Виртуальный бумеранг

В первый раз Таня увидела их ещё в десятилетнем возрасте. В тот день её родители уехали на дачу к приятелям, а Тане для чего-то понадобилась цветная бумага с верхней полки шкафа. Девочка подтащила к нему высокую старую табуретку, забралась на неё и потянулась вверх, как могла, встав на цыпочки. Табуретка резко качнулась и Таня вместе с ней оказалась на полу, стукнувшись головой так, что в глазах потемнело.
Она пришла в себя от ударов электрических разрядов с искрами и хлопками. Девочка с удивлением обнаружила, что полулежит в старом кресле, а возле неё двое необыкновенных гостей, неожиданно посетивших её, спорят между собой. Одно существо, игриво покачивая лёгкими белыми парусами на макушке, зависло в воздухе. Вокруг вытянутого столбиком вверх, слегка голубоватого, как у медузы, тела незнакомки колебались собранные в виде юбочки подвижные лепестки и нити. Другой гость – огромный красный скорпион пучил глаза на длинную нескладёху, пребывая в обиде от её слов. «Какие они смешные, – подумала Таня, ничуть не испугавшись. – Она сразу вспомнила, как совсем недавно её приснился во сне добрый забавный дракон, – наверное, это тоже сон», – решила она и стала слушать, о чём говорят пришельцы.
-Замолчи, красный стручок, родимое пятно злодейства, обветшалый потомок египетского Тифона, зачем ты увязался за мной? Ты своими дурными разрядами восстановил её связь с низменным антимиром. С этой ново-возрождённой давно всё решено. Не забывайся, ты здесь в роли обёрточного фантика, пустышка ядовитая! А я как никак королевская Физалия! – Увидев, что Таня открыла глаза, сказала: – Ты слышала, кто я. А кто ты такая, можешь мне не говорить, я сама знаю. Ты – фантастически глупая девочка. Ты настолько глупа и мягкотела, что при встрече с другими людьми теряешь остатки соображения, пугаясь любого их чиха. Это невыносимо само по себе! Великий Глагол послал меня помочь. А ты при своих скромных возможностях тут ещё и грохнулась, нате вам! А теперь из-за вмешательства красного стручка всё только хуже стало. Придётся снова пропустить тебя по трём кругам зародышевого существования. Правда, побочно это улучшит твоё воображение и память. – Увидев непонимание на Танином лице, она расценила его по-своему. – Да, не пугайся ты, глупая девочка, моей внешности, я могу принять любой облик, хоть доброй старушки, хоть обычной девочки. Но это мой самый любимый образ, ах, я в нём такая красавица! – и королевская Физалия кокетливо оправила юбочку и пышный гребень, – а моё тело, стручок, скажи! Не то, что твои уродские членики, верно? Ты только ими и можешь менять форму. Фи, ты мне – не пара. Не пара! А уж вы-то, люди, совсем ничего не смыслите в подлинной красоте, – и плавно вскинула вверх радужные нити, любуясь ими.
Далее, не дав Тане вымолвить ни слова, королевская Физалия окатила девочку настоящим душем из батареи пузырьков, укрытых лепестками её юбочки, пропустив струйки прохладной жидкости через радужные нити. После этого Таню куда-то понесло со страшной силой и немыслимой сверхскоростью. А дальше она обнаружила себя плывущей в воде рядом со своей маленькой мамой килькой с единственной мыслью, данной ей на всю жизнь, где бы и что бы съесть. Последнее, что она увидела, были два ряда больших зубов, которые захлопнулись за ней, а потом она медленно умирала в тёмной камере. После она была беспечной весёлой юркой ящеркой, без конца теряющей хвост, взамен которого отрастал новый. Потом она оказалась незадачливым серым кроликом среди множества сестёр и братьев, вечно сидевших в клетках, чтобы, в конце концов, превратиться в жаркое к обеду для людей.
-Уф, теперь вроде мы можем вернуть девчонку к обычной человеческой жизни. Видишь, стручок, что ты наделал. Только три животных жизни в мгновение ока пройденных ею благодаря моей сноровке, смогли разорвать нечаянную новую связь с твоим антимиром. Столько возни из-за тебя! А теперь уходим.
Когда родители Тани вернулись из гостей, они не могли открыть дверь. Таня не вынула ключи изнутри, из чего стало ясно, что она в квартире. Но сколько они ни стучали, она не отзывалась. Срочно вызвали слесаря, отжавшего дверь. Таня спала, и разбудить её не удалось. Трое суток она провела в больнице. «У вашего ребёнка летаргический сон», – так объяснили родным врачи, усмотрев причину глубокого долгого сна в ушибе головы при падении девочки с табуретки, валявшейся вместе с цветной бумагой возле открытого шкафа.
Таня не помнила ни о падении с табурета, ни о своей летаргии, узнав об этом от других. Остальные тоже скоро забыли об этом случае. Правда ей самой после необычного сна казалось, что внутри головы у неё будто прорвалась какая-то преграда, и мысли побежали веселее, располагая к фантазиям.
С тех пор прошло много лет. Таня давно была замужем и работала врачом в ведомственной поликлинике, куда она перешла не так давно из НИИ. Домой после работы женщина обычно возвращалась по старому Арбату, по пути покупая продукты. Там с наступившей в стране перестройкой развернулась бойкая торговля всем, чем угодно, тряпьём, талантами, провизией и т. д. А какие-то приезжие проповедники пытались увлечь своей верой прохожих. Таня была не компетентна в вопросах религии и любопытствовала иногда, о чём они говорили, но мало что понимала. В их семье все были атеистами. В это время на прилавки уличных книжных развалов хлынули рекой отпечатанные впопыхах ротапринтные издания с явными типографскими огрехами. Каждое утро сильные молодые люди вынимали из автомобилей тяжёлые чемоданы и складные столы, расставляя их в центре города повсюду, где только можно было их приткнуть. Успешнее всего раскупалось лёгкое чтиво: современные любовные романы, детективы, книжонки по сексу и гаданиям. С ними соседствовали Сенека и Марк Аврелий, Платон и Кант в твёрдых обложках взамен «Академкниги», не иначе, как «унесённой ветром» с Тверской. Таня покупала книжки обо всём, что раньше было недоступно: и философские, и религиозные, и эзотерические, толком не зная, что в них найдёт. Ей особенно хотелось отыскать научное объяснение всяким сверхъестественным явлениям. Зачем ей учебники по белой и чёрной магии? Чушь какая-то! Нет, ей хотелось свести воедино религиозно-философские учения, науку и даже мистику. Нонсенс? Но она легко прикупила подобные издания, как русские, так и переводные. Такое рвение в попытках распутать тайны вечного бытия рождало полный кавардак в её бессистемно любознательной женской головке, одурманенной абсурдным коктейлем под названием «материалистический научный идеализм». Вообще-то Таня была чистым гуманитарием с типично женской логикой, когда эмоции овладевают сознанием раньше, чем завершится мысль. В последнее время она увлеклась теорией Юнга с его архетипами. Сборник его работ скромно лежал рядом с «Тайнами хирологии» и прочей хренотенью, как выразился её исключительно материалистично настроенный и тяготеющий к точным наукам супруг Виктор. А сегодня её Витюша в компании старых друзей укатил с ночёвкой на рыбалку. Дочка спала в другой комнате. Таня зевнула и отложила в сторону Юнга, собираясь тоже лечь спать.
Именно в этот момент перед ней снова появились те два загадочных существа, о которых уже говорилось, но Таня не имела о них ни малейшего понятия. Одно, именовало себя королевской Физалией и легко перемещалось по воздуху, плавно качая лёгкими белыми парусами подвижного гребня на голове. Необычная гостья с кокетливым видом то выпускала наружу, то немного втягивала внутрь полупрозрачные лепестки и нити вроде юбочки. В целом она немного напоминала медузу, только уж очень длинную. Любой бы понял, что странное существо вовсе никакая не медуза, но при встрече с чем-то внеземным человеку на ум приходят знакомые ему образы, например, тарелки в небе. Явись к нему сам Бог, он и в нём увидит человека с двумя руками и ногами.
Несусветная дылда между тем едва не цепляла гребнем потолок. Её спутника можно было принять за обычного скорпиона, если б не кроваво-красный цвет, а также невероятная величина чудовища, которое, клацая узкой челюстью, скрежещущим звуком изрекло загадочную фразу: «Я – иллюзорная видимость невидимого антимира присутствую здесь для равновесия миров». И расплылось красным пятном по потолку.
«Что это у меня глюки, что ли?!» – испуганно воскликнула Таня, попятившись.
-Никакие не глюки! – качнув нарядным парусом, возмутилась королевская Физалия. – Ты в трансе. С тобой столько мороки! И знаешь почему? Нет, ты, конечно, не знаешь! Что могут знать люди о себе? Человек разумный, человек разумный! Марионетки! Где уж вам! – проявила пришелица вольность, вступив во временный контакт с типичной примитивной особью мыслящих Землян.
-А вы кто? – и Таня от волнения ляпнула дерзость, – скорее, это вы марионетки – плод вымысла из фильма ужасов!
-Нет! Всё же человеческой глупости нет предела! – с удовольствием высказала залётная барышня своё «фэ». – Зачем только высокочтимые и непогрешимые координаторы Вселенной вечно возятся с вами? – с затяжным вздохом продолжила она. – Даже я – простой механик по воле Великого Глагола исправляющий мелкие сбои безмерно дисгармоничных человеческих несовершенств, нахожусь на абсолютно недосягаемом для вас уровне. А уж о тебе-то нечего и говорить.
-А что со м-ной? – сдавленно прошептала женщина, едва разжав губы и судорожно сглотнув слюну.
-А то, что ты в прошлом круге жизненного цикла погрязла в грехах, как дурная муха в сиропе. Твоё падение достигло уровня низменного антимира. Чудовищно! И вот опять с тобой проблема. Казалось, чего проще, отрабатывай уроки интуиции со своей залатанной душой. Так нет, интуиция слишком обострила у тебя древнюю память. И мои земные контролёры вызвали меня как ловкого исправителя подобных дефектов особым знаком, – и она ткнула концом нити в чуть заметный рубчик на груди у Тани.
Эта маленькая метка осталась у Тани от ожога медузой-крестовиком, когда она отдыхала у берегов Тихого океана на Дальнем востоке, она о ней и думать забыла.
-Ладно, не бойся, – продолжала Физалия, – я только слегка припудрю тебе мозги, чтоб твоя память на древность была не глубже Лемурии с Атлантидой. Ясно?
«Хотя, что может быть ей ясно?» – снова пробурчала пришелица и резко ударила Таню электрическим разрядом по лбу, на время полностью отключив её сознание. Затем она быстро запустила в каждую ноздрю женщины по радужной нити, мгновенно достигнув нужной извилины человеческого мозга, ответственной за разные виды памяти, распылив что-то из микроингаляторов, вставленных внутрь нитей, и прижгла нужные точки. Под конец Физалия стёрла из Таниной памяти их встречу, и вместе с иллюзорным существом антимира покинула комнату.
Наутро Таня почувствовала только лёгкое жжение в носу, но, чихнув пару раз, избавилась от него, а ночных пришельцев для неё будто и не было.

Потом сразу после встречи Нового 1990 года главный врач предложила ей:
-Татьян возьмёшь компьютер? Шефы подарили нам его ещё на юбилей поликлиники. И вся моя бабская команда опытных врачих открестилась от него руками и ногами. У старых перечниц только тряпки да камушки на уме. А ты пришла из НИИ, пишешь длинные заключения о работе мозга от руки, а можешь их печатать.
-Агния Николаевна, о чём речь, конечно. Мне интересно! Я попробую.
-Попробуй, попробуй! Говорят, покупали машину самую современную, не знаю, что уж она там умеет делать, я не разбираюсь. Но потом, сколько с этим компьютером ни бились, он всё время выдавал нелепицу. Какой-то «чокнутый», так и окрестили его с тех пор. В общем, подарили по принципу: «На тебе, Боже, что нам – не гоже». Но вместо печатной машинки он тебе вполне сгодится. Ты печатать умеешь?
-На обычной машинке – да.
-Клавиатура к монитору такая же. А печатать на принтере просто и быстро.
-Конечно, печатать быстрее, чем писать.
-Ну и лады, – улыбнулась начальница и вышла.
Тане тут же поставили дополнительный стол в камере для записи биотоков мозга, называемой ЭЭГ, это та диагностическая методика, которой Таня занималась уже лет десять. ЭЭГ для мозга, это как всем известная ЭКГ для сердца. В камере установили монитор и системный блок, присоединили мышь, клавиатуру и принтер. Таня тотчас села перед экраном монитора и стала внимательно читать инструкцию с прилагающимся русским переводом по правилам пользования импортной техникой. Ввести прибор в режим работы её не затруднило. Она всегда любила осваивать свои рабочие методики поначалу самостоятельно. Что же делать дальше? Она задумалась, и её правая рука легла на гладкую симпатичную серую пластиковую мышку. Тут и случилось то, что может объяснить многое.
Мышка вдруг вздрогнула и стала сама передвигаться по коврику. Таня отдёрнула руку в недоумении. Ошеломлённая и испуганная, она подумала: «Что это? Автомат? А, может случайность?» – хотя она не верила в подобную случайность. Вместе с тем её мучило неодолимое любопытство, всё же пересилившее страх. Она снова просто положила руку на мышь, ничего не предпринимая.
И мышь принялась за дело. При этом тут и там вокруг прибора раздались какие-то щелчки и другие непонятные звуки. А Танины пальцы почувствовали, как переключаются кнопки мыши. Стрелка на экране стала выбирать из меню команд всё, что желала отведать мышка. На экране монитора замелькали столбики цифр, полоски, картинки. Таня с удивлением увидела, как открылся какой-то сайт с текущими зарубежными новостями. Если бы это произошло точно на рубеже 20 и 21 веков, то она сразу догадалась бы, что попала в Интернет, когда он стал уже широко использоваться в стране. Но не тогда. Она не успела ничего понять, как на экране появился русский журналист. Он брал интервью у модной американской романистки, задав тривиальный вопрос: «Как вы пишите свои романы, откуда берёте запутанные интриги, ловко распутывая их?» – «Я давно раскрыла свой секрет читателям, – улыбнулась писательница. – В одно прекрасное время ко мне явился талант так называемого «автоматического письма». Феномен известен с давних времён. «Автоматическим письмом» владели даже малограмотные люди, написавшие целые тома. Это исторический факт. А мне добрый дух Сэт, как я его называю, диктует романы. Видно, ему доставляет удовольствие делиться с людьми своими фантазиями через меня…» Журналист смотрел на неё с улыбкой, означавшей, мол, чистой воды пиар гонит бизнесвумен пера…
Таня сняла руку с мыши, и аппарат в безаварийном режиме последовательно отключил все звенья общей цепи компьютерного устройства.
С пылающими от возбуждения щеками и сумятицей мыслей Таня выскочила в другую комнату, чтоб с кем-нибудь поделиться, но уже в следующий миг одумалась, потому что любой из её коллег решит, что и без того странноватая Журавлёва окончательно спятила. И она снова вернулась к компьютеру. «Думай, думай, думай! – повторила она трижды, стукнув себя кулачком по лбу. – Теперь мне понятно, почему шефы объявили машину «чокнутой». Придётся самой разбираться, что всё это значит. И почему случилось именно со мной? По-видимому, разговор журналиста с романисткой об «автоматическом письме» должен был объяснить мне, что в век технического прогресса возможен новый вид так называемого феномена автоматизма с помощью электроники, только более наглядного – с картинками.
Внезапно у Тани загудело в ушах, а комната закружилась. Когда всё снова встало на место, она почувствовала, как к голове прилила кровь, и её сознание необычайно прояснилось. Её вниманием полностью завладел поток мыслей, ворвавшийся к ней в голову. Она поняла, что кто-то подключился к её разуму, вступив в контакт с ней. Стремительно бегущая мысль объясняла, что к ней прибыл пришелец, некогда обитавший на далёкой планете с говорящим само за себя названием Манас, что, как известно всем продвинутым существам, означает Высший Ум. Когда-то манасяне, как и люди имели голову, руки и ноги, хотя они были совершенно иного вида, и это понятно, ведь условия их планетарной жизни не могли быть копией земных. Но после возникли столь разительные различия, что землянам они бы показались уродцами при встрече. Это произошло оттого, что стремительно развивающийся головной мозг манасян, постепенно разрастаясь, вытеснял спинной мозг до тех пор, пока окончательно подменил его, превратив их в многоголовиков с упразднёнными руками, ногами и прочими атрибутами привычного для людей тела. Одним словом они уподобились гроздьям винограда, состоящим из, образно говоря, спелых по уму голов. Каждая голова-виноградина манасянина по интеллекту во много раз превосходила любую наимудрейшую человеческую голову. Манасяне могли бы просветить людей своими обширнейшими познаниями ещё тогда, но слишком увлеклись глубоким постижением духовных премудростей, так что через определённый период времени их виноградного вида головы, так сказать, перезрели для прежнего образа жизни. Символические виноградины, являясь грубой материей, сами собой отпали и превратились в тлен, питающий почву планеты Манас для зарождения новых жизней. А души успешно продвинутых манасян в тонкоматериальном невидимом для людей обличии легко поднялись в пределы обитания разумных духов, примкнув к высшим братьям по разуму. Став открытыми системами для мгновенного приёма информации из любого уголка Вселенной, они в бескорыстном порыве устремились на помощь менее разумным существам, рассеянными по всем планетам Галактик, где имелась разумная жизнь. На Землю пребыла целая группа бывших манасян, один из них теперь осел рядом с Таней и готов был помогать ей. Предварительное знакомство с уровнем интеллекта человеческих объектов для пришельцев не имело смысла, так как у любого жителя Земли интеллект так низок, что индивидуальные отклонения ничтожны и неуловимы для них, как, скажем, для европейца все японцы на одно лицо. На этом поток мыслей, бегущих в Танином сознании, остановился.
Таня даже взмокла от перенапряжения. Прямой телепатический контакт с разумом слишком высокого для неё уровня резко истощил клетки серого вещества её мозга. «Прости, …пришелец, …я не могу…» – и, не договорив фразу, Таня отключилась.
Когда она очнулась, постепенно восстановив способность мыслить, как раньше, она спросила тишину прерывистым шёпотом: «Скажи, пришелец, ты ещё здесь? Ты видишь, я не настолько умна, чтобы воспринимать напрямую твой поток сведений. – Тут она вдруг подумала, а, может, история про манасян – лишь плод её слишком резвого воображения, а значит бредня? Хотя… ведь можно попробовать проверить! – пришла к ней спасительная мысль. – Если мой разум здоров и невредим, а ты, разумнейший пришелец, всё ещё здесь, – снова спросила она тишину, – то, пожалуйста, прошу тебя, дай мне какой-нибудь знак». И замерла, ожидая, что будет.
Когда в ответ проводки тотчас один за другим последовательно дрогнули, и что-то отчётливо прошуршало, перемещаясь над ними затухающей волной, Таня резко вскочила со стула. «Есть, есть!» – возбуждённо хлопнула она в ладоши. Такова была природа её взрывных эмоций. Иногда даже простой пустяк мог швырнуть её в слёзы или наоборот, как теперь вызвать порыв восторженных чувств. Ей стало необычайно весело, и сразу пришла лёгкость, развязавшая язык, как после доброго бокала вина. «И это всё твоё объяснение? Не густо! – шутливо упрекнула она невидимого пришельца, будто партнёра в танце на вечеринке близких друзей. – Мне лестно, что ты выбрал меня, но причина твоего выбора остаётся для меня абсолютно тёмным местом. Мой муж Виктор всегда с удовольствием говорит, что я глуповата, что и подтвердилось сегодня, ты сам видел, да и в технике, если честно, я ни бум-бум, – засмеялась она, – и это тебе тоже ясно. Но ты остался, значит, что? Ты готов стать мне другом? Можно я буду называть тебя Элом? – спросила Таня. – Ты согласен? – Проводки снова дрогнули и даже сильнее, чем в первый раз в сопровождении уже знакомой ей волны шуршания над ними. – Ты только учи меня терпеливо, если уж снизошёл, договорились? А я буду внимательной и прилежной ученицей!»
Теперь каждый день она ждала встречи с пришельцем. «Мой друг Эл сразу открыто обнаружил свою добрую сущность, – радовалась Таня, – в отличие, например, от известного всем полтергейста, от которого человеку одни неприятности». Ей не надо было даже ломать голову и по поводу объяснения показанного ей телевизионного изображения на экране её монитора. Она знала, что Элу всё доступно!
Однажды Агния Николаевна сообщила ей:
-Татьян, ты давно жалуешься на частые неисправности энцефалографа. Так вот танцуй, сбылась мечта идиота, ну это я не про тебя. Шефы купили по твоей заявке новый аппарат, а компьютер придётся убрать, места-то нет. Хочешь, бери его домой, нам разрешили его списать.
Так компьютер вместе с пришельцем перекочевал к ней домой и уже полгода Эл работал с ней в виртуальной реальности, которая позволяла видеть Тане всё, что она желала видеть или что Эл хотел ей показать.
Между тем, пришелец явившийся к ней из высших сфер разумного бытия имел свои цели и задачи. Он легко ставил себя на место землян, вспоминая свою жизнь на планете. И ему не терпелось поделиться с землянами разными способами расширения их сферы познаний, доставив им тем самым, по его мнению, ни с чем не сравнимое удовольствие. Ничто другое не трогало столь живо жителей планеты Манас. Вот такое занудное чудачество – с точки зрения нормального человека. Пришельца же удивляла человеческая драма страстей. Тратят ценное время на всякую чепуху. Всё-таки все земляне с причудами, сокрушался он. Чуть что предаются унынию. Вот и сейчас его Таня неожиданно рано вернулась домой и с грустной миной подошла к компьютеру. Эл сразу прочитал её мысли о том, что бывшие хозяева собственной медицины продали здание поликлиники, так как им грозило банкротство. И медики оказались не у дел. Утратив привычку ежедневно ходить на работу, Таня сразу почувствовала, едва ли не потерю смыла всего её существования. А это глупо. И значит надо её спасать.
Таня включила компьютер, и Эл тотчас ввёл её в программу дезомбирования, чтобы избавить от дурных стереотипов человеческого мышления. Надо устроить взрыв для её сознания яркими новыми впечатлениями. Отлично, что луна вошла в фазу полнолуния, она усилит чувствительность этой землянки к его установке на познание законов мироздания. Что может быть интереснее, восторгался он, предвкушая эффект своей затеи. И сразу взялся за дело. В результате его усилий Танино сознание вошло в контакт с её подсознанием. И сразу её мысли стали перестраиваться на более оптимистичную волну. «Итак, теперь я свободна как птица, – подумала Таня. – Ещё только семь вечера, а на улице уже совсем темно. Когда же Витя придёт с работы? Он придёт, а я ему скажу: «Витюша, я теперь безработная, будешь меня кормить?» – Отодвинув оконную штору, она взглянула на заснеженный двор, а затем на небо. – Боже, какая красота! – Она села на кровать возле окна. – Что-то я давно не видела такого звёздного изобилия, того гляди, звёзды начнут срываться вниз, тесня друг друга, только успевай загадывать желания».
Она перевела взгляд на золотой диск луны и долго смотрела на него, не мигая. И вот луна дрогнула, переливаясь, задвигалась изнутри и исторгла из себя нечто, преобразовавшееся в подобие ладьи. В это время Таню подхватил поток бегущего мерцания и перенёс в ладью, опустив в мягкое углубление, приятно облегающее тело. Едва оглядевшись, она увидела, как впереди вспорхнула фиолетовая птица. Красивая большая и сильная птица понесла лунную лодку, прикреплённую двумя прочными петлями радужной нити к основанию её размашистых крыльев в нескончаемую Вселенскую Бездну Времён…
Эл был доволен, он добился, чего хотел. И погрузился в приятные для него воспоминания о жизни на планете Манас, пока Таня будет путешествовать.

Виктор трезвонил в дверь, дожидаясь, когда Таня откроет, но на звонок никто не откликался. Может, ушла в магазин? Он достал ключи, но оказалось, что Таня закрыла дверь изнутри на стальную задвижку. Виктора обдало холодным потом. Что же с ней? В конце концов, пришлось вскрыть дверь, вызвав мастера.
Жена лежала в кровати. Виктор бросился к ней: «Таня! Таня! Проснись! – Он тряс её изо всех сил, но она не просыпалась. – Господи, Таня, ну что с тобой? Что же делать?! Что это за сон такой?» – метался Виктор. И вдруг он вспомнил, как жена рассказывала ему, что давно, ещё в детстве она тоже так крепко уснула, что пришлось вышибать дверь. Виктор успокоился немного и, не теряя времени, задействовал все свои знакомства, чтобы найти знатока редкого недуга.
Домой к ним приехали сразу двое знатоков. Старый учёный консультант был столь худощав, что напоминал подсохший осенний лист, колеблемый и слегка подгоняемый ветерком, так что казалось даже, что слышен шелест при его осторожном передвижении. Его сопровождал порывистый и вместе с тем самоуглублённый молодой человек, из тех, кого в детстве дразнят ботаниками. Начинающий врач был с явной претензией на роль светила науки в будущем, поскольку помимо диплома он умел видеть сквозь ткани. Кроме того, «врачики», почему-то именно так, едва лицезрев их, стал называть прибывших Виктор про себя, привезли целый арсенал диковинных предметов для измерения внутренней энергии спящего объекта, как они выразились. Виктор с любопытством заметил, как молодой очкарик взял в руки гладкий грушевидный прибор, называемый им «уловителем магнетических животных токов». От узкой части груши отходили два окуляра, легко выдвигаемые вверх на длинных раздвижных трубках, что позволяло при желании (не понятно только для чего) смотреть попеременно то одним, то другим глазом с разных расстояний. Оживлённый прозорливец, зардевшись от возбуждения красными пятнами на щеках, балетными летающими прыжками носился вокруг погружённого в сон Таниного тела и прикладывал к нему по очереди в разных местах грушу, имевшую в широкой части три маленьких присоски. При этом он впивался долгим взором в окуляры, непрерывно двигая ими то туда, то сюда, и присвистывал, а временами певуче протягивал: «О-О-О! У-У-У! А-А-А!» – и радостно выпучивал свои и без того стрекозиные глаза.
Вскоре Виктора попросили выйти, так как он своей сильной энергетикой якобы путал им карты. Наконец, загадочный тандем, посовещавшись меж собой тет-а-тет, сформулировал заключение, озвученное знатоком сверхчувственных явлений, склонным к тому же к непроизвольной левитации, столь ценимой в балете.
-Смеем вполне объективно на основе достоверных данных заверить вас, Виктор Григорьевич, в благополучном исходе революционных процессов, протекающих в настоящее время во внутренней энергетике вашей жены.
-Простите, не понял? Что значит, революционных процессов? Что вы увидели?
Но врач продолжал выражаться, по мнению Виктора, совершенно невнятно.
-Видите ли, случай весьма увлекательный. Полная релаксация мышц. Сон достиг уровня трансцендентности, являя взору спящей архидревние образы мира. Честно признаться, я завидую ей. О-О-О! Как я завидую! – не смог сдержать эмоций порхающий от восторга магнитолог, продолжая пылать пунцовым румянцем.
Глядя на странных эскулапов, Игорь с опаской спросил у «врачиков»:
-Когда же моя жена проснётся, и что нужно делать?
-Вам – ничего. А вот мы заберём объект наблюдения в специальную камеру. Будьте спокойны, наш опыт даёт полную гарантию.
-Гарантию чего?
-Гарантию того, что мы вернём вашу супругу через 1, нет – 2, нет – 3, Да! Через 4 дня! – при этом он громко прищёлкивал после каждой цифры пальцами руки, всякий раз выбрасываемой им вверх со спортивным задором. – Личность во всех смыслах останется сохранной, – заверил мужа «объекта» увлечённый исследователь.
-А психика не пострадает?
-Напротив, душевная энергия, несомненно, прибудет!
-Ну, что ж, – вздохнул Виктор, – кажется, другого решения проблемы у меня нет.

Про бесконечную Бездну Времён Тане тотчас пояснил отчётливый Голос, по всей видимости, существовавший сам по себе, потому что Таня его не видела, а только слышала. А Голос и дальше спокойно комментировал происходящее.
-Мы летим, – пояснил Он, – в глубь веков к самым истокам зарождения жизни на вашей планете.
Таня с интересом вступила в телепатический диалог с Голосом, полюбопытствовав, кто Он такой. Тот охотно пояснил, что Он – один из бесконечного потока внутренних Голосов Великого Глагола, сына самого Логоса Земли. Вскоре Таня увидела впереди огромную вихреобразную крутящуюся массу, не понимая, что это такое.
-Это так называемое первородное яйцо, только без плотной скорлупы, как у знакомых людям птичьих яиц. Снаружи светящееся раскалённое добела газовое облако, а внутри находится земной геном живых существ в состоянии золотисто-жёлтой плазмы.
Всё, что Таня наблюдала в космическом пространстве, перемещаясь по Бездне Времён, она, как ей объяснил всё тот же Голос, могла воспринимать только свойствами своей души, слившись с ней в одно целое. И Свет, и огни, и звуки имели здесь совсем иную природу, чем на Земле…
-Я вижу стремительно несущиеся хороводы огненных точек, – заметила Таня.
-Это зародыши Божьей искры, предназначенные для будущих людей.
Выбрав взглядом один из промелькнувших огней, Таня почувствовала сердцебиение и осознала вибрациями души далёкое родство с элементами сверкающего потока. Голос коротко объяснил ей суть многоплановой иерархии мира Ангелов…
В пределах видимости полыхали зарева галактических пожаров, а совсем-совсем далеко светилась едва различимая пульсирующая точка необычайно яркого Света. Птица взмыла вверх, взмахнув сильными крыльями, отражающими бесконечные переливы оттенков ультрафиолета, но вскоре основательно снизила высоту полёта.
-А вот и самый древний континент Земли – Лемурия, – сообщил Голос.
-Я о нём никогда не слышала, – удивилась Таня.
Она увидела множество полупрозрачных астральных животных диковинных форм, они ползали и копошились в белой мгле, разлитой повсюду. Через слабопроницаемый для солнца тяжёлый плотный туман просвечивали светящиеся гигантские образования.
-Это закрытые хранилища или Храмы Огня. Их оберегают Ангелы-Хранители для будущих людей.
Затем Лемурия стала уходить вниз, объятая громадными языками пламени. Но вскоре огонь ушёл в глубь Земли. А на её поверхности появился зелёный континент первозданной Атлантиды. Таня сама догадалась, что это Атлантида.
-Вспомнила? – спросил её Голос.
-А что я должна вспомнить? – удивилась Таня.
-Самой тебе трудно, но я помогу тебе пару раз побывать в облике ваших далёких предков. Я не буду пояснять суть столь сложных трансформаций, ты к этому не готова, но ты увидишь и почувствуешь всё, как есть, вернее, как было.
В тот же миг Таня, не успев ничего спросить, ощутила головокружительную радость полёта молодого первобытного атланта Дивина.
Дивин резко оттолкнулся сильными ногами от края пропасти, в которую срывался бушующий водопад и легко перенёс гибкое тело на несколько метров, приземлившись на мягкий ковёр трав, и отправился на охоту. Схватка с молодым животным оказалась удачной. Он жадно рвал зубами куски мяса убитого им травоядного, легко перемалывая сочные массивные хрящи. Когда Дивин уже вполне насытился, он услышал страшный рёв и увидел хищника чудовищных размеров. Привлечённый запахом крови разъярённый зверь, полыхая багровым подвижным контуром вокруг плотного пружинистого тела, нёсся к нему, изрыгая тёмно-зелёную слюну. Дивин мгновенно собрал воедино всю силу внутреннего огня, и, сверкнув глубоким взором, послал огненные стрелы в черноту нависшего над лесом грозового облака, выбив из него зигзаги молний. Следом загрохотал гром.
Чудовище взревело, быстро теряя полыхающий багровый контур агрессии. Вдоль хребта животного разлились белые потоки миролюбия. Взбешённый перед тем зверь едва не перекувырнулся, тяжело осев на задние лапы. Дивин смело направился к нему. Зверь, зачарованный силой природной магии человека, позволил похлопать себя по холке. Оставив избыточную для него добычу голодному зверю, под зычный ритм испускаемого им победного крика Дивин отправился к ручью. Он вошёл в воду и напился прохладной влаги. Потом он омыл лицо и тело, чувствуя, как изнутри растекается бодрость, истраченная в недавней борьбе.
Дивин ни на чём не сосредоточивал внимания, следуя велениям инстинктов. Устав после опасной дневной беготни, он улёгся под свитый им полог из ветвей и лиан на мягкую подстилку в удобной развилке толстого ствола дерева и закрыл глаза. Он мгновенно погрузился в сонные видения. В них он общался с миром духов через свободно изливавшуюся из его тела энергию души, радужно мерцавшую в ночной тьме.
Но вот Дивин исчез.
А Таня, став Клайной, родилась с отвратительным нравственным уродством: жестокой и бездушной. Уже восьми лет отроду она замыслила преступление. «Ну, наконец! – обрадовалась Клайна, увидев пятилетнюю Глурию одну. Она давно и терпеливо ждала удобного момента и дождалась. – Эта чокнутая мамаша Глурии вечно квохчет над своей вертлявой дочуркой, исступлённо целует и хвастается ненаглядным чадом, не отпуская её ни на шаг, а тут такая удача!» Глурия долго бежала за бабочкой, перелетавшей с цветка на цветок. Теперь девочка выскочила на узкую горную тропинку и Клайна рванулась за ней. Вокруг ни души! И тогда Клайна быстро столкнула Глурию с крутого обрыва в глубокую пропасть и бросилась прочь. Потом, когда Клайна стала девушкой, она каждый день нашёптывала своей счастливой подруге об «изменах» её парня до тех пор, пока не добилась их разрыва. Сосед Клайны любовно мастерил забавные безделушки, а она воровала их и бросала в глубокий ров со сточными водами. Любовь, не имевшая к ней отношения, бесила её. Наконец, она приказала не чаявшему в ней души отцу: «Завтра же закажи моё изваяние из золота и построй для него Храм! Пусть другие поклоняются мне». Храм и изваяние получились роскошными. Её отец нанял лучших в своем деле мастеров, потому что он был самым состоятельным человеком. Это вызвало чёрную зависть. Глядя на них, другие сказали: «А чем мы хуже, чёрт возьми?!» И стали делать собственные изваяния из того, кто что имел. Но их поделки выглядели жалко в сравнении с изваянием Клайны и Храмом, построенным для него. В конце концов, завистники убили Клайну и её отца, изваяние сбросили в пропасть, а Храм разрушили. Духовное уродство приняло характер массовой эпидемии, каждый желал только собственных удовольствий и прославления. Теперь зло рождало только зло. И тогда Земля разверзлась, поглотив материк, а души людей черти взяли к себе на службу…
-Какой ужас! – сказала Таня, очнувшись, и даже забыла спросить, что это был за материк.
-Я нарочно показал тебе верную дорогу к бесам. Сама думай для чего, – произнёс Голос. – Сейчас, когда твой земной сон близок к концу, я коротко доскажу историю твоей изувеченной злом души. Однажды познав соблазн порока, твоя душа грешила и дальше. В лесах и долинах Греции ты со своей порочной душой предавалась вакханалиям, танцуя под дудку бога с головой быка. И только, когда стараниями самого Зевса распутный Вакх был преображён в Диониса, падение твоей души сумел остановить только Орфей под священное пение. Теперь для твоей души, по сути, всё началось с нуля. Для тебя – тоже, – закончил Голос. – А сейчас тебе пора просыпаться.

-Таня, как же ты нас всех напугала! Смотри, Танюха, какую прядь седых волос ты мне добавила. У тебя ничего не болит? – тревожно всматривался Виктор в выражение лица жены, встретив её возле маленькой лечебницы с объявлением на двери: «Научный центр «Морфей» корригирует любые расстройства сна быстро и надёжно».
-Витюша, я чувствую себя отлично, не волнуйся, – и нетерпеливо добавила, – мне надо тебе многое рассказать!
Таню так и распирало поделиться с ним грузом видений. И она заговорила быстро, не зная с чего начать, и невольно коверкая серьёзные мысли недопустимой смешной простотой, которая могла бы показаться кощунственной, если не помнить, что она ещё не вполне перестроилась от невероятных трансформаций её личности, что вполне извиняет её нечаянную дерзость.
-Ты только представь, оказывается, существует иерархия Ангелов, сотворённых Богом легко и непринуждённо. А человек – самая трудная мысль Бога. У человека только душа с Божьей искрой на донышке нематериальна…
-Таня, это ты свои сны вспоминаешь? – усмехнулся Виктор.
-Нет, ну что ты, всё это существует на самом деле!
-Таня, ты, наверное, всё ещё путаешь сон с реальностью.
-Да, как же спутаешь, если Голос всё объяснил, – сказала она, не подумав.
-Чей голос?
-Чей голос?! Мой внутренний голос, конечно, – рассмеялась Таня, схитрив.

Таня чувствовала себя едва ли не птицей Феникс, восставшей из пепла собственных смертей. Не пережив нечто подобное, Виктор ни за что не поверит ей. А кто поверит?

Перед длительной командировкой в Европу Виктор поехал по делам в дачный кооператив. Апрельские дни выдались солнечными и тёплыми. Но в то утро неожиданно вернулся холод, и шоссе кое-где заледенело. Всё произошло мгновенно, его машину резко развернуло и потянуло на встречную полосу движения. Виктор ничего не мог сделать, он полностью потерял управление, автомобиль несло как корову на льду. А дальше страшный скрежет и столкновение двух автомобилей. Виктор ударился головой и потерял сознание. В отделении реанимации медики констатировали у него признаки клинической смерти и всеми силами старались вернуть его к жизни.

В то же самое время Виктора, сохранявшего ясность мысли, понесло с сумасшедшей сверхскоростью по виткам спирали вокруг огненной оси пустоты. А в конце оси закрутилось колесо со светящимся ореолом вокруг него, и Виктора вынесло на его обод со скрученным в ролики временем его прежних рождений и смертей.
Постижение сути вещей открылось ему.
Он увидел всё последующее духовными очами, улавливая, вместе с тем тонким слухом души гармоничные мелодии божественных размышлений, лившихся отовсюду.
И ёмкие панорамы событий некоторых его прежних жизней предстали его взору.
Всё это благодаря вмешательству Элла видела и Таня, сидя за компьютером…

Картины из первого эпизода

Виктор узнал себя в молодом стройном египтянине. Его звали Терис и он сиял тёмными миндалинами глаз и падающими к плечам чёрными волосами, блестевшими после ритуального омовения. Его голову украшал нефритовый обод – знак жреческой касты в виде змейки, смотревшей в центр его лба. Сегодня он пройдёт испытания для посвящения в жреческий сан. Сердце юноши замирало в предчувствии скорого приобщения к тайнам священного скарабея – символа бессмертной жизни.
С последними лучами солнца он сел в лёгкое судно, сделанное из тростника, тихо причалившее к берегу, чтобы забрать его. Перевозчик и проводник юноши со скрытыми в драпировках белой одежды лицами и фигурами хранили гробовое молчание. Терис плыл к входу в святилище по священным водам Нила, в которых отражались сотни зажжённых лампад. По мере приближения к чёрному зеву, ведущему в преисподнюю, юношу охватило волнение, и он, пристально вглядываясь в звёзды, старался унести в себе их ясный мерцающий свет.
Прибыв к месту, Терис спустился по крутым ступеням, рискуя сорваться в глубокий мрачный колодец, доносивший до него глухие стоны. Затем он долго полз по тесному каменному ходу в кромешной тьме, лишь кое-где встречая свет злобно горящих глаз клыкастых монстров, они выглядывали из тёмных нор подземного Духа ужаса, издавая отвратительный зубовный скрежет. По оголённым частям тела юноши скользили мерзкие холодные и липкие существа, пробегали мохнатые и писклявые твари, цепляя его когтистыми лапками, стучали по нему острыми клювами, били перьями и тошнотворно пахнувшими хвостами.
Наконец, он попал в круги загробного путешествия. Там, уподобляясь самому богу Осирису, Терис сумел победить Змея Времени – Апопа, свёрнутого в кольцо, вырвав его хвост, зажатый в огненной пасти. Он почувствовал, как наполнился творческой энергией Бога усопших и живых, чтобы одолеть испытания. Один за другим прошёл он все 12 врат царства мёртвых. Последнее, что он видел, испив густой пряный напиток, было огромное чёрное облако, тяжело упавшее на него.
С первыми лучами солнца посвящённый воскреснул из мрака страшных кошмаров сна, пробуждённый потоками света, таинственно лившимися из глубины ущелья, в которых ему виделась светлая улыбка бога Ра. Тонкие ароматы воскуряемых смол окутывали омытое и одетое в белый тончайший льняной виссон тело испытуемого покрывалом неизъяснимого блаженства.
Пламя в чаше треножника рядом с его каменным ложем угасало, освещая мерцающую спинку большого скарабея из лазурита, сидящего на отшлифованном куске волокнистого минерала серпентина. Это означало, что испытание успешно пройдено, и он может покинуть святилище.
Юноша легко взбежал вверх по крутым ступеням подземелья. Он чувствовал жадное желание жить.
Терис спустился к берегу Нила, унося открывшуюся ему главную тайну – тайну бессмертия его духа. Он отыскал на небе утреннюю звезду Исиды, её появление свидетельствовало о начале разлива священной реки. Завтра великий храмовый праздник всех египтян в честь Исиды, ниспосылающей плодородие иссохшей от жары египетской земле. Он впервые примет участие в торжественных ритуалах, доступных только жрецам, и сердце юноши затрепетало, гордое успехами. И еще он подумал, что после молитв при воскурении благовоний войдут жрицы с пышными букетами лотосов и нарциссов, сопровождающие царицу Египта, и среди них будет юная Делика, дочь нового жреца, прибывшего в Мемфис из Фив. И голова его закружилась от предчувствия счастья. Он был молод и верил в свою звезду.

Картины второго эпизода

Виктор снова был в Египте. Теперь в образе юноши Тугара он легко постигал открытия своего знаменитого отца, создавшего систему искусственного управления водами Нила в течение всего года, используя звёздный календарь. И вдруг всё прервалось. Азиаты бесчисленным воинством ворвались и опрокинули древнюю твердыню фараонов. Духовный взор Виктора увидел глазами Тугара бесчинства персидского деспота, и всё в нём всколыхнулось неистовой благородной яростью против врага. Захватчик громил и разорял храмы и прочие сооружения, созданные гением его мудрой нации. Изверг приказал заковать в цепи именитых египтян, в том числе фараона, его дочь и наследника престола. Подкупленная стража позволила схватить врасплох безоружных молодых людей, среди которых был Тугар. Выстроив в ряд жрецов, жестокий враг перед лицом фараона и его приближённых обезглавил их детей – будущее Египта.
Тугару ничего не оставалось, как только выкрикнуть перед смертью проклятие в звериное лицо захватчика. Душа покинула тело Тугара. И духовным очам Виктора открылась панорама его следующей жизни.

Картины третьего эпизода

Виктор, будучи Клидом, юным учеником элитной школы самого Пифагора, слишком нетерпеливо постигал уроки великого грека, прибывшего в Италию.
-Я помогу вам исцелить ваши души от духовной слепоты. Есть человеческая плоть и есть дух, а между ними душа, которая их соединяет, – объяснял ученикам Пифагор. Основатель современной науки кроме силы интеллекта владел магией высвобождения энергии души для совершенствования личности.
На одном из занятий Клид, слишком рьяно выполняя духовные упражнения, выскочил из собственного тела раньше времени, не дослушав наставления учителя. Заворожённый лёгкостью полёта его души, рванулся он в неизведанный мир и угодил к злоумышленникам. Это были обречённые за свой грех вечно болтаться между небом и землёй души самоубийц, которые только и ждут, у кого бы перехватить тело, такое же молодое, как у Клида. «Где твоё тело?» – кричали обезумевшие, облепив его со всех сторон. И только врождённая сообразительность Клида помогла ему обмануть несчастных. «Я охотно вам уступлю своё тело, мне и здесь неплохо», – с нарочитой беспечностью обнадёжил он их, указав, куда лететь. И бедные олухи, обгоняя друг друга, устремились в ложном направлении, а Клид немедленно вернулся в класс, получив нагоняй от Пифагора. Злополучная встреча послужила ему хорошим уроком. После этого случая юный Клид сумел окончательно одолеть своё давнее искушение похвастаться приобретёнными знаниями перед приятелями, не принятыми в школу.
Известно, что Пифагор создал тайный научный орден, требуя от учеников хранить в строжайшем секрете всё, чем они занимались в школе. Он не хотел, чтобы корыстные люди, особенно облечённые полномочиями власти, использовали его открытия во зло, манипулируя чужими душами. Поразмыслив, Клид, а с ним и Виктор вполне сознательно разделили опасения Пифагора.
И всё же покидая знаменитую школу в южной Италии, Виктор сокрушался, что общество не было морально готово к достойному применению тайных знаний. В результате после Пифагора наука о душе и духе надолго ушла в подполье, потеряв связь и с церковными институтами, и с доступной для всех официальной наукой.
И человек надолго забыл своё внутреннее единство с Космосом.

Четвёртый эпизод

Теперь Виктор оказался сразу в начале 17 века новой эры. Одержимый идеей продлить короткую человеческую жизнь он под именем бывшего аптекаря Иоганна увлечённо трудился в закрытом масонском ордене. Днями и ночами вдумчивый Иоганн корпел над химическими реакциями, пока ни создал эликсир, минимальные дозы которого оказывали омолаживающее влияние на тело. Однако эликсир действовал чрезвычайно избирательно, вызывая телесную бодрость далеко не у всех желающих, а только у тех, кто владел тайными силами души. Он понял, что для продления жизни людей следует искать источник силы в глубинах их собственного духа через изучение потенциала возможностей самой природы человека. Но вся природа едина. И вначале нужно попытаться понять общие законы миропорядка. Некогда в огромной естественной химической лаборатории произошло превращение неорганических веществ в органические, то есть живые… Однако в это время туман закрыл фигуру Иоганна…
Пятый эпизод

Теперь Виктор был кочующим богомольцем Силуаном. Сколько дорог он исходил в поисках праведной жизни, не счесть. Но то, что искал, не нашёл. Грустно ему стало на чужбине и потянуло скитальца на родину. Силуан уже достиг берегов тёплого китайского моря и попросился на корабль, плывущий к северным морям в сторону его родины. Старик постился и молился неустанно, забыв о времени и о том, сколько ему теперь лет.
В пути при открывшейся их взору мрачной панораме скалистого берега корабль настигла страшная буря. Силуана смертельно ударило о прибрежную скалу, в которой была высечена древняя каменная Богиня бессмертия, китайцы называли её Гуань-инь. Этот позолоченный идол сидел с младенцем на руках, а внутри у него была ещё одна такая же богиня меньшего размера и тоже с ребёнком. Милосердная Гуань-инь подхватила бессмертную душу богомольца, всё ещё устремлённую в страну Сибирскую, и вручила одному из духов, обитавших в таинственных трубах вокруг изваяния. Трубы состояли из редких драгоценных белых морских раковин с завитками, направленными против часовой стрелки. Когда ветер дул в трубы, как тогда, Богиня бессмертия излучала свет духовного огня, внушивший её посланнику перенести душу богомольца в селение горного Алтая, чтобы вложить её в сына охотника. Но это была уже его следующая жизнь.

Картины шестого эпизода

Из окон дома алтайца Тимофея Зинина была видна Гора Белая, о существовании которой, как говорили старожилы, люди до поры до времени даже не подозревали. И жители села почитали гору как священную, имея к её тайнам непреходящий интерес.
Сын Тимофея Василий вернулся с охоты не с пустыми руками.
-Показывай, что добыл, припасов-то хватило? Что так долго ходили, Степан с Фёдором живы?
-Живы, кто их осилит, таких бугаёв? В приключение мы попали, – ответил Василий, доставая из кожаной сумы трёх крупных чёрных соболей, двух белок, красную лисицу а также мешок с находками, и крикнул: – Мам, дай перекусить! – Пока ел, рассказывал. – Охота шла удачно. После мы передохнули и отправились к дальней охотничьей заимке, да не тем путём, что раньше, Фёдор обещал по пути вывести на горностая. Степан ушёл вперед, вдруг крик, и тишина, ну, мы бегом. А он из-под земли вроде зовёт. Подумали, угодил Стёпка в нору крупного зверя. А оказалось, что это могильный сруб из брёвен лиственницы, схороненный в земле. Нашли мы с Федей небольшую дыру и влезли внутрь к Степану. Добра там кое-какого набрали, сейчас показывать буду, и ещё бумагу вроде карты нашли, она у меня. А две чаши из черепов Фёдор забрал, а то ты, мам, ещё в обморок упадёшь, вот я и не принёс. Зато взял ковёр шерстяной, мамочка, тебе понравится, он был вместе с бумагой в сундучке кованом.
Разложили ковёр.
-Ты смотри-ка, Тёма! – всплеснула руками мать. – Вот это кони, шеи лебединые, летят над скалами.
-Небесные скакуны это. Ты что, Дарья, не слышала про них? Гляди у всадников ещё один – зеркальный глаз во лбу. Дед рассказывал, они золотом промышляли, видишь, на перехват им птица с земли поднялась – гриф, не меньше тигра, вон как клюв ощерила, и когти выпустила, лучшего стража для серебра и золота от набегов чужаков не сыскать. Чего у тебя ещё в мешке, Вась, для мужиков что есть?
-Тут, батя, всякое. Вот бляха бронзовая в виде солнца, вот лук и три стрелы, наконечники из камня выточены, а железо пробивают, что за камень такой? Стёпка говорит нефрит. А это, – и Василий приставил к лицу чувственную маску с поросячьими глазками, окаймлённую густой бородой с завитками волос на висках.
-Васенька, сынок, убери игрушку, это ж чистый Бес, только ненашенский.
-Верно, мать-то говорит. Ты вот чего, Васька, свези-ка эту штуковину приезжему учёному археологу, он в Пазырыках все могильники перерыл ради таких штук. Глядишь, и про тебя в книжке напишет, …прославишь фамилию, – размечтался Тимофей.
-Это, батя, может, как-нибудь после, а сейчас вот что, – и Василий разгладил бумагу. – Тут план передвижений к Белой горе. Помните, дед Архип говорил про таинственную страну праведников – Беловодье? Мы собрались туда сходить.
-Сынок, не ходи, часом пропадёшь. Разве ж бывают меж людьми праведники?
-Мамочка, так может, они не люди. Дед говорил вроде люди, да не вполне, сани у них без коней, зато с бубенцами, так звонят, что за душу берёт, вот бы послушать хоть разок.
-Сказки это!
-Нет, не уговорите вы меня. Не зря ж мы бумагу нашли. Стёпка говорит, может, чудо какое увидеть сподобимся. А Фёдор слышал, мол, кто из источника Белых вод умоется, тому счастье привалит.
-Знаем мы его счастье, всё клад богатый ищет.
Как ни отговаривали их, а всё ж отправились звероловы искать волшебную страну.
Вместо горы, однако, опять в подземный ход свалились искатели чудес.
-Тьма, как у дьявола в брюхе, – принялся после возвращения рассказывать любопытствующим односельчанам Стёпка. – Страху набрались, жуть! Там будто страдалище подземное с узниками. Стоны, крики, одним словом ад, ей, ей! Бросились мы бежать, видим темница, а в ней тусклый фиолетовый свет и две клетки вроде птичьих только уж очень большие и высокие. В одной позолочённая каменная баба с младенцем на руках, а из нутра её как раз и пробивается этот самый фиолетовый свет. А в другой клетке прикованная цепями томится даже не женщина, а будто живая богиня, измученная, исстрадавшаяся, а всё неописуемой красоты.
-А главное, красота у неё какая-то нездешняя, как осиянная белая лебедь в клетке.
-Может, привиделось вам от страха всё это? Дьявол манил женским ликом? Как же вас не схватили, дурачьё вы этакое? Не иначе, в логово к самому дьяволу угодили.
-Сами не знаем. Не ждали там никого, как видно, никогда люди туда дорогу не находили, а нас, вот уж точно, обманом Бес ненашенский завлёк, это он подсунул нам план дороги к самому Сатане в пасть, а написал, что к праведникам. А мы и клюнули сдуру.
В тот же вечер маску Беса от греха сожгли всем селением. Только тайна так и осталась тайной. А насчёт позолоченной бабы бабка Груня рассказала, что про бабу эту в детстве слышала, будто мотали её люди туда-сюда по земле от самого Китая, а где и волоком волокли. Мол, сами китаёзы, это отчего-то так по-свойски бабка Груня называла китайцев, сказывали, вроде она помогает в море не потонуть и через любые горы перейти. А теперь, стало быть, она под горой Алтайской спрятана кем-то. Не иначе нечистой силой, и сделав ужас в лице, бабка Груня перекрестилась.
Событие внесло оживление в умы, каждый выдумывал своё. А Василий ходил, как одурманенный, он-то точно знал, что видел эту бабу раньше, но где и когда, хоть ты убей его, не мог вспомнить.
Внезапно сознание и душу Виктора понесло быстрее света по виткам спирали вокруг огненной оси пустоты обратно на Землю, вернув в земное тело.
-Где я? – приоткрыв глаза, спросил Виктор человека в белом халате.
-Ну, слава богу, – обрадовался врач, – уложились в 3 с половиной минуты. Спите, теперь всё позади. Авария с вами случилась на дороге…
Когда Виктора выписали домой, Тане хотелось обсудить с мужем его необыкновенные путешествия, но в этот самый момент в их жизнь ворвался целый вихрь тревожных событий.

Весь 1991 год, если вспомнить, прошёл как в дыму. У Тани и у Виктора один за другим умерли их родители. Дочь Люба вышла замуж, и возникли трудности с квартирой. На работе Таня освоила новую методику, одним словом, у неё не было ни минуты, ни для разговоров, ни для занятий с компьютером. Потом в семье всё более или менее утряслось. А на работе Агния Николаевна запланировала Танин отчёт на очередном совещании врачей. И Таня загорелась провести эксперимент над собой, исходя из советов, вычитанных ею в брошюре «Мастер влияния», где заочные учителя описали порядок нужных действий для повышения собственной значимости в своих глазах, что непременно, как они утверждали, передаётся окружающим.
И Таня без всякой задней мысли села к компьютеру, чтобы заготовить что-то вроде шпаргалки, как ей следует себя вести свободно, не тушуясь, чтобы потом не растеряться. Она открыла файл и стала заполнять его сначала только перечислением того, чего она достигла, как рекомендовала брошюра, а в заключение она описала первую воображаемую ситуацию в лицах. И Таня совсем даже и не подумала, что её друг Эл поможет ей. Ведь это была её реальная задача. И вообще её добрый пришелец мог обидеться на её долгое невнимание и исчезнуть. Но произошло иначе.
Когда Таня в следующий раз включила компьютер, мышь снова побежала сама. Вернее, по команде Эла. Потому что Эл, засидевшись без дела, с ходу и подробно изучив открытый накануне Танин файл, принял его содержание за поставленную перед ним задачу. И сразу показал, на что он способен. Естественно, он умел составлять любые программы, к которым люди только-только понемногу подступались, когда один человек может управлять сразу несколькими фигурами. Эл легко воплощал Танины мысли в сложные действующие программы, насыщенные красочной графикой в сопровождении музыкального фона. Неутомимый пришелец строил вымышленное Таней пространство, и она населяла его своими героями. Благодаря Элу ей даже не требовалось ни костюма, ни очков, ни шлема, ни перчаток. При желании с его подачи она легко оказывалась вне панорамы сюжетов в роли демиурга, контролирующего ситуацию в целом. А то её роль резко менялась, она становилась собой, но совсем другой, не той, что раньше, а то действовала за любого из своих героев, зная о них всё. Думала за них, проживала их жизни. Это была потрясающая игра, от которой не оторваться! Иногда она засыпала за компьютером, не успев пройти до конца ту или иную захватывающую сюжетную интригу.
Возвращаясь в обычную реальность, она с подозрением смотрела на знакомых, которые вели себя по её мнению неадекватно. В виртуальном мире Таня всё больше узнавала их другими, отдаляясь от этих пресных людей, с которыми не происходит ничего необыкновенного. Их будто утюгом приглаженные скучные лица становились не интересными, и она разочаровывалась в них. Её тянуло к их фантомным образам, не имевшим ни минуты покоя. Чем больше она играла с помощью Эла, тем труднее понимала реальных людей. Возникала непонятная путаница, ей казалось, будто все они прикидываются совсем не теми, какими являются на самом деле. «Все лгут, и, кажется, только мне. Зачем? Да за кого они меня принимают? Каждый считает себя умнее остальных, будто я не вижу их притворства», – сердилась Таня.
Покрывало таинственной майи иллюзорного виртуального бытия основательно изменило Танину личность. С некоторых пор контуры привычного мира вещей для неё практически перестали существовать. Её сознание парило, избегая обыденности. Звенящая музыка тишины увлекала в иные пространства. В тишине было так много всего, что сердце её то замирало от ужаса, то ликовало от восторга. Её виртуальный корабль мчался на всех парусах прочь от земных берегов…
Виктор обычно поздно возвращался с работы. Сегодня он в третий раз застал жену, уснувшую возле компьютера, и сильно разволновался.
-Таня, что же ты творишь над собой? Ты как электронный алкоголик, так недолго впасть в полную зависимость от машины, ты ни в чём не знаешь меры. Так нельзя.
-Постой, а ты уже прилетел из.., – начала Таня, но вовремя осеклась, едва не спутав реального Виктора с Виктором из сегодняшнего электронного сюжета.
-Вот видишь, Танюха, ты уже заговариваешься. И это не первый раз. Ты путаешь свой мир фантазий с реальностью. Иногда говоришь о каких-то неизвестных мне людях. С помощью компьютера ты создала искусственный мир и как видно населила его людьми, придуманными твоим сознанием, склонным к фантазиям. И зачем только мои ребята с работы обучили тебя всяким компьютерным технологиям.
А Таня с обидой подумала про себя: «А зачем надо было ещё кому-то меня обучать, да и о ком он говорит, что за ерунду он придумал, когда у меня есть мой Эл. О нём, к сожалению, нельзя рассказать даже Вите. Разве кто-нибудь может сравниться с его фантастической сноровкой суперпрограммиста?»
Пришелец Эл, будучи бесконечно умнее людей, поскольку практически, как уже отмечалось, он состоял из одного только разума и энергии, решил в этот раз помочь Таниному здоровью таким способом, как он это понимал, то есть, приобщив её к познавательному миру духовного бытия. Для начала лучше всего поделиться с ней какой-нибудь близкой землянам и важной для них духовной историей, так рассудил он. Но тут же вспомнил, как Таня при первой встрече потеряла сознание от его прямых сообщений. И он стал для подготовки её сознания подсовывать Тане наиболее известные людям их же духовные книги. Сам, знакомясь с разными легендами землян о Люцифере, он понял насколько с этим падшим Ангелом у людей всё запутано. Тогда он и наметил сообщить Тане ту версию, которую однажды узнал ещё планете Манас. Он с удовольствием приготовился вспомнить одновременно и для себя, и для Тани, как его горячо любимый дедушка с рекордным даже для манасян числом голов рассказывал ему историю о Боге, Люцифере и о людях. Он считал, что легенда его дедушки вполне достойна внимания. Теперь ему только нужно было найти способ, как передать дедушкину легенду Тане, не травмируя её. И очень скоро он придумал.

Увидев однажды у себя дома на книжной полке незнакомый фолиант в старинном переплёте, Таня подумала, что, наверное, это Витя взял её у кого-то почитать или кому-то хотелось, чтобы он её прочитал. А он из-за занятости отложил её, а потом так и не вспомнил о ней. Сколько раз так было. Таня достала книгу. С любопытством повертела её в руках. Потом удобно расположилась за журнальным столиком. Тиснённые золотой краской буквы на обложке почти стёрлись, титульный лист отсутствовал. Любопытно, подумала Таня, и уже хотела перевернуть страницу, но тут листы, тихо зашелестев, стали сами переворачиваться и остановились на чистом развороте страниц. И сразу по странице, как в детском мультфильме побежали печатные строки. Она внимательно стала читать их, не в силах отвести взор.
По мере чтения все уже прочитанные строки сразу буква за буквой тотчас бледнели и исчезали. Когда заканчивалась страница, появлялся новый текст. Но главное было не в этом удивительном явлении, а в том, что она прочитала.

Бегущие строки:

Люци был любимым Ангелом Бога. В нём ему было всё по душе. Бог создал его из первых букв (Лю)бви, (Ц)еломудрия и (И)стины. Ангел получился почти столь же ослепительным в сиянии Божественного Света, как и его Создатель. И по уму он среди Ангелов был первым. Во лбу Люци светилась белая Лилия духовного ока с ультрафиолетовой сердцевиной зрачка из магического камня чароита, хранившего в себе в сжатом виде энергию Луча Мудрости и Единения. Луч освещал Люци путь Божьей правды.
Бог был недоволен первым опытом созданного им человечества и предался Божественному глубокомыслию. При создании сияющей галактической панорамы мироздания Он свершил всё мгновенно. С сотворением людей было иначе. По воле Бога Люци исправно облекал в обычную земную материю человеческие души с Божьей искрой. Оказалось, что в подобной материи процесс пробуждения души с Божественной искрой является крайне сложным и не всегда успешным. Вместе с тем, из тонкой духовной материи сразу получались Ангелы. А хотелось нового творчества, чтобы вечные монады в живой материи разумно эволюционировали, постепенно утончая её, и, тем самым, питая и приумножая запасы мирового Разума. Бог вспомнил, как во времена абсолютного хаоса из его деяний вначале выходили одни только громадные унылые глыбы. А как ныне хороша Земля! Теперь всё дело за людьми, а это долгий процесс. И стоит набраться терпения.
В то же время Люци, ещё не отдавая в том себе отчёта, начал гордиться, что он занят таким ответственным и важным делом.
-Люци, – сказал однажды Бог, – меня расстроило невежество людей, они сгубили светлое начало. Не Я ли дал народу Атлантиды физическую силу, как Титанам? Дал знания Богов с магическою волей над царствами растений и животных. Повелевая силами природы, они приписывают власть над ней себе. О, как они недальновидны и упрямы. Они погрязли в сладости порока, отвергнув смысл Божественной Любви, предавшись непомерному разврату. И вот часть сатанинского отродья, почуяв дух тлетворных испарений, повылезало из глубоких скважин Мрака, чтобы взбодрить оголодавших Вампов, прибрав к своим рукам прекрасный материк. И что теперь, Люци? Всё начинать сначала?
-Что ж, первый блин – обычно комом, – печально подтвердил задумчивый Люци.
-Придётся проучить мне глупых нечестивцев, – меж тем, продолжил Бог. – Атлантов – утоплю, Евразию – создам. В горах, что на Земле поднимутся с Востока, обитель Светлую для Духов обустрою. Пусть выявляют лучших из людей на землях новых. И обучают их вибрациям искусным такого модуса вивенди, чтоб человеческие души, увидев Свет духовности моей, прозрели радость от единства с Богом, Единым Богом творческого мира, природную гармонию храня, – раскрыл перед Люци свой новый План Творец.
Уже тогда подумалось Люци, что, кажется, Господь не всё так делает, как надо. «Пожалуй, Я бы мог творить не хуже». Он полетел проветриться, подумать, решив взглянуть на Атлантиду сам. Меж тем, иные ангельские силы вели крамольные приватные беседы о том, что без Создателя они могли бы обойтись.
Один из чёрных духов, некий Ферт, прибыл, разбуженный бунтарскими речами из вечной черноты, из мировой Тьмутаракани, с окраинных, давно забытых Богом Чёрных дыр, глотавших алчно всё, что в них попало. Узнав подробности, знаток всех магий зла, владея тайной силой Преисподней, примкнул, скрыв черноту свою, к отдельным бунтарям на Небе, мечтая власть над миром получить. Теперь разведчик тайный незаметно последовал за Ангелом Люци. Зачем? А потому что знали про Люци, что мыслит он весьма-весьма разумно, особое могущество у Бога тем снискав. И надо бы его любым путём переманить в свой лагерь.
Люци, имея цель и думая о ней, летел вперёд, не замечая слежки. А Ферт за ним, не отставая ни на шаг, на волю злого умысла всей чернотой души своей отдавшись. Тут взорам их открылась Атлантида. Кишевший гадами греховный материк в тот миг стремительно пошёл под воду, спугнув летающую нечисть, метнувшуюся в злобе на Люци. Но жёг Огнём небесный Сын Зари* мятущихся безбожных чародеев, и многие пустились наутёк. А он рванулся следом чуть вперёд – и вот уже под ним леса Сибири из океана поднятых земель. В горячей схватке трёхголовый монстр мотнул хвостом, удар – и выбит камень, упал, лишив Люци чудесного зрачка.
И Небеса печально содрогнулись…
В момент потери праведного камня Денница стал доступен силам Зла. И Ферт, тот самый Чёрный Дух, и он же Чёрный Ворон, всех Чёрных Воронов исконный предводитель, что следом крался за Люци, сорвал перо своё с крыла и каплю нечестивой адской крови проворно влил в пустое донце помятой лилии Люци. Бесовской силой обладая непомерной из-за духовной сути имени его, Фер(-т) букву эФ, а также Е и эР удвоил в зеркальном блеске своих угольных зрачков и в каждую зло дьявольское влил, добытое из скважин инфернальных. И этот чёрный (фер) в одно мгновенье ока к Люци как бесов хвост Ферт дёгтем прилепил, и похвалил себя: «По-моему неплохо?!» И тут же Ангелу клеймёному польстил:
– С рожденьем Люци(-фер), злодейства тёмный гений: Любовь и Истина остались при тебе и Цело – Мудрие, и всё послужит упоительным затеям, где правда тут уже никто не разберёт. О, сколько светлых душ в капкан наш попадёт! С таким-то именем, кто зло уразумеет?»
И поднялся мятеж в небесном доме Бога…
Что ж делать? Бог низверг былого Ангела с Небес, в надежде Дух его со временем исправить. Конечно, добровольно, без насилий. Иначе: Бог – не Бог. Творец всем дарит Выбор, а значит, сохраняет и Свободу, и потому придётся ждать счастливого стеченья обстоятельств. Да разве есть резон Ему спешить, когда в запасе у Него не век, не два, а Вечность.
Меж тем, Бог наказал всем Промыслам небесным всемерно утверждать на подступах к Земле духовные водительские силы, подвластные ему. Конкретно как? Введением во благо дельных мер – Сил Провиденциальных. Подумать должен Он, как Светлых Духов воплотить поболее числом в слоях Земли астральных, как лучше осветить божественным огнём весь творческий эфир. И в самом ближнем к людям поднебесье создать связующие силы из существ, кто славными делами иль геройством был ранее отмечен из людей. Из тех, кто слыл мыслителем толковым, царём или умелым полководцем, а ныне значится умершим средь людей. Создать им города, и даже государства, где обитают годные для славной роли Души. А уж они, способным их понять – живущим на Земле духовным людям возьмутся помогать. Одним – догадкой мысли, другим при надобности – направленьем верных действий. И чтобы через них с людьми общались Демиурги всех народов и Души Присных Дев.
Повествование прервалось ненадолго, а потом последовало продолжение начатых событий, но теперь уже происходящих на Земле. Таня, читая книгу, не догадывалась, что это ей сообщает Эл. Затем строки побежали вновь:

Высокое неугасимое духовное величие имени Ангела – ЛЮЦИ, означавшее начала (Лю)бви, (Ц)еломудрия и (И)стины, находилось в немыслимом противоречии со злой добавкой (фер), – начал земную историю невидимый повествователь.

Теперь трагично падший Ангел не мог вернуться вновь на Светлый путь единой Божьей правды без возвращения бесценной для него потери. И Дух ЛЮЦИ мучительно страдал в далёкой неприступной цитадели вблизи одной колонии английской на самом дальнем краешке Земли. Метущийся от двойственности несовместных сил он был безмерно одиноким…
Меж тем, элита демонов, конечно, не дремала, таясь в укромном тихом месте, всего в двух милях от пределов цитадели Люцифера, творить свои обычные для злого умысла дела. Когда однажды Люцифер, устав от тяжких дум в томленье сна на время погрузился, они весьма успешно отделили двойника от демонической приставки «фер» уснувшего страдальца. Искусно напитав своё созданье немалой силой отражённого ума Люци, преобразованного ими в хитрость, они затем добавили живому чёрному фантому желания страстей томимой жаждой плоти, отбросив целомудрие, конечно.
Так Дьявол появился, чтоб бывать среди людей и ложью затенить загадку Люцифера.
Вполне естественный и ловкий Дьявол получился, весёлый соблазнитель душ, смущавший ум людей иллюзией мечты и негою обмана. Опутанные дьявольской игрой, влюблялись женщины в мужчин самовлюблённых лживых и порочных. А лучшие мужи искали сладкого забвенья у хитроумных и расчётливых кокеток. В плену у собственных желаний одни вдруг делались рабами недостойных, другие просто лезли в петлю от тоски или пускали пулю в лоб, сгорая от безумной страсти. Интриги возросли в цене, а искренность порыва стала скучной. И правда объявлялась злом, а ложь рядилась в тогу правды. И тьмы мошенников повсюду процветали.
Что ж, Дьявол ликовал и демоны с ним тоже. Но Дьявол был лишь отвлечённой маской всесильного в злодействе Сатаны – Хозяина всех Мраков Преисподней, открытого противника людей и Бога.
Так шли века истории людей, сменяясь чередой эпох земных в соседстве с Сатаной… и встречах с Дьяволом порочным.

Поставив точку, Пришелец подумал ещё немного и, вспомнив, что Таня – женщина, поместил в свою книгу ещё одну историю – про Лилит.

Лилит – двойник, умело созданный из чувственной природы Евы, из женской плоти клон – с обличьем точным Девы.
Вина познания людьми добра и зла на ней. Её и соблазнил лукавый Змей…
А Еву демоны на время усыпили, пока, таясь, свой злой обман творили…
А далее известно всем, что Бог изгнал людей из Рая, чтобы плодились на Земле они, страдая…
Свершилась магия с Лилит – отменной копией, не узнанной самим Адамом, не заподозрившим, что в трансе Ева спит и не сдержавшим следствий драмы.
Когда по-прежнему женой Адама проснулась Ева не в Раю, то в тот же миг про грех Лилит узнала в магических наплывах дежа вю, по воле демонов в чужой игре признав вину свою.
И женский род пошёл с тех пор двумя ветвями, по женской сути разными путями.
Одни – от пылкой спутницы Адама, от временной его жены Лилит, к интригам склонные как мама, весёлые и резвые на вид.
Другие продолжают женский род от вроде бы послушной Евы, за первородный грех молясь на образ Девы. И женских хитростей по простоте души не разумея, без злого умысла… идут на зов злодея.
С природой женской им не совладать, к любви стремятся те и эти. А где любовь, там дьявольские сети.
И многие Адамовы потомки корят неверных легкомысленных подруг, не понимая их трагедии и мук.
На этом закончился бегущий текст в таинственной книге.

Таня, очнувшись после напряжённого чтения, пришла в полное смятение от легенды многоголового дедушки Эла. В то время как Эл, вспомнив любимого дедушку, пришёл в чудесное расположение духа, Танину усталую голову заполнила пульсирующая боль. Кто и зачем сообщил ей такие сложные вещи? Ей стало страшно. И она бросилась к компьютеру, за которым обычно успокаивалась. Дрожа всем телом, она автоматически включила прибор и открыла файл, привычно надеясь на помощь пришельца: «Что это, Эл, объясни! Я чувствую, что моя жизнь заканчивается, и я теряю земные одежды. Я лечу навстречу Звёздам. Как прекрасен «Млечный Путь»! Всё сверкает и переливается. Я дочь Земли или Звезды?»
«Ты дочь Вселенной, – вдруг услышала она знакомый Голос, который уже однажды был с ней в Бездне Времён. – Провиденциальные силы верят, что когда-нибудь люди увидят Землю глазами Небес. И осознают эволюцию человечества как действие энергии космических сил. Современная наука ваших учёных стоит у края Невидимого, не решаясь понять, что в душах людей есть «золотой ключик» от двери, за которой скрыты все тайны Вселенной. Если люди не легитимные сыновья Богов, то зачем им было нужно Слово Спасителя? Тогда пусть живут, считая себя тленом…»
Ветер, ворвавшийся в распахнутое окно, откинул прядь волос с Таниного лба. Таня неподвижно лежала на полу, где Виктор её и обнаружил.

«Ну, что я за идиот такой, бестолочь! – ругал себя Виктор последними словами. – Видел же, что всё к тому идёт, вот проклятье, дурак безмозглый. – Таня, Таня! – тряс он её, – ты жива? Танюха, ну скажи, хоть что-нибудь. – Лицо жены было мертвенно бледным. Она не подавала никаких признаков жизни. – Нет, нет, не может быть! Таня, проснись же! Это твои электронные ящики довели тебя до полного истощения, завтра же вывезу всё к едрене Фене в гараж! – и он с ненавистью посмотрел на компьютер. – Танюха, я знаю, ты жива, жива, просто у тебя, наверное, опять приступ летаргии, только на этот раз он глубже».
Виктор бросился искать тех странных «врачиков», которые помогли ей тогда.
-Алло, алло! – кричал он в трубку, какой центр? Фрик-шоу?
-Ночь эпатажа под музыку костюмированных сумасшедших со всего мира! Легенда фриков – Владик Малышев обещает вам незабываемое веселье! – визжала в трубку экзальтированная девица. – Слёт 300 самых одиозных фриков из 5 городов мира, это грандиозно!
-Что за чепуха! Девушка, мне нужен научный центр летаргии! Как давно нет? А где же врачи? Что? Тю-тю за границу?! Вот дьявол!!
Виктор стал лихорадочно листать Танину телефонную книжку. «Вот, то, что надо!» Таня говорила, что у Агнии Николаевны в медицине большие связи. Бывшая Танина начальница, зная от самой Татьяны о предыдущем приступе летаргии, проявила не только чуткость, но и чёткую деловитость.
Уже через полчаса «Неотложка», в которой сидела сама Агния, везла Виктора и всё так же не подающую никаких признаков жизни Таню в загородный диагностический Центр для пациентов с психическими и нервными расстройствами неясной природы.
-Таня, бесконечно сидя за компьютером, придумала несуществующий мир героев и стала путать их с реальными людьми, – поделился с ней Виктор.
-Виктор Григорьевич, да не волнуйтесь вы так, это Центр закрытого типа с великолепным оснащением по последнему слову науки. Правда, этот госпиталь только для молодых людей. Вы же знаете, как плохо у нас с демографией. Стариков всё больше, а наше будущее – наши дети оказались в трудном положении. Наверное, это мы, старшее поколение, виноваты. Молодёжи нужна основательная поддержка.
-А что же стариков нужно выбросить на помойку? Мы ещё можем тоже пригодиться. Известно: старый конь борозды не испортит, – возразил Виктор.
-И всё же Татьяну примут там только по блату. Профессор Гулин мой давний друг.
Семь дней Таню обследовали по всем параметрам. Агния приехала узнать, как идут дела. Все органы пациентки функционировали нормально.
-Лёва, я давно всё хотела уточнить, а как вы узнаёте, что человек в летаргическом сне, а не умер?
-Тут, Агнюша, много зависит от глубины летаргии, вот у твоей Татьяны в этот раз очень глубокий уход в сон. Нам пришлось использовать все 30 признаков отличия летаргического сна от смерти, и только 5 из них подтвердили, что она жива.
-И, конечно, их не определяют, отправляя людей на тот свет? Надо написать в завещании, пусть, по крайней мере, мне сделают вскрытие, умертвив, чтобы после не перевернуться в гробу.
-Агния, дружочек, к чему эти страшилки? Это крайне редкий недуг. Взгляни-ка лучше на рентгеновский снимок костного скелета твоей протеже. Судя по нему, её биологический возраст намного моложе паспортного.
-Да, Лёва, действительно, но отчего это? Нельзя ли и меня ввести в летаргию?
-Мы бы и сами не прочь. Но, увы и ах! Нам известны случаи омоложения людей после клинической смерти. А вот летаргией мы занялись совсем недавно. Но сейчас нам важно излечить твою пациентку от виртуальной зависимости, в которую она впала. Наш опыт работы с маниакальными молодыми «щелкунчиками» страниц Интернета показал серьёзность проблемы.
– Лёва, а что будет с моей Татьяной, ты ей поможешь вернуться в обычный мир без личностных потерь?
-Твоя бывшая сотрудница наоборот извлекла из увлечения электроникой заметную пользу, тренируя мозги, что так необходимо с возрастом. А летаргический сон сыграл, как ни странно, лечебную роль. Он компенсировал утомление её сознания от перегрузки излишними фантазиями. И он же стёр застойный очаг возбуждения, который как раз и фокусировал её мысли на избыточных фантазиях.
-Значит, и выдуманный её сознанием виртуальный мир тоже стёрся?
-Да, Агнюша, твоя Татьяна как главная виртуальная героиня этого нереального мира умерла. И та, что проснётся, не сможет его вспомнить, тут уж мы постарались.
– Лёва, а как ты думаешь, когда Татьяна проснётся?
-Лев Сергеевич! – открыв дверь в кабинет, позвала профессора улыбающаяся медсестра, – идите скорее в палату, наша новенькая уже проснулась! Как вы и предсказывали. Она просится домой! А из проходной звонили. Там к ней пришли её старые студенческие подруги, а мужчину не могут остановить, он какой-то неуправляемый, называет себя Буйволом, хохочет и рвётся как танк. Лев Сергеевич, может их пустить, они и отвезут её домой?
-Ну, хорошо, сейчас пригласите пациентку ко мне в кабинет, я с ней побеседую.
Через некоторое время профессор вызвал медсестру.
-Пропустите к Журавлёвой коллег. Пусть она адаптируется к общению после летаргии, пока вы отпечатаете ей наши памятки.

-Тань, ну ты как? Что с тобой стряслось? – осторожно спросила Кира, внимательно вглядываясь в помолодевшее лицо подруги. – Я смотрю, тебя тут здорово подлечили!
-Кирыч, – рассматривая друзей, будто вспоминая забытое, медленно заговорила Таня, – просто я очень, очень долго спала, так что теперь выспалась впрок, наверное, на всю оставшуюся жизнь. – Она ещё раз осмотрела всех по очереди и, улыбнувшись, тихо добавила, – ребята, как я рада вас видеть. Господи, Никита, неужели это ты? Ты, да? – на минутку в лице у неё снова промелькнуло какое-то неясное ей самой сомнение. – С тобой всё нормально?
-А что с ним сделается, Цветок, на нём ещё можно воду возить, – заливисто рассмеялась Марина, вспомнив Танину девичью фамилию – Цветкова.
-Точно! – окончательно отбросила Таня все недоумения. – Да ты и в самом деле всё такой же Буйвол, здоровый чёртяка! Я тебя давно не видела. Марин, зачем ты его так раскормила, на какие шиши, пенсионерка?
-Цветик, а вот этого не надо! – громко запротестовал Никита. – Муж и его желания для жены – закон, Марина, я прав?
-Прав, прав, Никита Петрович, кто ж с тобой справится?
-Так-то девочки, вас трое, а я один, мужчины всегда в дефиците! Значит, что надо помнить всякой разумной женщине? Какой вечный лозунг на повестке дня? – и он вскинул руку дирижёрским жестом.
-Берегите мужчин! – заученно ответили бывшие сокурсницы.
-То-то зэ! Помните анекдот про китайца: – «Риса есть?» – «Нет!» – «То-то зэ!»
-Ребята, что-то у меня все мышцы замлели от лежания.
-Цветок на улице такая теплынь, может, нам посидеть в парке, вокруг больницы чудесный тенистый парк.
-Нет, я позвонила Витюше, чтоб он отпросился с работы, купил, что надо к столу и мчал на квартиру, а мы – туда же на такси, он заплатит как миленький, не зря же он работает. Будем праздновать, повод есть! А в следующий выходной поедем к нам загород. Я надеюсь, мы втиснемся в нашу «Волгу», а Никиту, в крайнем случае, затолкаем в багажник.
-А ещё лучше, пусть он бежит за автомобилем, – хихикнула по-прежнему смешливая Марина Георгиевна, – он ведь спортивный врач. Кир, а твой вечный паж – несчастный влюблённый Рубик не потащится за тобой?
-Что ты спрашиваешь? Зачем он мне сдался? Его домогательства длятся уже лет 20, спасибо он не знает моего нового адреса.
-Видишь, как с ним всё трагично, парень так и не завёл из-за тебя семьи. Кир, тебе не кажется, что ты старая жестокая кокетка, неисправимая стервозка. Может, пожалеешь мужика, и его-то мы и затолкаем в багажник, а моего Никитку, так и быть, пустим в машину.
-Марин, наверное, дурному Рубику нравится страдать, и он любит свои страдания, так это его личное дело. Причём тут я? – и Кира Васильевна привычно махнула длинными ресницами в сторону профессора, который как раз в это время отдавал какие-то распоряжения постовой медсестре.
-Браво, Кирыч, – проследив за ней, – подмигнула ей подруга, – твоя женская природа, кажется, бессмертна. И, вроде бы, действует, – усмехнулась она, увидев, что Лев Сергеевич направляется к ним.
-Здравствуйте, коллеги. Забирайте вашу сокурсницу. Татьяна Константиновна, стало быть, иллюзии мы оставляем сказкам?
-Несомненно, профессор! Я уже перечитала все сказки. Теперь буду сажать яблони. Может быть, яблоко упадёт на подходящую молодую голову, и она раскроет секрет древнего Сфинкса из Гизы на вполне научной основе. Спасибо вам за всё!
-На здоровье и в добрый час!
-Ребята, так мы едем за город? У нас в Загорских далях пруд с проточной водой и кругом холмы, мы заберёмся на самый высокий, он прямо над прудом и называется – «Обрыв любви».
-Цветок, а не поздно?
-У любви столько значений, что всегда найдётся, к чему её приложить в любом возрасте. Наша главная задача влезть на гору.
-Наша главная задача – молотьба и хлебосдача! – захохотал Никита-Буйвол, первым выскочив на улицу. – «Я знаю, меня ты не ждёшь, и писем моих не читаешь!!!…» – вдруг ни с того, ни с сего прогорланил он строчку из студенческой песни «Целина», заимствованную из фольклора про «Колыму». – Девочки, девочки, вы ж мои припевочки, а вы помните целинный бум? И буйную молодость, в которой я был, ух, какой Буйвол!
-Ты что, старый бес, сдурел совсем! – цыкнула на мужа Марина.
-Никита, ты в своём репертуаре, Буйволом был, Буйволом и остался со шквалами ветра в голове. Так вот, с горы мы спустимся к ручью и сделаем шашлыки. Никит, а твою сверхчеловеческую энергию мы используем в мирных целях на обустройство костра. Посидим на природе как смолоду. Идёт? – спросила Таня.
Красота! – согласились остальные.

* В Священном Писании Ангел Денница – Сын Зари, впоследствии падший Ангел – Люцифер

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.