— Нет, Я отказываюсь делать ЭТО!
— Но, Володечка, пойми же ты, интерес на твои картины падает…
— Я — художник, а то, что ты мне предлагаешь, не искусство!
— Володя, не выводи меня… Я — твой директор, и мне решать, что будет на выставке !
— Нет!
— Зингербрахт, прекращай упрямиться и приступай к работе.
— Нет!
— Нет?.. Нет?.. Ну, что ж… хорошо, тогда выстовки не будет!!
— Но… ты не можешь…
— Я всё могу , приступай к работе .
— Но…
— И запомни, Володечка, если через месяц ты не предоставишь мне эти грёбанные пятнадцать» картин», ни одно из твоих полотен не будет участвовать в выстовке! Приступай к работе!
Агент вышел из мастерской, громко хлопнув дверью и оставив разбитого художника одного в этой небольшой плохо освещённой комнате.
Пятнадцать картин были готовы к сроку, выстовка прошла очень удачно, породив большой ажиотаж.
— Ну, Володя видишь, как всё повернулось, а ты не хотел… смотри…
Агент прибавил звук у маленького телевизора , стоящего в углу мастерской. Шла одна из новостных программ:
«Сегодня была закрыта выставка одного из самых известных современных художников — Владимира Зингербрахта — говорила молодая ведущая — особой популярностью пользовались пятнадцать картин, в которых вместо краски были использованы экскременты животных.»
«И ни одного слова о других моих работах» — подумал уставший художник.
30.11.2002
