не хочу ничего доказывать. Умираю, чтобы быть с Ней!
— Как знаешь…
Вот так легко судьбу решить
И без сомнения себя убить
На это способна только любовь
И ее горькая черная кровь.
С жизнью расстаться, не думая долго,
На удары судьбы отвечать так же колко.
Кто пострадает ты или он,
Кто в Королеву больше влюблен?
А вкус слезы проклятой
Оценит виноватый.
Ему уж будет все равно,
В душе и без того темно.
Еще один день из миллиона подобных, еще миллион смертей, а кто он? Беззащитная пешка, вечно ищущая покой и совершенство. Над доской нависло тягосное ожидание, все ожидали нового витка. Пешка вобрал побольше воздуха в легкие и сделал шаг в сторону Ладьи. В зале раздался недовольный гул. Этой был еще один необдуманный ход. Но так он выглядел только со стороны окружающих. Мир вокруг Пешки стал зыбким, все отошло на второй план, белые клетки казались теперь кубическими льдинками, а черные – напротив, манили своей обманчивой таинственностью и глубиной. Шахматный солдат ясно видел собственную смерть. Так просто. Сначала Ладья поплатится за смерть Любимой, а потом одному из стервятников достанется его измученное сердце. Когда уходит из жизни тот, над чьей головой встречались солнечные лучи и птицы пели свои весенние песни, когда нет больше смысла просыпаться ночью, чтобы увидеть, как Она смотрит на Луну, стоит ли продолжать? Жить?.. Нет. Ладья отозвался и сделал шаг навстречу. Иногда полезно быть хладнокровным. Особенно когда убиваешь себя. Еще одно движение в сторону последней жертвы. Ладья любил жить, но еще больше он любил воевать. Теперь он мертв. Что ж, до встречи за пределами Игры.
Черная Королева недовольно нахмурилась. Она как раз направлялась к Белому Королю и, вдруг путь ей преградил Пешка. Взмах ресниц, маленькая ножка изящно скользнула на соседнюю клетку. Он ничего не успел почувствовать. Пустота. Тишина. Свобода, взрывающаяся в мозге миллионами цветов. Знакомый голос вдали, Ее голос, зовущий его по имени. Но никто до сих пор не знал его имени… До сих пор…
— Знаешь, Любимая, иногда стоит умереть, чтобы услышать свое имя из твоих уст.
— Знаю, Любимый. Дьявольски люблю тебя.
Королева Черных нежно коснулась губами прохладной щеки Белого Короля.
— Смерть – это свобода. Все, что угодно за свободу.
