* * *
Бывают дни, когда лазури ясной
Безоблачный исполнен небосвод
И дивный цвет голубизны прекрасной
На городскую даль светлеющую льет.
Сей цвет сравним лишь с юным взором чистым,
Очаровательным в наивности своей,
Небесный взор, пленительный, лучистый —
Прекрасен ты… не во стезе моей!
* * *
Мне милы небеса твои, полнощная страна,
В минуты пред рассветом: едва зримая луна
Спешит сокрыться, чтобы ясное светило
Златой полоскою о новом дне явило.
Как сладостны мгновенья перед солнечным явленьем!..
С необъяснимым, но святым благоговеньем
Гляжу наверх — свинцом облиты небеса…
В них вижу взор твой, цвет их — милые глаза!
Они такие — не в часы безоблачного счастья,
Когда, подернутые негой сладострастья,
Расплавленным свинцом грозят меня обжечь,
А я так счастлива в их пламени гореть!
Нет — но в часы задумчивости милой,
Когда сидишь у фортепьян, неторопливой
Рукою дивные созвучия выводишь,
Незримый храм святой гармонии возводишь,
Иль на меня глядишь — отрадой взор блистает,
Благоговенье нас волною накрывает,
Собою заслоня весь сущий мир земной,
Когда ты переполнен мной, а я — тобой.
* * *
Тогда мне хочется, все небеса объемля,
Припасть к ним, раствориться в них…но время —
Жестокий судия! — рассветный миг приходит,
Чреду мечтаний так безжалостно уводит
Уводит прочь. И я стою в смятеньи,
И мне не мил златой румянец рассветенья,
Сам небосвод — зачем так скоро он сменил
На новый цвет, что так меня животворил?..