Зима не задалась.
Алинка скучала и рисовала снег.
Широкой кистью она выводила на бумаге суровое небо — настоящий маленький художник, с легким прищуром пробуя на вкус каждый новый штрих. Краски безропотно подчинялись ей, как подчиняются звуки талантливому музыканту, и Алинка неспешно ткала свою симфонию…
— Внученька, ты бы передохнула… – теплая бабушкина рука на мгновенье коснулась светлых Алинкиных волос. Бабушка подошла совсем бесшумно, мягким неторопливым шагом.
— Бабуль, — Алинка отложила кисть в сторону, — а что означает «Волшебная Сказка»? – она встряхнула пшеничными локонами и, убедившись, что рисунок высох, закрыла альбом. На обложке меж узорных ветвей ровным шрифтом выглядывала надпись «Волшебная Сказка». Алинка провела крохотным пальчиком по переплетениям красочных нитей и снова раскрыла альбом.
— Волшебная Сказка?.. – задумалась бабушка, — наверное, это когда сбываются самые-самые невероятные мечты, стоит только захотеть!..
— Но мама говорила, что такого не бывает… – Алинка затаила дыхание.
— Глупости! – бабушка нахмурила добрые брови, и тут же улыбнулась. – Бывает! Главное – верить. И очень-очень этого хотеть! Только тогда волшебство подействует!..
Алинка выдохнула, задумалась.
— Значит… — она хитро посмотрела на бабушку, — мой альбом волшебный? и если я очень-очень захочу, чтобы сейчас пошел снег, он пойдет?..
— Конечно, — бабушка загадочно улыбнулась, но в ее улыбке почудилась недолгая грусть. Впрочем, Алинка ее все равно не заметила.
— Значит, — продолжила радостная Алинка, — если я очень-очень захочу, то все станет белым-белым, на улицу выбегут ребята, будут кататься на санках, играть в снежки!.. И я тоже, с ними, правда?.. И мне можно будет надеть эту смешную синюю шапку с большими ушами? (я ее еще ни разу не одевала!) и бегать, бегать со всеми!!!..
Бабушка только вздыхала, а Алинка говорила и говорила и уже не замечала бабушки…
Внезапно она прервалась и посмотрела в окно.
-Бабуль, бабуль, что это?
Бабушка встрепенулась и близоруко прищурилась.
— Что внученька, где?..
— Бабуль, я хочу поближе! Бабуль, ну быстрей!
Бабушка осторожно подняла Алинку и посадила в инвалидную коляску. Конечно, она бы могла легко донести ее до окна, но Алинка раскричалась: я сама, сама! Пара движений и самостоятельная Алинка, ловко управляясь с коляской, была у цели.
— Бабуль, на подоконник, посади меня на подоконник!
— Ах, что ты будешь делать, — запричитала бабушка и охнула.
Снег еще не успел отбелить серые пыльные улицы, но… это был СНЕГ!!! Вопреки всем прогнозам, в середине почти весеннего февраля шел снег… И Алинка, прижавшись лбом к холодному стеклу, вглядывалась в снежный сумрак… И если бы потом ее кто-то спросил, какой это был вечер, она бы обязательно ответила: когда ангелы пели высоко в небесах… а снег, послушный мелодии, кружился и в метелистом вихре, снова взмывал и снова кружился в искрящемся воздухе…
…Алинка долго трудилась над рисунком.
И когда, ночью, бабушка нашла ее спящей прямо за столом, на синеватых холмах, прежде пустынных, среди некогда одиноких елей, на обыкновенном бумажном листке альбома были дети – с раскрасневшимися задорными лицами они играли в снежки, мчались на санках, такие счастливые и среди них, если бы бабушка была повнимательней, она бы обязательно заметила маленькую девочку со светлыми локонами цвета спелого пшеничного колоса в нелепой большеухой шапке…
